Чтение онлайн

Впрочем, история родного города не сильно волновала Бориса в данный момент. Он бежал по чистым и широким улицам, спроектированным строго согласно схеме взаимных перпендикуляров, и не обращал внимания на крики жителей, звон сирены и столбы дыма, поднимающиеся к небу. Судя по всему, после взрыва на станции, потрясшей город, огонь начал распространяться сразу в нескольких направлениях.

— Борис? Львович? Куда ты собрался? — послышался удивлённый голос с противоположной стороны улицы.

Молодой учёный повернул голову и увидел Никанора Середича, своего знакомого и такого же лаборанта, как и сам.

— Мне нужно в школу.

— С ума сошел! — крикнул Середич, выпучив глаза. — Там же самый ад. Похоже, душманы устроили бойню. Я слышал, что особый отряд Гробченко пытался выдавить их оттуда, но не сумел. Не нужно тебе туда…

Сердце Бориса покрылось ледяной коркой. Тотчас же позабыв о перепуганном Никаноре, он бросился вверх по улице, не думая о собственной безопасности. Всё, что сейчас его волновало, был его младший братец.

Шон.

Он не мог там погибнуть. Он ведь умный мальчишка, точно где-нибудь спрятался.

А вдруг…

Борис споткнулся и упал. С трудом подавив внезапный приступ паники, он поднялся на ноги и продолжил путь. По правую руку увидел вывеску книжного магазинчика. Забавно, он был здесь с братом два месяца назад. Подбирали ему книги к первому классу. Выбрали-таки Почемучку и Большую Детскую Энциклопедию. Он был так счастлив…

Где-то в отдалении раздалась стрекотня автоматов. Нужно уйти с прямой видимости, подумал Борис и свернул в проулок. Прошёл мимо больших школьных контейнеров с мусором, которые должны были сегодня вывезти, но не успели. Одна из мусорок горела, распространяя по округе едкий смрад. Чёрный вход привел его на кухню, откуда он незамедлительно попал в столовую. На пути ему не встретился ни один человек. Похоже, все убежали при первых признаках опасности. Или же не все? Главное, чтобы не Шон…

Выйдя в коридор, Борис задохнулся от ужаса. Вот и первые жертвы. Две старшеклассницы словно попали под циркулярную пилу. Розовые взбухшие кишки вывалились из одной и тянулись вдоль стены. Неужели она погибла не сразу же? Неужели ещё пыталась ползти куда-то, будто надеясь на спасение? Вторая точно погибла от первого удара. Её голова лежала в большом цветочном горшке. Какое же злодейство!

Борис не смог вынести этого зрелища и, отвернувшись, пробежал мимо. Что здесь вообще произошло? Зачем Искажённые проникли в школу? Впрочем, неужели он верит, что на этот вопрос существует хоть какой-то вразумительный ответ. Всем известно, что душманы — это просто кровожадные полубезумные чудовища. Всё, что их интересует — как можно причинить больше страданий окружающему миру. Возможно, так они мстят ему за свои собственные муки.

Борис почувствовал, что его мутит. Хорошо, что он ничего не ел с самого утра, иначе бы точно не сумел бы удержать завтрак в желудке. Поднявшись на второй этаж, он направился в корпус младших классов. Первое, что он увидел, была некая осклизлая масса, расползшаяся по бетонному полу. Она напоминала кусок оплавленной плоти. Действие сильной кислоты не вызывало сомнений. По глупости присмотревшись к «объекту», Борис вздрогнул. Он узнал это лицо. Лидия Ромуальдовна, преподавательница его брата по математике. Как же так? С каждой минутой всё происходящее начинало казаться Акуднику одним ужасным и безумным кошмаром.

— Шон, Шон, где же ты? — закричал он, отстраняясь от тела. — Шон, пожалуйста! Отзовись!

Молодой лаборант обследовал несколько пустых классов и нигде не смог отыскать ни малейшей подсказки. Наконец он в отчаянии добрался до учительской и услышал в ней некий шум. Неоправданная, глупая надежда разом вспыхнула в нём, заставив ворваться в комнату. Вроде ничего. Деревянный стол и стулья, вешалка, покосившийся шкаф из дсп.

— Шон! — вновь поддаваясь безысходности, закричал юноша, и внезапно застыл. Его молитвы, наконец, были услышаны Всевышним.

Дверца шкафа скрипнула, и из него показалась светлая детская головка. Огромные перепуганные глаза с надеждой смотрели на старшего брата.

— Шон, — выдохнул Борис, бросаясь вперёд. — Я знал, что ты не мог здесь погибнуть. Как же я перепугался. С тобой всё в порядке?

Он тряс и тряс младшего за хрупкие плечи и никак не мог остановиться. А потом, наконец, выдохся, и просто обнял его, чувствуя, как по лицу струятся горячие слёзы. За этот час он постарел на несколько лет.

***

Едва только первые лучи солнца, разложенные по всей спектрограмме после прохождения через перламутровый купол лакуны, наполнили поляну цветовой палитрой, Борис открыл глаза, моментально вспоминая, насколько ответственный им предстоит денёк. Даже тяжёлый и душный сон не мог отвлечь его от забот и опасений грядущего.

— Подъём, малышня, — зычно рявкнул он, вскакивая с плаща.

Шон открыл один глаз, но не стал выбираться наружу из мешка. Эльвира вообще не отреагировала.

— Брат, — умоляюще протянул младший, — ну ещё немного. Эта ночь была совсем короткой. Позволь ей поспать.

— Дома отоспится, — фыркнул Борис. — Всё! Не желаю ничего слушать. Встаём, моемся, перекусываем и в путь-дорогу.

— Тиран, — буркнул Шон, но не осмелился ослушаться старшего.

Вскоре они уже двигались по тропинке, засыпанной опавшей листвой. Борис тащил в руке потёртый саквояж, а за спиной покачивался тяжёлый рюкзак. Верная беретта уютно расположилась в кобуре на поясе. Дети вприпрыжку бежали за ним, едва поспевая.

— И как называется твоё поселение? — спросил через некоторое время Борис.

Девочка ответила незамедлительно:

— Красная Слобода.

— О как! — рассмеялся Акудник. — Ты знаешь, а наша бабушка тоже жила в Красной Слободе. Не в твоей, конечно. По всей нашей Родине таких Слобод было бесконечное количество.

— А почему Красная? — поинтересовался Шон. — Там что, дома красят в красный?

— Ну что ты, дурачок, — хихикнула Эля. — Красная, потому что это цвет крови, пролитой людьми, когда они защищали страну от фашисткой гадины.

— Что за гадина? Нечто вроде гадюки, которую мы с братом видели в лесу?

— Не знаю, — немного смутившись призналась девочка. — Так папа говорил. Пока не пропал.

— Расскажи о своих родителях, — попросил Борис. — Чем они занимаются, когда не пропадают?

— Тем же, чем и остальные. Мать следит за домашним хозяйством. Отец работает на ферме. Иногда он водил нас с мамой в лес, где мы собирали с ним грибы и ягоды. Потом продавали их на рынке Шахтинска. А в последнее время он с другими жителями начал ходить на подработки к Барону.

— К какому ещё Барону? Какой-то зажиточный человек в ваших краях?