Чтение онлайн

При этом важнейшее обстоятельство, что СОКО РКФ обрабатывает персональные данные не своих членов (участников), даже не затрагивается. То, что истцу не была возвращена копия её паспорта после протеста, суд не замечает. А как можно заметить, если закон (статья 9) однозначно требует от субъекта персональных данных согласия на их обработку, закон предусматривает возможность отзыва согласия, кроме того, оператор персональных данных должен доказать получения согласия от гражданина. Истец в судебном заседании говорит, что он не согласен на обработку СОКО РКФ его персональных данных и требует вернуть копию паспорта, а суд считает, что истцу это только кажется, что он на самом деле был согласен на обработку своих персональных данных (раз отдал копию паспорта). Не суд, а психоаналитик какой-то! СОКО РКФ может и дальше заниматься обработкой персональных данных, не вставая на учёт в Роскомнадзор. Ей это позволено. Судебная власть в Москве совершенно открыто защищает интересы РКФ.

Суд, Генеральная Прокуратура, Минюст РФ, Роскомнадзор, все оберегают существующую «систему РКФ». А как другие федеральные структуры?

Федеральная налоговая служба России после многомесячной переписки со мной, наконец, решилась провести выездную налоговую проверку СОКО РКФ. Результатом её опять стал абсолютный ноль. В офисе РКФ продолжают принимать членские взносы от не членов и целевые взносы за получение возмездных услуг. Каким образом СОКО РКФ удалось отстоять свою привилегию не платить налоги, даёт представление присланное мне письмо из Министерства финансов России[74], подписанное заместителем директора Департамента О. Ф. Цибизовой.

…Кроме того, по информации ФНС России, в отношении Союза общественных кинологических организаций — Российской кинологической федерации (далее СОКО РКФ) была назначена выездная налоговая проверка. Учитывая отсутствие встречного обязательства организаторов перед участниками выставки как основного условия возмездных отношений указанных лиц, соответствие поступлений от участников, проводимых в соответствие с уставом СОКО РКФ выставок, поступлениям (взносам), предусмотренных статьей 31 Федерального закона от 19 мая 1995 г. № 82-ФЗ «Об общественных объединениях», позицию Арбитражного суда по аналогичному вопросу, изложенную в постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Западного округа от 01.11.2012 по делу № А42-8807/2011, по результатам выездной налоговой проверки установлено отсутствие достаточных доказательств факта квалификации полученных СОКО РКФ от участников выставок средств в качестве оплаты за услуги в рамках осуществления предпринимательской деятельности.

Я ознакомился указанным постановлением Арбитражного суда (оно доступно в сети Интернет). Но какое отношение оно имеет к СОКО РКФ и получаемой ей платой за оказываемые ей услуги (распечатка родословных, запись на выставку, обработка результатов мероприятий)? В Решении записано:

Судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что членами Общественной организации собственноручно написаны заявления о приеме, их учет осуществлялся в специальных учетных карточках, каждому члену выданы членские билеты. Членские взносы учитывались в ведомостях уплаты взносов; лица, вносившие взносы, расписывались в ведомостях; оформлялись приходные кассовые ордера. Договоры с физическими лицами на оказание услуг в виде занятий по системе «шейпинг» заявителем не заключались.

В Арбитраже разбирались взаимоотношения общественной организации и её членов. Но в СОКО РКФ физические лица и кинологические организации (за исключением 4 федераций) её членами не являются! Ссылка на этот акт явно некорректна.

ФНС не нашла доказательств, что плата за участие в выставке является платой за услугу. А какие нужны доказательства? Подписанный договор СОКО РКФ с гражданином, в котором бы были оговорены обязательства СОКО РКФ по допущению к участию в выставке записанной собаки? Плата за билет на концерт или за место на футбольном матче тоже требует дополнительных доказательств, что является оплатой возмездной услуги (договор с обязательствами тоже не заключаются)? Разве трудно было установить, что из нескольких тысяч участников выставки не было ни одного, не заплатившего взносов? Разве трудно было установить, что не было ни одного человека, пожертвовавшего деньги на проведение выставки без условия участия на ней своей собаки?

Если читатель думает, что всё дело в несовершенстве нашего налогового законодательства, то у меня есть очень веские возражения против такой точки зрения.

Если бы несовершенен был бы Закон, то этой лазейкой воспользовались не только руководители СОКО РКФ, с помощью неё такой вид ухода от налогов стал бы массовым явлением. Но этого не произошло. Не стали возникать НКО в форме союзов, чтобы заниматься коммерческой деятельностью, объявляя всех потребителей оказываемых ими услуг своими «участниками», а плату считая «членскими взносами». Ведь по закону (Гражданский кодекс РФ, Закон «О некоммерческих организациях») НКО в форме союзов могут создавать даже коммерческие организации! Например, можно создать союз сетевых магазинов, союз автосервисов, союз банковских учреждений. Да мало ли ещё чего?! Почему же они не создаются?

Ответ прост: уходить таким образом от уплаты налогов не позволит налоговая служба. А вот РКФ Министерство финансов РФ и ФНС России не трогают. Судя по всему, решение принято на очень высоком уровне.

Не трогает РКФ и Следственный комитет России, он перенаправляет заявления с просьбой проверить финансовую деятельность офиса РКФ в МВД. Из МВД документы спускают вниз (независимо от того, пришло письмо от заявителя в МВД непосредственно, или через Следственный комитет РФ). В конце концов, они оказываются в Отделе экономической безопасности и противодействия коррупции УВД по Северо-Восточному административному округу ГУ МВД России по г. Москве. Материал для проверки передаётся оперуполномоченному в звании лейтенанта полиции.

Оперуполномоченный, получив информацию о возможных преступлениях (неоприходования в кассу организаций полученных средств в полном объёме), их описании (использования финансовой документации посторонних юридических лиц), места и времени совершения, возможном объёме (несколько миллионов рублей в день), проводит оперативно-розыскные мероприятия. Делает контрольные закупки, используя меченные купюры, устанавливает видеонаблюдение за приёмом денег и их дальнейшей судьбой? Нет, конечно. Ведь так можно действительно зафиксировать факт преступления.

Все действия оперативника состояли в рассылке запросов. Был послан запрос в Росфинмониторинг. Росфинмониторинг устанавливает, что Президент РКФ А. И. Иншаков и исполнительный директор РКФ О. А. Проскурякова в период с 2004 г. по 2010 г. провели различные финансовые операции, значительно превышающие их доходы. Так, по сведениям Росфинмониторинга, Проскурякова производила обмен валюты на общую сумму свыше 6 миллионов рублей (апрель 2004 г. — декабрь 2008 г.). Иншаков (февраль 2007 г. — ноябрь 2010 г.) продал более 340 тысяч долларов США и перечислил в адрес своей фирмы «Триада-Фильм» свыше 13 миллионов рублей по договору займа.

После прихода этого ответа оперуполномоченный вынес постановление об отказе в возбуждения уголовного дела в отношении данных граждан в связи с отсутствием в их действиях признаков состава преступления. Прокуратура СВАО г. Москвы опротестовала постановление об отказе в возбуждении уголовного дела Оперативник получает ответы на посланные раннее запросы в налоговые инспекции о наличии банковских счетов у СОКО РКФ, её федераций и «Триады-Фильм». Он посылает запросы в банки, где находятся эти счета. Ответы из банков не поступили, а уголовно-процессуальные сроки истекли. Новое постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. На этом всё расследование завершилось. Снова мы наблюдаем открытый саботаж. В МВД тоже нашлись защитники «системы РКФ».

Кто же стоит за РКФ, почему эта система непотопляема и не подотчетна российскому законодательству? Мы видим, что государственные институты России не только не привлекают должностных лиц и руководителей «системы РКФ» к уголовной или административной ответственности, они даже пресекают все попытки вернуть её деятельность в правовое русло.

Как выяснилось, РКФ имеет защитников в самых разных ветвях власти, в самых разных государственных ведомствах, причём в их самых верхних эшелонах. Эти защитники даже не боятся потерять свои тёплые места. Человек, чьи указания они выполняют (или группа лиц) слишком для них значимы. Их даже не останавливает риск, что всё может стать достоянием общественности, и они сами могут быть привлечены к уголовной ответственности или, как минимум, лишиться своего положения. Я не верю, что все эти защитники РКФ выполняют личные просьбы известного человека, каскадёра и продюсера — всегда, когда речь заходит о собственной шкуре, приятельские отношения уходят на второй план. А вот выполнение приказа — совсем другое дело. Но подобные приказы может отдавать только ну очень высокий начальник или хозяин, которому ты служишь.