Чтение онлайн

Они сгрудились у стола Квентина и начали перебирать имена. Судя по всему, Гибсон был не только живым и энергичным, но еще и взвинченным, нетерпеливым. Впрочем, подумал Квентин, это вполне объяснимо — Гибсон только что закончил третий оперативный цикл в бомбардировочной авиации. Внушительный показатель — 172 боевых вылета.

— Есть Хопгуд, Шэннон и Бэрпи из моей бывшей эскадрильи, из Сто шестой, — сказал он через несколько минут. — Еще Манро, Молтби и Маккарти из Девяносто седьмой, все отличные парни. А кто тут у нас есть из Пятьдесят седьмой?

— Райс и Эстел, сэр, — ответил Квентин. — Я готов поручиться за обоих.

— Прекрасно. А кто еще из Пятьдесят седьмой?

— Янг сам вызвался. Пилот что надо.

— Да, Динги Янга я знаю. Хорошо. А еще?

— Парочка из Пятидесятой, двое из Сорок девятой, по одному из Двести седьмой и Четыреста шестьдесят седьмой, один из Шестьдесят первой…

— Всего один? Чего это у них так?

— Не могу знать, сэр. Его зовут Барлоу.

— Так, сколько там у нас набралось?

Уитворт подсчитал:

— Шестнадцать плюс еще несколько кандидатов.

— Шестнадцать? А мне нужен двадцать один плюс парочку в резерв.

— Постепенно наберутся и еще, Гай, я уверен.

— Меня это не устраивает. Мне они нужны прямо сейчас!

К удивлению Квентина, он грохнул кулаком по столу. Гибсон был не просто нетерпелив, он был нетерпим. Похоже, его совсем не волновало, что Уитворт приходился ему начальником.

— А вы, Кредо? — внезапно спросил Гибсон. — Вы человек опытный. Переучивались на «ланкастеры»?

— Я? Как сказать, сэр, я бы только мечтал…

— Квентин не допущен к полетам. — Уитворт хлопнул его по плечу. — Пока руку не подлечит. Послушай, Гай, дай мне пару часов, я тут всех обзвоню. Я уверен, что соберу недостающих.

— Ладно. — Гибсон, похоже, смирился. — Ладно, сэр, спасибо. Буду благодарен за любую помощь…

— Вот ведь ходячий запал! — не выдержал Уитворт, когда Гибсон ушел. — Но Харрис его поэтому и выбрал. Ради дела готов идти по головам. А задачка у него — будьте-нате. Только подумай, за неделю собрать новую эскадрилью. На мой взгляд, чистое безумие. Ладно, Квентин, у нас не хватает летчиков. Есть какие соображения? Я имею в виду ребят из Пятой группы.

Квентин перебрал папки.

— Одно имя есть, сэр. Как вариант.

— Тесс, душечка, вот и ты. — Мюррей закрыл свой блокнот и встал из-за стола. — В город ездила, да?

— Зашла в библиотеку. И в пару магазинов.

При ней не было ни книг, ни покупок, но даже если Мюррей это заметил, виду он не подал. На деле она провела большую часть дня в линкольнской ратуше — выясняла в Бюро помощи гражданам (новой службе, устроенной по принципу передвижных поликлиник и располагавшейся в школах, церквях, даже в пабах), как можно разыскать дочь.

— Ты выглядишь усталой, малышка, дай-ка я тебе налью чаю.

— Ничего, ты сам ешь. Там грудинка осталась.

— Не надо, я потом поем. Давай садись.

— Ты куда-то уходишь?

— Ты же знаешь, у меня всегда работы невпроворот. А тут еще прибыла целая толпа. Они, похоже, хотят сразу же начать полеты, так что придется нам поднапрячься.

Она позволила ему усадить себя на стул, а потом следила, как он возится с чайником и молочником. Его блокнот на металлических скрепах лежал на столе. В нем были списки дел, заметки про семена, тракторное масло и корм для голубей. А еще — подробности пари, которые он заключал с другими служащими на базе: он полагал, что она про это не знает. А еще — подробности кое-каких операций на черном рынке. Он называл это «мой военный дневник» и носил его с собой повсюду.

— Ты слышала последние новости? — спросил он. — Про нового командира эскадрильи?

— Нет. А кто он такой?

— Тот еще фрукт. — Брендан спрятал блокнот. — Видишь ли, у половины новоприбывших нет полной формы — понятное дело, собирали-то всех второпях. И наш местный проныра из военной полиции давай придираться — что они, мол, одеты не как надо. Семьдесят пять взысканий наложил. А потом отнес список командиру, так этот Гибсон, который сперва делает, а потом думает, разорвал бумажку и вышвырнул бедолагу вон. А потом позвонил интендантам и приказал одеть всех до последнего в новую форму. «Это невозможно, — говорит интендант, — нет у нас формы». «Найдите — и точка», — говорит Гибсон. Наутро все до последнего в новой форме. Обалдеть, да?

— Филлис из военторга говорит, что нам пришлют какие-то особые «ланкастеры».

— У твоей Филлис слишком длинный язык. И где она это услышала?

— У нее муж работает во втором ангаре. Слесарем.

— Зря он болтает. Даже жене не следовало говорить.

Он протянул ей чашку и встал сзади, опустив могучие руки ей на плечи.

— Ну, вот я, например, никому не стану разбалтывать твои секреты. И ты мои тоже не станешь, да, малышка?

— Конечно.

Но он так и остался стоять сзади, поглаживая и слегка сжимая ей шею. Тесс почувствовала, как в горле разрастается ужас. Прошло несколько секунд, и наконец он убрал руки.

— Вот и умница. — Поцеловав ее в затылок, он вышел.

Она осталась сидеть у стола, вслушиваясь в металлический стук его каблуков во дворе. Потом уронила голову на руки.

— И зачем нам опять на вокзал, Дядька? — спросил Питер, шагая вслед за Макдауэлом по Арджил-стрит. — До моего поезда еще уйма времени. Или нет?

— Сейчас увидишь зачем. Давай шевели ногами, не трать зря ценное время, которое можно употребить на выпивку.

— Вот уж точно.

Впрочем, Питер и так выпил достаточно. Да и начали они уже давно. Глазго ему понравился, но они весь день провели на ногах, то и дело пропуская по рюмочке, и Питер выдохся. Едва они вошли в задние, как под потолком заметался знакомый австралийский клич, и перед ними появилась ухмыляющаяся физиономия Киви Гарвея, а вслед за ним — Билли Бимсона и Херба Гуттенберга.

— Ого, все три мушкетера! — воскликнул Питер, крепко пожимая им руки. — Чего это вы тут делаете?

— Вас пришли проводить, понятное дело! Как это — мы и упустим возможность надраться?

— Рановато начали, парни, — ухмыльнулся Макдауэл. — Ну ладно, мы вам прощаем. Итак, первая остановка — вокзальный буфет.

Как выяснилось, до этого Херб и Билли напропалую гуляли в Ливерпуле, дожидаясь транспорта обратно в Канаду.

— Нам сказали, может, придется ждать пару недель, — пояснил Билли. — Так мы как услышали от Дядьки, что ты собрался в Глазго, сразу выцыганили увольнительную на два дня.

— А потом связались с Гарвеем, — добавил Херб. Гарвей тоже маялся в ожидании возвращения в Новую Зеландию, где ему предстояла новая жизнь инструктора по стрелковому делу.

— Ты небось радуешься, Киви, — сказал Питер. — Наконец-то домой.

— А то. — Киви уставился в стакан. — Жду не дождусь.

— Можешь подать рапорт о переводе во флот. — Питер не мог отделаться от впечатления, что его экипаж какой-то невеселый.

— Может, и попробую.

— Ну а ты, Херб? Домой, в Канаду! Небось считаешь деньки?