Чтение онлайн

Он зарядил винтовку. Снайперскую винтовку заряжать неудобно, прицел мешает. Попасть целой обоймой в магазин не получается и приходится заряжать только по одному патрону. И прицел снять нельзя: после его установки винтовку пристреливать надо. Снайпер, хозяин бывший, за винтовкой следил: она была тщательно смазана, на ложе – ни царапины. И на патроннике выбито: Тульский оружейный завод, 1937 год – и порядковый номер.

Игорь приложил винтовку к плечу, прикрыл левый глаз и заглянул в оптику. Кое-где наши морпехи ворвались в финские окопы, и шла драка на ножах, на штыках, был слышен мат на всех языках. Когда же он повел оптическим прицелом в сторону берега, то увидел – там морпехи залегли под плотным огнем финнов. Пулеметчик неистовствовал, посылая очередь за очередью, как будто у него в запасе был целый вагон патронов. Выцелить его было неудобно, видна была только часть стального шлема, а голову и тело заслонял бруствер.

Ну, шлем для трехлинейки не преграда. Игорь поймал на пенек прицела каску, выждал, когда финн высунется подальше, и нажал спуск. Попал точно, потому как успел увидеть в оптику, как дернулась и исчезла из поля зрения голова пулеметчика.

Наши пехотинцы, залегшие было под пулеметным огнем, снова поднялись в атаку. И вдруг навстречу им сноп, факел огня – это финский огнеметчик выжидал, когда морпехи приблизятся.

Дальность выброса пламени – 30–35 метров.

Игорь засек огнеметчика – у него на спине был стальной баллон с горючей жидкостью, похожий на акваланг. Вот в этот бак Игорь и выстрелил.

Из пробитого отверстия струей ударила жидкость, потому как была под давлением.

Огнеметчик вспыхнул и выскочил из окопа. Только огонь этот ничем не собьешь – ни водой, ни землей, жидкость горит без доступа воздуха. Единственный выход – мгновенно сбросить одежду. Но финн сделать этого не успел, упал, сраженный пулей.

На позициях завязалась рукопашная.

Игорь выстрелил еще дважды: в финна в фуражке, явно офицера, и еще в одного, с пистолетом в руке. У солдат – винтовки или автоматы, пистолет – оружие командира, пусть и младшего.

Перезаряжать винтовку Игорь не стал – много времени уйдет, а сейчас у него каждая минута на счету. Выбьют наши финнов из окопов и двинутся вперед. А не смогут – отступят назад, и все жертвы окажутся зряшными.

Игорь сбросил с себя пятнистую финскую накидку – в ней он был похож на противника, по ошибке или в горячке боя могли и свои застрелить. В каждую руку взял по пистолету: в правую – пехотный «ТТ», в левую – трофейный «Лахти» и рванул вперед, к окопам.

Уже подбегая, он застрелил финского пехотинца и встрял в самую гущу рукопашной. Выстрел в воина в чужой форме, рядом – морпех и финн дерутся винтовками, как дубинами… Игорь с ходу выстрелил в финна – всего-то пара метров дистанции. Слева мат, потом хрип – это здоровенный финн свалил нашего морпеха и сдавил ему горло. Игорь выстрелил в голову противнику и краем глаза увидел, как немного дальше дерутся на ножах. У финна – настоящий финский нож, у нашего – самоделка из штыка от «СВТ», прозванной на фронтах «Светой». Игорь выстрелил финну в левый бок из «Лахти», но тут на него самого кинулся с воплем финн, в руках у него была трехлинейка с примкнутым штыком. Защищаясь, Игорь вскинул перед собой обе руки с пистолетами. Бах-бах-бах! Три выстрела в грудь противнику. Внезапно остановившись, как будто он наткнулся на невидимую стену, финн рухнул на землю, на лету выбросив вперед руки с зажатой в них винтовкой. Игорь успел отшатнуться. Промедли он пару секунд – и финн насадил бы его на граненый штык.

И финны не выдержали, дрогнули, побежали – те, кто еще уцелел. Им стреляли вдогонку из винтовок и автоматов.

Морпехи было залегли в окопчиках – отдышаться, в себя прийти. Окопчики были мелкие, в полный рост не встать, только лежа бой вести, а все укрытие. Но тут на бруствер выскочил политрук:

– Рота! Вперед!

С точки зрения командира рассудить – правильно, надо следовать по пятам отступающего противника, не дать ему закрепиться на следующем рубеже, который потом придется брать с боем и с новыми жертвами, терять своих боевых товарищей. Но для такого преследования свежие силы нужны, а после атаки от роты морпехов едва взвод наберется. К тому же всем оружие перезарядить было необходимо, магазины пусты. А круглый диск с «ППШ» за пару минут не наполнишь. Их, дисков, только два к автомату, и выстреливаются они за несколько минут, да и то если стрелять экономно, короткими очередями. Раненых перевязать также необходимо, иначе кровью изойдут. В общем, на призыв политрука никто не откликнулся.

Игорь отличался от морпехов формой, единственно – тельняшка на нем была такой же.

Политрук бросился к нему, лицо было растерянным и злым:

– Ты кто такой, как сюда попал?

– Я из роты особого назначения, старший матрос Катков. В разведке был по тылам противника. Как десант бой завязал, я кинулся сюда. Финского снайпера с его помощником уничтожил и вам помог, из снайперской винтовки пулеметчиков снял и огнеметчика.

– Видели мы его в рукопашной, вместе дрались. Свой парень, – подтвердили морпехи.

Однако политрук по окопчикам прошел, на убитых пулеметчиков поглядел. У всех раны сзади были – в спину и голову, свои морпехи так их сразить не смогли бы. Политрук успокоился и, вернувшись, достал из командирской сумки блокнот и карандаш.

– Напомни мне фамилию, я рапорт потом подам. И где винтовка твоя?

– У того камня осталась, рядом со снайперами.

– Ты их?

– Я – из пистолета.

– Пойдем, посмотрим.

Отступающие финны были уже метрах в трехстах, только спины видны.

Политрук с Игорем подошли к камню. Политрук осмотрел его винтовку, пересчитал стреляные гильзы.

– Винтовку-то забери, Катков, не часто «снайперки» трофеем к нам в руки попадают.

Игорь поднял винтовку, повесил ее на плечо, обоймы с винтовочными патронами рассовал по карманам – вдруг от финнов отбиваться придется? Подгонят поездом резервы, в атаку пойдут… А хуже того – сначала из артиллерии накроют.

– Товарищ политрук, дозвольте здесь остаться? Уж очень позиция за камнем выгодная!

– Хм, оставайся…

– Мне бы только поесть, третий день не жрамши.

– Тогда пошли к десантникам. Сухари найдутся, но больше ничего не обещаю.

Но Игорь и сухарям был рад. Морпехи поделились, даже махорки предложили.

Игорь похрустел сухарями. Иной раз вот такой, ржаной, твердый как камень сухарь слаще и вкуснее белой сдобы кажется.

В окопах спокойно просидели до вечера. Финны атак не предпринимали, собирались с силами.

Весной 1944 года немцы впервые применили в морском деле новые торпеды «Т-5» «Крапивник». Это самонаводящиеся торпеды были разработаны в рамках секретного проекта «Королевское заграждение». Новое оружие серьезно осложнило жизнь британскому флоту, и премьер-министр Уинстон Черчилль лично трижды упоминал о них И. В. Сталину. На торпедах имелось акустическое самонаведение – на шум винтов, электрические бесконтактные взрыватели и электродвигатели вместо обычных парогазовых двигателей. При движении торпеды к цели последние оставляли за собой видимый пузырьковый след. Торпеды имели самоликвидаторы, и в случае промаха по цели они подрывались.

Выведать секрет британцам не удавалось. Ни агентурная разведка, ни потопление немецких подлодок к успеху не приводили. Против англичан и американцев немцы действовали в Атлантике, глубоководных морях – вроде Норвежского, и поднять затонувшую субмарину было нереально.

Повезло русским – если это вообще можно было назвать везением. Сначала на Сескорском плесе затонуло судно «Килектор», и причину его гибели установить так и не смогли. Через несколько дней получил серьезные повреждения наш «Морской охотник» № 304, и случилось это 18 июля 1944 года. Его гидроакустик услышал слабый шум винтов подводной лодки. «Охотник» лег в дрейф, и в этот момент, выпустив по нему две торпеды, его атаковала немецкая субмарина. Одна из торпед оторвала кораблю нос, другая прошла мимо.