Разведёнка и Агата для кавказского магната
Шрифт:
Обливаю полотенце из бутылки, прикладываю его к лицу.
— А я за девочками.
Кажется, охранник что-то кричит мне в спину, но я уже не слышу.
Сейчас каждая секунду на счету!
Пока двери не охвачены огнём, прорываюсь внутрь через тамбур, который пока не охвачен
огнём.
— Шайтан… вы об этом пожалеете…
В зале уже бушует огонь.
А дыма столько, что с непривычки кружится голова.
Не думать об этом, просто действовать!
Сквозь дым разглядываю в дальнем углу дверь подсобки, прорываюсь туда, вижу, что искры
летят прямо на новые брюки…
Плевать, куплю другие!
Сейчас главное – спасти девочек.
Вот только добираюсь до двери подсобки и понимаю, что она заперта.
Слышу, как изнутри барабанит Агата, зовёт на помощь.
— Кто-нибудь… мы здесь! Тут много дыма! Маме плохо…
— Сейчас, — пытаюсь докричаться через дверь, — я вытащу вас!
Уроды не просто заперли дверь, они как-то умудрились сломать замок и дверную ручку… её
попросту не открыть.
Придётся ломать дверь…
Оглядываюсь в поисках хоть каких-то инструментов… ничего.
Шайтан… будем вспоминать молодость, когда открывали двери с ноги.
— Девочки, — кричу я, — отойдите подальше!
Не знаю, услышали они меня или нет, дыма с каждой секундой больше.
Беру небольшой разбег, и с ноги бью по двери.
С непривычки мышцы моментально забиваются, а старая дверь… просто разваливается на части.
Пробираюсь через проём, замечаю в дыму Агату и Злату.
Девушка прижимает дочь… шайтан, малая, похоже, уже без сознания.
— Сейчас… выведу вас, немного потерпите…
Смотрю назад.
И понимаю, что вывести через тот же выход девочек не смогу.
Быстро беру Агату на руки, спрашиваю у Златы:
— Ещё тут выход есть? Ну же, родная, думай! Счёт на секунды!
Злата и сама соображает с трудом.
— На кухне, где печь, — едва бормочет она, — там есть окно для выдачи хлеба… оно небольшое,
и оно заколочено… но можно попробовать.
Других вариантов, похоже, нет.
Отдаю мокрое полотенце Злате, говорю, чтобы к лицу прижала.
Сам через разбитую дверь выскакиваю обратно в зал, где уже вовсю бушует пожар.
Только бы успеть… только бы спасти Агату.
— Держись, маленькая, сейчас вытащим вас!
Девчушка уже без сознания, похоже, надышалась дыма.
Я и сам с трудом соображаю, но, пока есть силы, двигаюсь вперёд.
Перемахиваю через стойку с Агатой на руках, помогаю перебраться Злате, не даю ей упасть.
— Держитесь, девочки… держитесь… немного осталось!
Распахиваю дверь кухни, пропускаю Злату вперёд.
— Показывай, где это окно для выдачи хлеба?
Девушка спотыкается, держится за стену, но пробирается вперёд.
Иду за ней, вглядываюсь в полумрак.
На кухне огня ещё нет, но дым прибывает очень быстро.
К счастью, через мгновение Злата показывает на отверстие у дальней стены, бормочет:
— Вон там… надо сломать доски…
Отдаю ей Агату, сам действую по старинке.
Забираюсь в отверстие для выдачи хлеба ногами вперёд.
Чуть их подгибаю, бью по доскам.
С первого раза не получается.
Неудобно в таком узком пространстве бить, шайтан…
Пробую второй раз… чувствую, что доски поддаются.
Надо третий раз, на счастье.
— Давай, зараза!
Не знаю, что действует лучше, моя угроза, вся злость на уродов, которые подожгли пекарню
или сила, которую вкладываю в удар…
Но доски ломаются, и я чувствую, свежий воздух, такой холодный, такой пьянящий…
Выбираюсь из отверстия обратно на кухню.
Забираю у Златы дочь, командую:
— Выбирайся сначала ты, я передам тебе Агату.
Помогаю девушке забраться в отверстие.
Вижу, как она с трудом ползёт, цепляется за доски…
Но через несколько бесконечно долгих секунд оказывается на свободе.
Почти получилось!
Осталось вытащить Агату и выбраться самому.
— Принимай дочь!
Злата протягивает руки, а я кладу малышку, двигаю её к маме и…
— Дядя Аслан, — слышу слабый детский голосок, — асите… Анфи…
Поначалу ничего не понимаю, думаю, что у меня уже глюки от дыма.
Но через мгновение снова слышу голос Агаты:
— Дядя Аслан… спасите Анфису… она там осталась…
Шайтан… собака!
В спешке и панике совсем забыли про маленького щенка.
— Не бойся, малая, я спасу.
Двигаю Агату, вижу, что Злата подхватывает её, осторожно вытаскивает на свежий воздух.
Сам подбираю с пола мокрое полотенце, прикладываю к лицу.
Да поможет мне Всевышний…
Стараюсь не смотреть на огонь, бросаюсь обратно в зал, перемахиваю через стойку продавца,
бегу в подсобку.
В дыму почти ничего не видно.
Я опускаюсь на колени, пытаюсь найти щенка.
— Анфиса… иди ко мне, Анфиса…
Голова будто свинцом наливается.
Моргать с каждой секундой всё тяжелее.
Смотрю под столом, смотрю среди стульев, под шкафом…
Шайтан, щенка нигде нет.
Уже отчаиваюсь её найти, и в этот момент слышу, как она скулит.
Забилась в самый дальний угол под шкафами, где её не видно.
— Анфиса, иди сюда!
С трудом дотягиваюсь, хватаю маленький дрожащий комок, прижимаю к себе… живая, хоть и
напуганная.
Снова бросаюсь в зал…
И понимаю, что огонь отрезал мне путь к кухне.
Чтобы принять решение, есть всего пара секунд.
Пока огня немного, надо прыгать…
Бросаю полотенце, вдыхаю поглубже.
И перепрыгиваю через огонь, едва не налетаю на стойку продавца.
Получилось!
Быстро гашу огонь на брюках, перебираюсь через стойку, бегу на кухню, сквозь дым пробираюсь
к отверстию для выдачи хлеба.
Одной рукой цепляться неудобно, но я собираю последние силы, прижимаю к себе щенка,