Чтение онлайн

«…6.55 утра… Надо выходить отсюда, Каха-брат!
– Подумал он.
– Надо торопиться, или через пять минут начнут работать артиллеристы из своих Д-30, а тогда начнется полная жопа!..»

Он побрел к спасительному выходу, и, наконец-то добрался до него, до свежего воздуха, и до солнечного света…

Ах, как же он глубоко вздохнул, всеми легкими, это пьянящий, сладкий горный воздух! И тут же опустился на большой валун, потому что опьянел от него напрочь!..

Каха сидел на камне у самого выхода из пещеры, смотрел вниз и улыбался:

«…Молодцы, пацаны!.. Мы сумели, братья! Мы сделали!..»

А внизу…

Внизу в долине, примерно в километре или немного поменьше, была видна трасса, а на ней довольно большая колонна военной техники. Только это была не «гражданская» колонна «наливников» и бортовых грузовиков перевозивших грузы - внизу, повернув башни в сторону гор, стояли БТРы, БМПшки, несколько танков Т-64, и даже две КШМки, из которых торчали антенны, как колючки из дикобраза, а над всем этим скоплением техники тарахтел лопастями, висевший в воздухе Ми-8!..

А еще он видел, как к этой колонне шли две «точки», а навстречу им стремительно неслись такие же «точки»… Никак не меньше полутора десятков!..

Отсюда с высоты, да на таком удалении, люди казались просто мелкими черными букашками, муравьями, но… Каха точно знал, что это его друзья! Что это Кокос и Гриб, эти два младших сержанта-«дембеля» Орешкин и Боровик, до конца выполнили его приказ, и вынесли к нашим подполковника Коралова…

«…Все, сержант! Пора и тебе идти к нашим пока не поздно!..»

Он опять оперся на пулемет, вставая на ноги, а потом повесил его на шею, и медленно пошел в низ:

–  Пацаны! Пацаны! Я вышел! Я здесь!!!

Каха кричал во всю глотку, а слышал только глухие хрипы - голосовые связки от нервного перенапряжения просто отказались служить своему хозяину…

Он опять посмотрел на часы и увидел… Стрелки показывали 6.59…

И тогда Брат кое-как поднял к небу ствол пулемета и:

–  Та-та-та-та-та-та-та!!!
– Пулемет как сумасшедший дергался в его руках, а сержант не переставал строчить, и хрипеть, окончательно срывая голос.
– Та-та-та-та-та-та-та!!! А-а-а-а-а-а!!! Я зде-е-есь му-у-уж-жи-кии-и-и-и!!! Та-та-та-та-та-та-та!!!

И его услышали…

«Муравьи», шедшие от пещер, и бегущие от колонны встретились, сбились в одну кучу… Но, уже через несколько секунд, от этой кучи отделились пять или шесть «муравьев» и бросились обратно, к горе…

И его услышали и увидели с «вертушки»…

Вертолет сделал небольшой вираж, не приближаясь в горе, и ушел от нее подальше, за колонну…

А еще через несколько секунд где-то слева от Брата, километрах в трех, поднялся большой столб пыли…

«…Корректировщик… - Подумал Брат отстраненно.
– В «вертушке» корректировщик артдивизиона… Дурак, бля… Хотя бы посмотрел поближе…»

–  Фр-р-р-р-р-р-р!
– Зашелестело в воздухе что-то тяжелое, которое неумолимо приближалось.

–  Ду-ду-ду-ду-дух-х-х-х!
– Донесся наконец-то до ушей далекий грохот артиллерийского залпа…

И в этот момент метрах в двадцати от Брата вырос большой черный земляной гриб, и заслонил собой небо… …Очнулся сержант оттого, что его кто-то ощупывал…

Ощупывал очень неосторожно, переворачивая из стороны в сторону, и от этого Кахе было очень больно!.. Да он и очнулся-то он боли!..

Он застонал и через силу разлепил неподъемные веки…

Перед его глазами тут же появились родные лица Кокоса и Гриба, но они были немного подальше, а прямо перед ним было озабоченное лицо человека средних лет с погонами капитана, а в петлицах его «афганки» зеленели полевые значки рода войск, с чашей, из которой пила змея…

–  Ты что ж так неаккуратно «дембеля» ворочаешь, капитан?..
– Прохрипел Каха еле слышно.
– Больно ведь!..

–  Больно - это хорошо!
– Улыбнулся военврач.
– Если больно - значит живой еще!.. Хотя… Судя по тому, что в тебя понавтыкалось, то ты, сержант, уже примерно часа полтора, как должен активно остывать!

–  Больно мне, брат…

–  Держись, герой!
– Проговорил врач.
– Держись! Теперь тебе просто нельзя умирать, раз после всего этого выжил! Я тебе приказываю жить!.. …Лето 1990 г. Отряд, расположение разведгруппы Филина… …Брат замолчал и нервно закурил, а Андрей никак не мог найти подходящие слова, чтобы выразить то, что чувствовал сейчас! Небыло таких слов, закончились все!.. Он просто сидел и молчал, пораженный услышанной только что историей своего сержанта…

Прошло несколько долгих минут, когда Филин, все-таки сумел совладать со своими эмоциями, и задать вопрос:

–  Так тебя тогда, в конце концов, наши же из гаубиц и накрыли?

–  Корректировщик, Андрюха… Он в «вертушке» сидел… Увидел в бинокль «духа», вылезшего из пещеры, засек то, что этот «дух» долбит длинными очередями из ПК, взглянул на часы, и подкорректировал наводку гаубичного артдивизиона Д-30, что стоял на позициях у моста в кишлаке Галамех… Вот те и жахнули залпом… - И Брат улыбнулся.
– Хорошо еще, что ему из колонны дали команду по радио, и он дал артиллеристам «Отбой!», иначе от меня даже и ремней на том склоне не нашли бы… Мне просто повезло, что пацаны с подполковником успели сказать командиру колонны, что это я, а не погоня…

–  Твою мать!

–  А корректировщик, в общем-то, был прав, командир… Ты бы меня тогда видел, Андрюха! Самый настоящий «душара»! С чалмой на башке и пулеметом в руках!.. Он же не мог знать! Он просто поверил своим собственным глазам!

–  Ну, а дальше-то что?

–  Вынесли меня, взывали «вертушку» к шоссе, и всех четверых в Шинданд!.. Прооперировали нас с Палычем там, как смогли, а уже на следующий день отправили «транспортным бортом» в Душанбе… А еще через неделю в Москву, в Бурденко…

–  Здорово досталось?

–  Не слабо, командир… Из меня восемнадцать железок вытащили… В основном ноги и живот…

–  А подполковник твой?

–  С ним похуже было, Андрюха… Ему все в грудь прилетело… Тоже «множественные осколочные»… Но у него оба легких были задеты, да еще и глаз потерял…

Андрей помолчал немного:

–  Ну, а пацаны твои что?

На этот вопрос Брат только улыбнулся грустно:

–  Прапор со своей группой вообще удачно вышел, ни одного бойца не потерял, да еще и полтора десятка «бородатых» «удвухсотили»… А Кокос и Гриб… Их тогда в Шинданде на целую неделю задержали!.. Сам комбриг с ними разговаривать из Лашкаргаха прилетал… Они потом к нам с Палычем в Москву в госпиталь приезжали, рассказывали… Ребята тогда, за ту неделю, кучу рапортов написали! И комбригу, и «особистам» бригады… Те все допытывались, «зачистили» мы полевых командиров или нет… А когда они сообщили в рапортах, что я десять «духов» лично «в ножи» взял, включая и одного «генерала», то никто сразу и не поверил…