Разведывательно-диверсионная группа. «Тюлень»
Шрифт:
– Ха-ха, ха-ха, ха-ха, ха-а-а-а! Пацаны-ы-ы-ы!!! А-а-а-а-а-а-а!!!
Он затискал их в своих объятиях, а потом рванул к борту плавбазы:
– А-а-а-а-а-а-а-а!!!
В красивом прыжке, таком, что любой режиссер Голливуда позавидует, он перелетел через леер и как птица улетел за борт. И словно черная, лоснящаяся касатка, вошел в изумрудную воду Атлантики.
– Человек за бортом! – тут же рявкнул судовой «матюгальник» голосом вахтенного офицера. – Вахтенной команде! Человек за бортом!
Тут же на корабле поднялась неимоверная суета – человека, который сейчас был «за бортом», надо было спасать! Да вот только этот человек, для которого вода была едва ли не более родной стихией, чем суша, совершенно не собирался тонуть – он уподобился сейчас молодому, играющему дельфину! Он переворачивался в воде, выпрыгивал из нее, мощно и очень-очень быстро плыл куда-то в сторону от корабля, а через несколько секунд возвращался, и все это повторялось вновь и вновь!..
– Барракуда-а! Поднимайся на борт! – крикнул в мегафон улыбающийся Петрович, который уже тоже был здесь, на палубе около борта, как и каперанг Дьявол. – Возвращайся, тюлень ты наш!
– Ха-а-а-а-а!!! – было ответом. – Ха-ха-ха!!! Па-цы-ны-ы-ы-ы!!!
– Че это его «со стопоров сорвало»? – Караулов был удивлен не меньше других.
И тут по «трансляшке» прозвучала команда вахтенного:
– Спустить баркас с левого борта! Спасательной команде приготовиться!
– Не надо, каплей! – проговорил в мегафон Дьявол. – Все в порядке! Он сейчас сам поднимется на борт!
– Отставить! – рявкнул корабельный «матюгальник».
В общем... суматоха по поводу выходки Сергея поднялась немалая... А когда он, мокрый, улыбающийся, поднялся через пять минут по штормтрапу на борт плавбазы, к нему подскочил Караулов.
– Что это, бля, за цирк ты тут устроил, Губочкин?!! – зло проговорил Атас. – Я тебе, бля, щас такой «скотоклизм» устрою, что...
– Отставить, старлей... – Петрович пришел на выручку старшине. – Не надо никаких «скотоклизмов» и «чистки чайников»... Простим вашего старшину, «энша», у него есть причина на эту «диверсию»...
– Да какая может быть причина для такого раздрая, Петрович?!!
– У старшины сегодня дочка родилась...
Все, буквально все, кто стоял в тот момент вокруг улыбавшегося «во все тридцать два» нарушителя спокойствия и дисциплины на корабле, замерли, как изваяния.
– Что, простите? – переспросил Караулов.
И тут по корабельной «трансляшке» зазвучал голос вахтенного:
– Внимание! Говорит вахтенный офицер! От лица командования корабля поздравляем старшину первой статьи Губочкина с рождением дочери Виктории! Желаем ей здоровья и счастья! Сегодня по этому поводу по приказу командира будет организован праздничный ужин! Говорит вахтенный офицер!
И в эту секунду плавбаза «взорвалась»!..
Сергея обнимали, пожимали руку, затем подхватили и стали качать, как настоящего победителя. В общем, гвалт на палубе стоял такой, словно случилось что-то экстраординарное! Да, собственно говоря, именно так и было на самом деле – даже Петрович сказал, что такого случая за свою жизнь на флоте он не припоминает...
Весна 1990 г.
Москва, госпиталь
... – Так твоя Викуська родилась, когда ты в Анголе был, получается? – удивился Филин.
– Получается, командир... В нашей с тобой жизни солдат всегда именно так и получается... И у тебя точно так же когда-нибудь «получится»...
Сергей оказался настоящим пророком... У Филина и в самом деле «получилось»... Меньше чем через год!.. 7 февраля 1991 года у него тоже родилась дочь, Маша!.. Тогда, когда Андрей опять лежал в этом же госпитале в реанимационном отделении под капельницами и никто из хирургов не знал, «вернется он обратно» или нет [16] ...
16
События, рассказанные в книге «Огненный торнадо».
Но тогда, той весной 90-го, ни Тюлень, ни Филин еще об этом не знали, и даже не догадывались!..
... – Ну и как? Отметили рождение?
– Нормально! – улыбнулся Тюлень. – Я в тот день, понятное дело, больше не погружался... А Петрович даже отдал приказ выдать всем боплам по «сотке» СБВ!.. В общем... «диверсию» я тогда не плавбазе устроил ту еще!..
– А потом?
– Потом... – Сергей закурил и посмотрел в никуда. – Потом, четвертого октября, Атасу поставили задачу, и мы «прокатились» немного по этому долбаному Намибу...
– Расскажи, а?
– Да че там рассказывать-то особенно? «Холостой выстрел» получился...
– Ну, да! «холостой»!!! – усмехнулся Андрей недоверчиво. – За который простой старшина первой статьи, а «по-нашему» сержант, заработал орден Красной Звезды!!!
– Не-е, Андрюха! Я в ту прогулку уже главным старшиной сходил... – улыбнулся Тюлень.
– Ни хрена я уже не понимаю, Серега! Ты ж только сейчас мне рассказывал, что сержантом был!
– Да просто все, капитан!.. Просто так совпало... Мне второго октября и так должны были зачитать приказ о присвоении очередного звания, а тут сообщение из Одессы. Вот и отложили «читку» до вечера, до праздничного ужина...
– Получается, что у тебя в тот день было два «повода»?
– Примерно так...
– Так ты будешь рассказывать про поход в пустыню или нет?!!
– Ладно... Не кипи, командир...
Сергей закурил сигарету, глубоко затянулся ароматным дымом и проговорил:
– В общем... Петровичу откуда-то поступила информашка... И нас восьмерых, тех кто еще был «на плаву» к тому времени из команды Атаса из одесского МРП во главе с Дьяволом, «организовали» на поиск лагеря «Черного петуха»...
– А это кто еще такой? – Искренне удивился Филин.
– Есть такой «персонаж»... До сих пор!.. Жонас Савимби, бригадный генерал... «духовный лидер» партизанских отрядов УНИТА... Его уже давно хотят свести «на ноль», только не получается пока... Он что-то типа афганского Ахмад-Шах Масуда...
– Ясно... Только Масуд – «Панджшерский лев»...
– А Савимби – «Черный петух»... Он даже по местному подпольному радио так вещал: «Слушайте голос Черного петуха»... В общем, этот «кадр» очень почему-то полюбил «янкесов» и Преторию... И возжелал стать президентом Анголы, а это место уже занял Агостинио Нето, который очень сильно «задружил» с Союзом... Короче говоря, вместо местных «макак» в серьезных операциях на самом деле воевали между собой не они, а Союз против Штатов, ЮАР и Родезии... А «Черный петух» – это настоящий символ «демократии», мать его!.. Вот и берегли его «большие братья» пуще собственного глаза!..
– Как всегда это и бывает...
– Да, командир... Как всегда...
5 – 20 октября 1977 г.
Африка. Ангола
«Слушайте голос Черного петуха!..», когда продираетесь сквозь джунгли...»
...Черный надувной «Стриж» скользил по «черной» воде Кунене и еле слышно жужжал мощным мотором, неся на своем борту восьмерых морских диверсантов... Серьезные, сосредоточенные лица, разукрашенные черно-зелеными полосами спецгрима, были обращены в сторону пустыни. Мозолистые руки до белых костяшек сжимали «АКМСы», хотя... Это было не единственное их оружие... Каждый имел в своем арсенале еще и «степан степаныча» [17] в кобуре, а за спиной каждого из бойцов был уникальный «АПС»...
17
«Степан Степаныч», или «дядя Степа» – «АПС», автоматический пистолет Стечкина... Уникальное, надо сказать, оружие! Умели все же делать при «усатом Иосифе», когда под страхом быть объявленным «врагом народа» создавали для армии такие вещи, которые были натуральными произведениями искусства инженерной мысли!.. Не хочется вдаваться в подробности технических характеристик этого пистолета, скажу только одно – ничего лучше для ближнего боя не придумали до сих пор! И «Гюрза», пришедшая в конце 80-х на смену «стечкину», на самом деле полное г...о!.. Спросите тех, кому довелось подержать в руках и тот и другой... Но!!! Аббревиатура «АПС» понятна и однозначна для всех, кроме боплов! У них был еще один «АПС», настолько же уникальный, как и «дядя Степа»...