Развод по магическим стандартам
Шрифт:
Я на бегу стаскивала туфли – заодно бежать будет проще.
– Там гостевые тапочки! – донеслось мне в спину.
Но я не могла тратить время еще и на поиски тапочек! Плевать, на улице лето, не замерзну!
Я вбежала на третий этаж, запыхавшись, дернулась в один конец коридора, но поняла, что не туда, побежала обратно, теперь в нужную сторону, отсчитывая глазами номера на дверях: триста десять, триста девять, триста восемь!
Распахнув дверь, я едва не сложилась пополам: бок закололо. Но все мелочи мгновенно отошли на задний план. Дени лежал на больничной койке, очень бледный, почти как простыня, которой был накрыт, с запавшими глазами и под капельницей.
– Сынок! – я бросилась к нему и едва не разрыдалась, опустившись у кровати на колени и взяв узкую холодную ладошку.
– Мама, – тихо прошептал он.
Сил у него явно было мало, и я приложила палец к его губам.
– Молчи, ладно? Все хорошо, я рядом, и потом мы обязательно поговорим, – заверила его, поглаживая ладонь.
Мой мальчик кивнул и устало прикрыл глаза, а я, отпустив его ручку, потрогала лоб – холодный и влажный.
– Майни Алмор? – позвали меня, и я, обернувшсь, увидела мужчину-целителя в белом облачении.
– Да, – подтвердила свою личность и наклонилась к сыну: – Я сейчас поговорю с целителем и вернусь, – и поцеловала во впалую щеку.
Выйдя в коридор, я заметила размашисто шагавшего к нам Виктора. Он сам был в белых тапочках, комично смотревшихся с черным костюмом, и нес еще одну пару в руках.
– Добрый день, – поздоровался он с целителем. – Ирен, надень, пожалуйста, полы очень холодные.
Я стояла босиком на кафеле, но только после его слов почувствовала пронизывающий холод и поджала пальцы.
Но протянуть руки за тапочками не успела. Виктор присел, поставил их рядом и придержал, помогая надеть.
Я залилась краской и посмотрела на целителя.
– Вы отец ребенка? – спросил тот, сделав неправильный вывод.
– Я друг майни Алмор, – с легкой улыбкой отозвался поднявшийся во весь рост Вик.
– Хорошо, в таком случае, майни Алмор, вы в курсе, когда именно заболел ваш сын?
– Нет, – я замотала головой. – Дени живет с отцом, моим бывшем мужем, он назначен основным опекуном.
– И его отец не известил вас? – нахмурился целитель.
– Нет, – я снова мотнула головой и сжала кулаки.
А ведь должен был!
– Дениэля сопровождал кто-то из домашней прислуги, – пояснил целитель. – По их словам, у мальчика уже третий день кишечная инфекция с классической картиной: понос, тошнота, рвота. Из-за неправильного или недостаточного ухода развилось обезвоживание – для ребенка это крайне опасное состояние. Хорошо, что его успели вовремя доставить.
После пояснений целителя я поняла, что схватилась за сердце, а Вик осторожно поддерживает меня под спину. Я постаралась собраться, но тревога пока мешала мыслить здраво.
– Каково состояние ребенка сейчас? Какие прогнозы? – спросил за меня Виктор, а я в который раз почувствовала острый прилив благодарности.
– Состояние уже средней тяжести и постепенно улучшается, так что динамика положительная. Но выходные мальчик точно проведет в стенах больницы под капельницей, а дальше будем смотреть.
Я облегченно выдохнула и слегка оперлась на стоявшего рядом Виктора. Пусть не сочтет за наглость, но в собственных ногах я пока не уверена.
– И все же мы просим подписать согласие на целительское вмешательство второй степени, исключительно на всякий случай. Если, конечно, вы не возражаете против лечения магией.
– Да что вы! – воскликнула я. – Какие возражения?
Целитель кивнул, как мне показалось, с облегчением. Я слышала, что есть противники магического лечения, особенно детей, но искренне считала, что жизнь и здоровье любого человека необходимо спасать всеми доступными способами.
Мне тут же принесли бумаги, которые я заполнила, а также дали перечень того, что понадобится ребенку в больнице, и рекомендации по уходу после выписки – сразу, чтобы мы понимали, справимся или нет.
– Я все перепишу, иди к сыну, – Виктор перехватил у меня ручку.
Я замялась, не решаясь скидывать на него слишком много.
– Мне несложно, – поторопил меня Вик. – Иди.
Я зашла в палату, подхватила табуретку, которую в первый раз с испугу не заметила, и подсела к сыну.
Дени слабо улыбнулся при виде меня.
– Мам, расскажи что-нибудь, – сипло попросил он.
– Хм… дай подумать, – я посмотрела в окно и начала на ходу придумывать историю про семейство кроликов.
К концу рассказа Дени задремал, а целитель как раз заглянул в палату, проверил сына и, убедившись, что с ним все в порядке, поманил меня пальцем.
Я тихонечко вышла на цыпочках и прикрыла за собой дверь.
– Время посещений заканчивается, – предупредил целитель. – Завтра, пожалуйста, привезите сменную одежду и гигиенические принадлежности из списка: мыло, мочалку, зубной порошок и щетку.
– С ним же все будет хорошо? – заламывая руки, спросила я.
– Обязательно, – заверил целитель. – Опасность миновала, сейчас требуется немного времени и правильный уход после лечения, чтобы организм полностью окреп и восстановился.
Я заглянула через стеклянное окно в палату: сын сладко спал, а помощница целителя вытаскивала у него иглу из вены и сноровисто перематывала руку бинтом.
Мой мальчик. Сердце защемило, но я сумела оторвать от него взгляд и буквально сдвинуть себя с места по направлению к лестнице. Во многом этому способствовал сидящий и ожидающий меня Виктор.
Мне сразу стало совестно перед бывшим однокурсником и нынешним руководителем. Вспомнилось, как я беспардонно ворвалась к нему в кабинет, как он сам сорвался с работы, чтобы довезти меня. И вот Виктор сидит на лавочке у стены и ждет меня… уже третий час!
При моем приближении мужчина встал.
– Время посещений заканчивается, – пояснила я.
Без каблуков, в тапочках, я была ниже него больше чем на голову. Вик и в академии был едва ли не самым высоким на потоке, но постоянно сутулился, да и худоба его не украшала. Сейчас его рост не казался изъяном: от привычки сутулиться Вик избавился, набрал массу и подкачал мышцы. Теперь на его плечо можно смело опереться, сама недавно проверила.
– Виктор, спасибо тебе огромное, – я посмотрела ему в глаза, желая донести всю благодарность, которую испытывала. – Ты просто невероятно помог мне сегодня.