Чтение онлайн

– Этого я еще не выяснил.

– Зато я могу побыть твоей секретаршей, раз в участке снова работает патологоанатом, - бодро подхватил Кассиан. Валериан только криво ему улыбнулся, поклонился мне и произнес:

– Тогда направлюсь работать. Истинность истинностью, но если честным гражданам что-то угрожает, я должен идти.

Мы с Кассианом пересеклись взглядами и подумали об одном и том же: сейчас будет очередной разговор по душам. Я его искренне не хотела, потому что устала разводить драму каждый день. Не хочу ее. Хочу переболеть и жить дальше.

Кассиан прикрыл дверь и подошел к моему столу. Я смотрела на него снизу вверх, пытаясь представить, в каком из наших стандартных разговоров мы пойдем по кругу, как в гребаном цирке или на шоу: одни и те же фразы, интонации. И итог.

Вместо этого муж положил на мой стол синюю бархатную коробочку.

Сердце пропустило удар.

Это еще что?

– Открой, не стесняйся. Я должен был отдать его сразу, - хрипло произнес Кассиан.

Я помедлила, потом все же распахнула коробочку. Там лежала зачарованная цепочка со значком клевера, символа места, где у нас было первое свидание. Мы не сразу признались друг другу в чувствах, сперва дружили, и он много приходил мне на помощь.

Помню, как мы стояли друг напротив друга, так близко, что точно вот-вот произойдет поцелуй. Мир сладко замер в ожидании этого момента. Кассиан потянул меня на себя, наши носы соприкоснулись. Мы не спешили целоваться - это уже был решенный для обоих вопрос. Просто хотелось замедлить мгновение и насладиться этой точкой невозврата, потому что отношения точно перейдут на другой уровень… или распадутся вообще.

Лучше бы распались, и не знала бы я наших головокружительных поцелуев.

Впрочем, страсть увяла быстро. Мы поженились, начали жить вместе, и тогда появились неразгаданные тайны.

Я не понимаю, почему люди после свадьбы меняются. Или дело просто в том, что спадают розовые очки под тяжестью реальности?

– И зачем?
– спросила я, сложив руки на груди. Не хочу, чтобы Кассиан видел, что меня тронул его подарок.

– Ты просила.

Я горько усмехнулась.

– Да, я тебя просила об этом двести лет. Теперь мне не надо.

– Почему?
– не унимался муж.

– Потому что мне не нужен ты, Кассиан. Все прошло.

– Я тебе не верю!
– воскликнул он, подлетел ближе ко мне и упал на колени, прижался к ним головой.
– Ты можешь злиться на меня и на все происходящее. Но знай: я тебя верну.

Первая мысль, промелькнувшая в это мгновение: не дай боги ты что-то попытаешься сделать.

Хотя сердце, понятное дело, вздрогнуло от этой мысли, самой идеи, что Кассиан готов помучиться ради меня.

Тем не менее я понимала, что ситуацию это только ухудшит. Я снова проиграю. Веры в то, что во мне еще есть ресурс, чтобы простить, пережить и принять новую реальность, во мне не было. И дабы не думать об этом, я с горьким удовольствием уходила в работу.

Но теперь и в ней, такой желанной, не было уединения, чтобы тайно рефлексировать о своих переживаниях.

– Я искренне надеюсь, что у тебя ничего не получится, - глухо произнесла я и встала, неловко отстранившись от Кассиана. Подарок его я оставила на столе, хотя только одна мысль об этом заставляла мое сердце предательски сжиматься.

Тяжело было не обернуться, не подойти и сказать ласковое успокаивающее слово, как я привыкла, будучи примерной хорошей женой, когда многократно ставила свои чувства ниже других.

Кто бы мне еще сказал, зачем я это делала? Кого сделала счастливее?

Глупая вера уничтожила мой брак.

Податливость и угодливость не смогли сохранить верность мужа.

Меня учили быть мягкой и заботливой, сдерживать свой характер для работы, а дома быть не драконом, а ласковой кошечкой. И да, я десятки лет пыталась бороться с ощущением, что сову натягивают на глобус, и все таки смогла.

Вот так и села у разбитого корыта.

И сажусь в очередной раз, потому что маньяк еще чудесно разгуливает на свободе и ищет очередную жертву, а я даже его психологический портрет не составила и не выявила ритуалы, свойственные психопатам.

Что он хочет? Почему здесь?

Хочет быть найденным?

Хочет, чтобы я восхитилась его изворотливостью?

Ну так вот, милый маньяк, на фоне Кассиана и Валериана даже твоя изворотливость страдает.

Эта мысль придала мне бодрости, и я нашла Стефана во дворе. Он возился с какой-то штуковиной, которая полязгивала и выдахала зловонный черный дым.

– Что это?
– скептически поинтересовалась, подберев боком стену с облезшей краской.

– Это внедорожник!
– с гордостью сообщил помощник, представив мне еле живой вонючий агрегат, словно представил невесту родителям.

– И?

– Ну как. Валериан сказал, что нам нужен транспорт на случай погони, коль его истинная не соглашается быть таковым. И вообще это недостойное дело женщины таскать на спине мужиков.

– Как будто на шее достойнее, - фыркнула я.

Стефан насупился.

– Я не понял.

– Тебе и не нужно, - отмахнулась.
– Продолжай?
– я нацепила на лицо максимально заинтересованное выражение.

– Мы сможем спокойно передвигаться по лесу и возить жертв маньяка, если таковые еще будут. Осталось немного починить. Я, когда искал реактивы дома, нашел еще детали, да и вспомнил, что выписанный пару лет назад из столицы внедорожник стоит без дела.

– Будем честны: его списали. Тем более для этого агрегата явно требуется тягловая сила.

– Об этом не беспокойтесь. У нас есть накопители! Я еще статью читал, что идея не прижилась в столице, и все решили, что на лошадях сподручнее.

– А изобретателя куда дели?

– Выслали, - вздохнул Стефан.
– Куда-то далеко от столицы.

– Разве есть что-то дальше Скайглора?
– проворчала едва слышно.
– Ты такими делами занимайся в свободное время. Нам психологический портрет маньяка составить нужно!

– Так в свободное время я с Маей, - попытался возразить Стефан, но остановился под тяжестью моего взгляда.
– Ладно, понял. Скоро сделаю отчет.

– Вот и прекрасно, - заключила я и, дабы не встречаться с Кассианом, направилась к Маей, проведать, не разворотила ли она дом. Я все еще не знала, сколько в ней животного и сколько человеческого. Тем более во всем теле ощущалась странная слабость.

Зверюшка нашлась там же, где я ее оставила: на моей кровати, вольготно развалившаяся и помахивающая ядовитым хвостом во все стороны. Я, к своему огромному удивлению, обнаружила тонкий луч солнца, пробивающимся из окна, под которым и разомлела Майя. От нее пахло кашей, словно она доела всю кастрюлю, которую я приготовила себе на неделю.