ЖАНРЫ

Развод в 45. От любви до ненависти
Шрифт:

Мама сама виновата.

Обещала собрать вещи, но, как и следовало ожидать, воз и ныне там.

Неизвестно, когда нагрянет Таисия, а встречаться с ней — последнее, чего мне хочется. В ускоренном темпе достаю чемоданы и начинаю складывать одежду. Ничего лишнего — только самое необходимое. Некоторые украшения можно сдать в ломбард, этого хватит, чтобы снять хотя бы убогую однушку на первое время.

Через час основное собрано.

Останавливаюсь в коридоре, оглядывая квартиру. Когда-то — мой дом. Место, где было тепло, безопасно, где стены впитывали сны и страхи, радости и разочарования.

Теперь же — просто недвижимость, квадратные метры, которые с удовольствием урвёт мстительная мамаша.

Она сделает всё, чтобы лишний раз унизить, вышвырнуть на улицу и убедиться, что не устроилась лучше, чем ей хотелось бы.

Что ж… Умей терять, умей прощаться.

Недолго думая, направляюсь на кухню. Подхожу к мойке, обхватываю рукой кран и начинаю его отвинчивать. Металл поддаётся с натужным скрипом. Вода сразу же хлещет на столешницу, разливается по полу, жадно стекая в щели между плитками.

Перехожу в ванную. Повторяю то же самое с краном в раковине. Затем с душем.

Вот она — справедливость.

Раз мать так жаждет забрать себе это жильё, пусть получит его во всей красе.

Не останавливаясь, направляюсь к шкафу и провожу по дверце ключами из прихожей — с хрустом снимая верхний слой лака.

Следом, приближаюсь к зеркалу в коридоре. Секунду смотрю в собственное отражение, затем первым попавшимся флаконом духов с размаху его разбиваю. Стекло осыпается блестящими осколками.

Возвращаюсь на кухню: скидываю с полки посуду — тарелки и кружки с грохотом разлетаются по полу. Открываю холодильник и выбрасываю из него еду. Бутылка кефира приземляется, растекаясь белой лужицей, вызывая у меня смех.

Хватаю нож и спешу в гостиную: прохожусь по обивке дивана — разрезаю ткань, выпуская наружу набивку. Разрываю дальше, оставляя уродливые рваные дыры.

Делаю глубокий вдох, с диким удовлетворением оглядывая разгромленную квартиру.

Всё. Хватит.

Беру чемоданы, и, не оборачиваясь, выхожу, с силой захлопнув за собой дверь.

Наслаждайся, Тая!

Вернувшись в коттедж, набираю хозяев и продлеваю аренду еще на один день.

Завтра займу поиском жилья, а сегодня — отдыхать.

Костя обещал разобраться с оплатой, поэтому грех не воспользоваться предложением и не остановиться здесь еще на день.

Вымотавшись, принимаю душ, и отправляюсь в постель.

Необходимо выспаться, успокоиться, и выработать план действий.

С самого утра меня трясёт.

Я натягиваю скромный серый свитер, завязываю волосы в хвост, решая не наносить макияж. Ни намёка на яркость, ни малейшего повода обратить на себя внимание.

Однако стоит ступить на территорию института, как страх сжимает горло.

Кажется, все смотрят только на меня.

Или это паранойя?

Я иду по коридору, когда слышу позади строгое:

– Карина Вадимовна, зайдите ко мне в кабинет.

Проректор по воспитательной работе.

Вот дерьмо!

Оборачиваюсь, встречаясь с холодным взглядом Виктора Тимофеевича. Ноги подкашиваются, но, изображая покорность, следую за ним.

Дверь захлопывается.

Тишина.

Присаживайтесь.

Опускаюсь на стул, сцепив руки на коленях, пока он с задумчивым видом перебирает бумаги на столе.

– Вы в курсе, какой скандал разразился?

Молчу. Естественно, понимаю, к чему Виктор клонит.

– Ваши видео, - делает паузу, давая прочувствовать каждое слово, - в обнаженном виде. Ох, они удивили нас всех. Вы осознаете, что это не только ужасный позор, но и удар по репутации института?

– Но это личное… я отмечала день рождения, - шепчу.

– Личное? Стало публичным!
– иронично усмехается.
– Не обязательно было оповещать всех вокруг, что состоите в близкой связи с отчимом. Прыгать без нижнего белья. Вы обучаетесь на бюджете, участвуете во многих конкурсах, а значит, представляете наше учебное заведение. Буду краток - нам такие «представители» не нужны.

Ощущаю, как лицо горит от стыда, но всё ещё надеюсь вымолить хотя бы шанс.

– Я прилежная студентка, у меня хорошие оценки, активность… Разве не это главное?

– Теперь — нет. Мы лишаем вас повышенной стипендии. Более того, предлагаем уйти в академический отпуск.

– За что? Произошедшее не имеет отношения к моей учёбе!
– внутри всё закипает, но проректор лишь качает головой.

– Это не обсуждается. Либо академ, либо отчисление. Выбирайте.

Теряю дар речи…

Глава 26. Константин

Проснувшись в отеле, ощущаю себя отдохнувшим.

После безумных выходных, которые устроили Карина и Кристина, еще долго буду собирать себя по кускам и расхлебывать последствия. Однако хороший сон немного привел в чувства.

Полностью протрезвев, вспоминаю субботние разборки — и хочется провалиться сквозь землю.

Жесть, я вляпался.

Как же так вышло, что угодил в ловушку младшей оторвы?

Вчера вечером помощница Катерина привезла мне два костюма. Надеваю первый, что попадается под руку, чтобы в свежем виде отправиться в офис.

Сотрудникам не до личных проблем. Откладывать дела нельзя, равно как и бросать все, чтобы снова поехать к Таисии и попытаться поговорить.

Ужасно стыдно перед женой.

Перед ней в первую очередь.

На мнение окружающих — плевать. На тявканье компании Карины — тем более.

Сброд мажоров мне не указ, как и их сплетни.

Стадо алкашей и нахлебников быстро забудет о скандале. Чего не скажешь о супруге и теще.

Спускаюсь на первый этаж и завтракаю в ресторане отеля.

Значит, розы Тая не приняла. Предсказуемо.

Попробовать артиллерию потяжелее?

Может, купить ей машину? Дорогое украшение?

Сразу, конечно, не простит. Но хотя бы поймет, что мне не все равно.

Закончив с едой, вызываю такси и еду в офис.

Через полчаса я на месте.

Неожиданно встречаю на ступеньках перед входом… Лукерию!

Зачем она приперлась?

– Доброе утро, Константин, - сухо здоровается.

Поделиться с друзьями: