Чтение онлайн

– Ты же сказала, что до последней ссоры для тебя все было хорошо, - разводит Марк руками, умело переворачивая мои слова против меня же.

– Да потому что я люблю тебя таким, какой ты есть! И принимаю все твои недостатки, потому что они - часть тебя.

– Ну, значит ты молодец, можешь мириться с тем, что тебе не нравится. А я так больше не могу. Ресурс исчерпан.

– Ладно, - произношу и медленно выдыхаю, лавируя на грани самообладания.
– То есть я должна измениться, чтобы мы могли сохранить наши отношения, правильно?

– Да, - не теряясь с ответом, произносит Марк.

Я уже готова взорваться от возмущения и негодования, но держусь. Из последних сил держусь, чтобы не нарушить то, к чему я хотела привести этот разговор.

– Хорошо, я готова меняться ради нас, - часто киваю, словно болванчик.
– Мы вместе будем обсуждать то, что не нравится, вместе будем это менять. Но для этого тебе нужно вернуться домой.

– Нет, я не хочу торопиться с этим, - убивает своим ответом Марк.
– Будет лучше, если мы поживем отдельно какое-то время. Будем встречаться, попробуем начать наши отношения сначала. И если поймем, что у нас все же есть будущее, то тогда уже можно будет поговорить о том, чтобы снова съехаться.

Меня будто окатили ведром ледяной воды. Безотрывно смотрю на Марка и тупо моргаю. Пытаюсь взять в толк слова Марка, но не в силах подобрать не них ответ.

Это звучит еще бредовее, чем его прошлые речи. Пожить отдельно, чтобы улучшить отношения? Это как вообще?

Мы ведь не парень с девушкой, чтобы встречаться только для приятного препровождения времени. У нас семья, общий дом, быт. Ребенок, в конце концов!

И как он себе это представляет? Я примерю на себя роль матери-одиночки, которая все так же будет заниматься домашними делами, работой, ребенком, а заодно и вариться в своих душевных переживаниях и каждый день трястись над вопросом: «а вернется ли муж?».

Марк же окажется в роли холостяка, который будет занят лишь своей работой. У него появится достаточно времени для того, чтобы вновь вкусить жизнь свободного мужчины без семейных хлопот.

Он просто хочет пожить для себя и его совершенно не волнует, тяжело ли будет мне. Я не буду иметь возможности отбросить все свои обязанности и просто заняться собой, переварить все то, что происходит. Но тяжело мне будет не физически, нет. Я привыкла, что все заботы почти всегда на мне. Однако Марк был для меня моральной поддержкой. Он дарил мне ощущение твердого мужского плеча, которого теперь больше не будет.

– Я не думаю, что пожить раздельно - это хорошая идея, - качаю я головой.
– Мы семья, Марк, и если хотим бороться за наши отношения, то и делать должны это вместе, как семья. Мы должны быть рядом друг с другом, вместе обсуждать наши проблемы, вместе находить решения. А иначе ничего не получится. Неужели ты этого не понимаешь?

– Я считаю иначе, - возражает он и встает со стула.

– Марк, ты должен остаться, - дрожащим голосом произношу я и встаю из-за стола следом за ним.

– Ты хочешь, чтобы я остался, а я считаю, что лучше будет пока пожить отдельно. И что теперь? Я должен сделать так, как хочешь ты? Тебе не кажется, что должны учитываться мнения и желания обоих, а не только твои? Или для тебя семья - это значит, что муж должен делать так, как посчитала правильным жена?

– Нет, я такого не говорила, - мотаю головой и наблюдаю, как Марк обувается в коридоре.
– Я сказала, что мы семья, и должны принимать решения вместе. Решать проблемы вместе, находить компромиссы.

– А какой сейчас может быть компромисс?
– усмехается он.
– Сделать так, как хочешь ты? Нет компромисса в данной ситуации. У нас противоположные мнения на этот счет. Поэтому я поступлю так, как считаю нужным.

– А если я не согласна с этим?
– срываюсь я, понимая, что конфликта уже не избежать.
– Меня это не устраивает! Если мы семья, то живем вместе, и точка.

– Если тебя не устраивает, то это твои личные проблемы, - небрежно бросает он и дергает дверную ручку.
– Больше не будет все так, как хочется тебе. Смирись с этим.

На последнем слове он покидает квартиру и захлопывает дверь. А я смотрю с открытым ртом на опустевший коридор и прихожу к мысли, что на этом всё. Марк уже ничего не хочет, кроме как жить ради самого себя. И мне нет смысла трепыхаться и пытаться сохранить наши отношения. Сохранять уже нечего.

Снова я утопаю в своей боли и изливаю ее горючими слезами, уткнувшись лицом в подушку.

Я перешагнула через свою гордость, сказала Марку, что готова меняться, попросила его вернуться. Но он не придал никакого значения моим словам, не сделал ответного шага. Он просто плюнул мне в душу!

У моего мужа точно кто-то есть. Иначе почему он так себя повел? Разве может любящий муж выбрать вариант пожить отдельно, чтобы якобы наладить отношения, даже не попытавшись уладить это как-то иначе?

И меня просто убивает, что он продолжает утверждать, что у него никого нет, и переворачивает все так, будто я виновата в развале семьи. Я не так себя вела с ним, я не так смотрела, не так дышала… Все не так! Я во всем стала ему неугодной, а он, бедный, просто терпел и молчал.

Как же это низко. Он просто растоптал меня этим. Разве за все годы брака я не заслужила элементарного уважения к себе? Почему он не может взять ответственность на себя, раз разлюбил?

Я ужасно злюсь на Марка. Но в то же время мое сознание все еще отказывается принимать тот факт, что он оказался такой сволочью. Пытаюсь найти другие оправдания, иные объяснения его мышлению и вытекающим решениям, но просто не могу.

Да, мужчины мыслят отлично от женщин. Но ведь не на столько же, чтобы принимать неадекватные вещи за абсолютно нормальные?

Мой мобильный звонит, вырывая меня из пучины отчаяния и боли. Утираю от слез заплаканное лицо, беру телефон в руки и смотрю на экран. Мама. Не до нее сейчас, но и не поднять трубку я тоже не могу. Вдруг она звонит из-за дочки?

– Алло, - отвечаю на звонок и стараюсь говорить бодро.

– Ты освободилась?

– Да. Слушаю тебя.

– Что у вас с Марком случилось?
– в лоб спрашивает она.

– Да нормально все у нас, - отмахиваюсь я, надеясь, что на этом расспросы закончатся.

– Я же слышу по твоему голосу, что не нормально. И дочь твоя, между прочим, слышала вашу ссору. Рассказывай давай, - настаивает она, а я начинаю раздражаться.

Конец ознакомительного фрагмента.