Чтение онлайн

– Да, - взрываюсь. – Я десять лет молчала и терпела.

– Что ж ты так долго мучалась, несчастная?!

– Больше не собираюсь. Это была последняя капля. Измену я тебе не прощу.

– Блядь, я тебя придушу сейчас, - говорит он зловеще. – Какая на хрен измена?! Ничего не было. Ты сумасшедшая истеричка.

– Да-да, а через десять лет ты Маше с Ваней нагулянную сестренку притащишь. Скажешь: «Так получилось. Бес попутал. Но ты ведь больная алкоголичка у меня, всё поймешь». Где-то я уже это видела, - произношу со злостью, и сама застываю.

Черт.

Я же обещала себе, что никогда больше не буду говорить плохо о его родителях.

– Богдан, - осекаюсь, глядя, как его лицо багровеет.

Он подступает ближе и дергает за локоть так, что сомнений нет - будут синяки.

– Богдан, - визжу, пока он тащит меня в гостиную.

Толкает на диван и поднимает с пола платье.

– Одевайся, - произносит глухо.

Быстро натягиваю платье поверх комплекта белья, выбранного мужем с утра по фотографии, и всхлипываю.

– Одевайся, - повторяет бешено.
– И пошла на хер отсюда, Яна, - кивает на дверь.

– В смысле? – вздрагиваю.

– Пошла. Отсюда. На хер.

– Ночь на дворе, куда я пойду?! – спрашиваю испуганно.

– Мне всё равно. Иначе я тебя задушу своими руками, - его руки сжимаются в кулаки.

Округляю глаза и вскакиваю с дивана. Судорожно поправляя платье, несусь в прихожую. Там надеваю туфли, хватаю сумку и выскакиваю из квартиры.

Несусь по лестнице, ничего не слыша… Это финал. Конец.

Я жить не хочу.

Вылетаю из подъезда. Ничего не соображая, усаживаюсь в откуда-то взявшееся во дворе такси и пытаюсь оправиться от шока.

Глава 12. Яна.

Первое, что я ощущаю, когда более-менее прихожу в себя и в ушах угасает непрекращающийся гул – приторный аромат ванили и корицы.

Чувство страха расплёскивается вязким сиропом сначала в ногах, а потом поднимается всё выше и выше. Достигает максимальных пределов, когда я осознаю, что не заказывала такси и тем более не называла водителю адрес.

Я была настолько шокирована тем, что произошло между мной и Богданом. Совершенно ничего не соображала. Уселась в первую попавшуюся машину, даже толком не рассмотрев её.

– Это вы? – спрашиваю пораженно.

Вельветовый пиджак и фуражка расплываются в глазах от приступа удушья. До сегодняшнего дня приятные для меня запахи становятся чем-то вроде угарного газа.

Губы вмиг высыхают и мне нестерпимо хочется на свежий воздух.

Водитель уверенно ведет автомобиль по ночным улицам и бросает на меня смеющийся взгляд через зеркало заднего вида. Его глаза пустые и затуманенные, словно у дохлой рыбы.

– Остановите автомобиль, - произношу почти шепотом.

Мне хочется орать, визжать. Но, черт возьми, не получается! От ужаса происходящего на это просто не хватает внутренних сил.

– Немедленно остановите автомобиль, - повторяю свое требование и слабо ударяю кулаком по спинке переднего пассажирского сидения.

Таксист ни слова не говорит.

В этом молчании есть что-то зловещее, поэтому я судорожно дергаю ручку на двери, но она не поддается. Закрыто.

– Куда мы едем? – истерично повышаю голос.

Снова тишина.

– Такая болтливая стала, красавица, - выговаривает он весело, причмокивая конфетой. – А до этого ехала, нос воротила.

– Куда мы едем?

– Леденцы будешь?!

– Какие леденцы? – судорожно хватаюсь за сумку.
– Вы сумасшедший? Куда вы меня везёте?

Бесшумно открываю застежку и лихорадочно пытаюсь отыскать телефон. Помада, ключи, духи… Нащупав свой новенький айфон, снимаю блокировку и совершаю попытку убавить яркость экрана до минимума.

– Остановите машину. – продолжаю причитать, стараясь разглядеть хоть что-то в этой гребаной сумке. Завтра же выкину из неё весь хлам.

Если завтра вообще наступит… - думаю, пытаясь унять дрожь от удушающих слез.

Очень хочется жить!

В новостях так часто показывают случаи нападения на женщин, чаще всего с трагичным концом... но всегда кажется, что со мной-то точно такого не приключится…

Автомобиль продолжает движение в неизвестность.

– Остановите машину. У вас будут проблемы, - мой голос дрожит и вибрирует, постоянно сбивается то на шепот, то на хрип, но я просто обязана разговаривать, потому что нужно отвлечь водителя, пока я норовлю по зрительной памяти открыть контакты и набрать номер. – Мой муж от вас места живого не оставит.

На долю секунды заглядываю в сумку. Неистово ликую, когда вижу заветную фотографию в карточке контакта.

Богдан, ну же, возьми трубку!

Где-то на третьей секунде звонок сбрасывается. Зажимаю динамик пальцем, чтобы не были слышны короткие гудки, и набираю номер мужа еще раз.

Богдан, любимый, пожалуйста, ответь мне.

Там, в квартире мне хотелось отхлестать его словами посильнее, чтобы он хотя бы на секунду прочувствовал мою боль. Боль оттого что я рисую в воображении своего единственного любимого человека с чужой женщиной.

Это словно игра «Передай другому».

Ощутил резь в сердце – тут же припомни слабое место оппонента и постарайся подобрать обидные слова так, чтобы боль как следует срикошетила в него. Обратно. Желательно в троекратном размере. В этот момент нет в мире большего врага, чем самый близкий человек.

Снова и снова давлю на заветное имя на экране, всякий раз звонок обрывается.

Мы ссоримся, делаем друг другу больно. Но мы ведь команда… Семья?

Богдан, - реву про себя. – Любимый! Пожалуйста! Возьми трубку!

Под грудью лопаются канаты от бессилия, а сердце болезненно бьется о ребра.

Пожалуйста.

Пожалуйста, Даня! Данечка!

Где-то на пятый раз вместо привычной тишины раздаются оглушительные гудки и леденящая душу фраза «Абонент временно недоступен».

Я поверить не могу.

Он отключил телефон?

Хочется разрыдаться, но я просто не успеваю этого сделать, потому что сумка вдруг соскальзывает с колен, а машина резко тормозит на обочине.

– Будь хорошей девочкой, - говорит похититель. – Не надо никуда звонить.