Чтение онлайн

– Не говори ерунды! Я всегда в состоянии! – потрепал себя по голове. – После душа буду огурцом. Что нужно?

– Съездить со мной к одному человеку, это наш охранник, который прячется, потому что причастен к исчезновению видеозаписи.

– Через полтора часа у тебя, - подмигивает, и с экрана исчезает его лицо.

Глупо надеяться на то, что запись всё же существует, на месте Гара я бы удалила её безвозвратно. Но надежда должна умирать последней. Наспех перекусываю, понимая, что горничные снова вдвоём, время не подходящее, и выбираюсь из дома. Машина остаётся на территории, я же усаживаюсь к Дане, чувствуя амбре после его вчерашних смешений.

– Вот это одеколон, - смеюсь, открывая окно.

– Да я уже две пачки жвачек пережевал, - сетует Даня. Выглядит как всегда хорошо. Сменил футболку и джинсы на чёрную одежду, и я невольно бросаю взгляд на его руки. Он всегда любил тренажёры, и пока я ленилась, таскал железки и бегал. Жаль, что всё же меня к этому не приучил.

– Куда едем.

– А, да, - спохватываюсь, открывая телефон, и диктую название улицы. – Кате звонил?

– Почему это так тебя интересует?

– Да просто спросила, - пожимаю плечами, - уже и спросить нельзя?

– Звонил, - отзывается, включая поворотник и высматривая, когда дорога будет свободной.

– Кстати, - вспоминаю про юбилей отца, - может, составишь мне компанию в среду? Боюсь умереть со скуки среди всех этих представительных господ, которые придут поздравлять дорогого папочку.

– У меня другие планы, - отзывается, не смотря на меня, а я немного удивлена и расстроена.

– Да, конечно, понимаю, - пытаюсь не выдать голосом настроения. – Тогда подскажи, что ему купить?

– Это твой отец, - напоминает, будто я и без него не знаю этого.

– Да понятно, только вообще в голову ничего не лезет.

– Если бы ты спросила, что подарить тебе, я бы не задумывался.

– Ну и что это?

– Полёт на воздушном шаре.

– Почему? – усмехнулась. Никогда не говорила ему, что мечтаю о подобном.

– Это же романтично!

– Ты опять начинаешь? – закатываю глаза, но надо отдать должное, тут он прав.

– Я просто сказал. Это же не значит, что рядом с тобой буду я.

Снова вспоминается Гар и причина, по который мы с Даней едем куда-то.

– Если я встречусь с Игорем, как ты на это посмотришь? – задаёт мне вопрос, а я вскидываю брови.

– Исключено. Не думаешь ведь ты, что он тебе что-то скажет?

– Попробовать стоит, сделаю вид, что переживаю за вас.

– Нет, - качаю головой, пытаясь придумать хоть что-то, что подпортит жизнь дорогому мужу. И на ум приходит одна шалость. Открываю телефон, нахожу нетрадиционные знакомства и регистрирую Гара, указывая всё, как полагается. Несколько фотографий, в том числе с моря. Потом раздумываю, и всё же стираю фамилию. Он так палиться не станет. В статусе пишу «Готов быть рабом» и усмехаюсь.

– Что ты там делаешь? – Дане тоже интересно.

– Да так, - иду на другие аккаунты, принимаясь лайкать фотки без разбора. Чего добиваюсь? Пусть гомофобу звонят мужики с непристойными предложениями, уверена, это выбьет его из душевного равновесия. – Просто хочу позлить Гара.

– И что это?

– Интим услуги.

Приходит первое сообщение. Ничего себе, как быстро. Они что там все онлайн?

«Привет сладкий».

Ухмыляюсь, вступая в переписку, и спустя десять минут выдаю номер телефона, настаивая, что люблю играть и сначала доказывать, что совсем не такой. Через час по моим подсчётам Гару должно было позвонить как минимум шесть человек, но я занята другим: поиском Кирилла.

Соседи, видимо, на работе, потому что звонок в двери ничего нам не даёт. Лишь в одной квартире хрустит замок, и выглядывает бабуля. Говорич, что не видела парня уже несколько дней. Гар подготовился, видимо, отправил охранника в отпуск. Я понимала, что этим и закончится, но всё равно расстраиваюсь.

– Сколько у тебя времени? – интересуется Даня, когда мы снова оказываемся в машине. – До того момента, как вас разведут.

– Не знаю, - пожимаю плечами, - отчего-то не хочется говорить о ребёнке с Даней, рассказывать всю схему, поэтому умалчивая, - Пилюгин говорил о трёх неделях. Он планирует тянуть процесс, пока я пытаюсь найти хоть какую-то зацепку.

Вспоминаю о Кристине, сегодня же припру её к стенке!

– С родителями виделся? – интересуюсь, когда снова едем в машине. Даня предложил вместе поужинать, и я не была против.

– Ещё не успел, с самолёта вещи домой закинул и сразу к тебе. Сегодня точно им на глаза показываться не стану, - усмехается. – Хватит и того, что видела меня в таком состоянии ты.

– Вы живёте вместе? – хочу узнать, что он скажет мне о Кате.

– С родителями? – не понимает Даня, что я уже переключилась.

– Нет, с Катей.

– Для обычной дружбы слишком много вопросом по этому поводу.

– И всё же, удовлетвори любопытство. Мы, девушки, такие.

– Да, мы живём вместе.

Интересно, когда он скажет мне, что Катя его невеста? Знают ли родители о предстоящей свадьбе?

– Как давно? – не отстаю.

– Это что допрос? Ладь, вот к чему эти разговоры? Я же не интересовался, как проходят ваши свидания с Игорем.

– Ты даже на мою свадьбу не пришёл!

– Занят был, - бурчит, сжимая руль. Но я-то знаю, что на самом деле он просто не мог смотреть на это. Одна из его сестёр шепнула по секрету, не потому, что мы были друзьями, потому что хотела показать его слабость. И этой слабостью была я.

– Надеюсь, на свою меня пригласишь, - не сдавалась, подводя его к тому, чтобы он, наконец, признался.

Он ничего не ответил, и я видела, как ходят желваки на его лице. Благими намерениями выстлана дорога в ад, и я собиралась толкать друга в чужие объятия, уверяя себя, что поступаю правильно.

За ужином мы переносимся в детство, вспоминая счастливые моменты, и кажется, что жизнь снова налаживается, если не думать о реальности, конечно.

Оказавшись дома, прохожу мимо охранника, когда Александр меня подзывает.

– Не знаю, важно это или нет, но я просмотрел сутки записи. Оказывается, не хватает не только двадцати минут, о которых вы в курсе.

Вскидываю брови, слушая внимательно.

– Около двух часов ночи видео снова прерывается, но уже на полтора часа.

– Почему? – я понимаю, что мне становится страшно от этого факта.

– Не знаю, - качает головой. – Но кто-то не хотел, чтобы вы увидели, что происходило в то время.

И я понимаю, как мёрзну в августовских сумерках, пока по мне ползут паучьи лапки страха.