Развод. Мой неверный миллионер
Шрифт:
Мой мужчина весьма жестоко обошёлся со своей спасительницей. Видно, его измена и есть моя награда.
Такси въезжает в элитный район, где на КПП я сообщаю своё имя и адрес, куда меня везут. Мы проезжаем без проблем. Мою семью прекрасно тут знают. Когда-то именно отец и его деньги построили этот район. Скажем так, он весьма увлёкся, возводя вокруг себя стены. Ушёл далеко за пределы частного дома. На этот счёт у него была небольшая паранойя.
Порой в молодости это вызывало у нас сестрой уйму проблем. Роман Петрович не особо хотел отпускать своих дочерей на вечеринки за пределы района после восьми вечера. Ему вечно казалось, что неожиданно объявятся его враги и непременно решат поквитаться с ним именно за нас счёт.
Нам Алиной это казалось маразмом. Хоть в чём-то мы с ней были согласны…
Когда машина останавливается у ворот нашего семейного особняка, я расплачиваюсь с таксистом (благо в пальто был кошелёк), оставляю ему чаевые и выхожу на улицу. Меня без проблем пускают на территорию и проводят в дом.
Управляющий особняка отца — Константин, наверняка находит странным, что я приехала сюда неожиданно и даже без сумочки. Но ничего не говорит. Он всегда старается не лезть в жизнь хозяев дома, и я уважаю его за это.
Войдя дом, раздеваюсь и прошу провести меня к отцу, но меня стремятся разочаровать:
— Роман Петрович сейчас занят, просил его не беспокоить
Я хмурюсь. И кого же отец мог принимать так рано ещё и у себя дома?
— И кто же там с ним? — спрашиваю требовательно.
Я совершенно не в настроении, видно поэтому Константин и не решается со мной спорить. Видит всё по моему выражению лица.
— Вашу сестру. Алину Романовну.
Вот её я точно не желала сейчас видеть!
Несмотря на то, что моё желание видеть сестру меньше нуля, я всё же нахожу в себе силы и собираю эмоции в кучу.
Сейчас не время для истерик.
— Отлично, я как раз хотела обсудить с ними пару моментов! — улыбаюсь натянуто, и управляющий сразу понимает, что всё не так просто.
Однако молча кивает и ведёт меня к кабинету отца. Изредка лишь обеспокоенно поглядывая на меня.
Стараюсь держаться уверенно, но не могу скрыть дрожь в ладонях. Сестра сейчас действует на меня, словно красная тряпка на быка. Хотелось открутить ей попросту голову. Хотя даже это вряд ли поможет ей обрести мозг. Она всегда была немного глуповатой и наивной, но, может, мне так казалось? И на самом деле она не так проста, как мне думалось.
Алина была любимицей отца. Недоношенный ребёнок, которого мать чуть не потеряла при родах. Именно поэтому всё детство вокруг неё носились, словно она хрупкий цветочек. Алина то, Алина се… родители исполняли все её прихоти. А когда мама умерла в аварии, то у отца и вовсе снесло крышу. Он сам ужасно страдал, потеряв её, но при этом не забывал оказывать всё своё внимание младшей дочери, которой тогда было 11. Мне тогда уже было 16, поэтому отец решил, что я справлюсь с потерей и сама.
В общем, Алина была залюбленным и избалованным до неприличия ребёнком, и всегда этим пользовалась. На отца ей было совершенно плевать, с избалованностью она каким-то образом приобрела некоторую циничность, и его любовью лишь пользовалась. Правда, Роман Петрович решил быть великим слепым, и совершенно этого не замечал.
Несколько секунд я стою у дверей, решаясь войти.
Я, конечно, собиралась поговорить с сестрой, но ещё не придумала, о чём… сказать, что она разрушила мою жизнь? Назвать её шлюхой и предательницей, что спит с мужем старшей сестры? Расплакаться и слёзно умолять отстать от Владимира?.. Ещё не решила.
Правда, и времени обдумывать больше этот вопрос у меня нет.
— Мария Петровна, с вами всё хорошо, вы что-то бледная…
Всё же прерывает напряжённую тишину Константин.
Иронично улыбаясь, отвечаю ему:
— Разве в этом доме когда-то было всё в порядке?
Затем моя рука тянется к ручке двери и открывая её, я захожу в кабинет.
Роман Петрович как обычно, когда встречается с близкими, восседает в своём кожаном кресле и потягивает восемнадцатилетний коньяк судя по бутылке “Cognac Carpet” на журнальном столике. Сестра же сидит на диванчике рядом и распахнув глаза и надув губки, требовательно что-то щебечет.
Она всё в том же наряде, что была и на приёме. Даже не потрудилась переодеться после секса с моим мужем. Явилась сюда, словно ни в чём не бывало.
Её вид злит меня. Я начинаю закипать, злость поднимается где-то внутри. Хочется выплеснуть её наружу, пока она не захватила меня с головой.
Не успеваю всё взвесить, как мои ноги уже несли меня к ней.
— О, Машка… — улыбается она довольно, но продолжить не успевает.
Подхожу к дивану и с омерзением окинув её сверху вниз, я вскидываю руку и даю ей звонкую пощёчину.
Она визжит и прижимает к пострадавшей щеке ладонь.
— Мария! — ворчит отец, недовольно смотря на меня.
— Может это её научит, что спать с чужими мужьями, не всегда бывает приятным. — Выкидываю я зло, смотря на то, как в глазах сестры вспыхивает злость и обида.
Тоже мне, пострадавшая… уже устала смотреть, как она играет со всеми.
— Дорогая, не думаю, что она хотела обидеть тебя… просто вы с Владимиром никогда не подходили друг другу…
— Что? — не могу поверить своим ушам. — Ты знаешь, что она спала с моим мужем, и защищаешь её?!
Моему шоку нет предела. А все приличные слова покидают мой лексикон. Я стою и не понимаю, что происходит.
— Ваша свадьба изначально была ошибкой. — Продолжает добивать меня отец. — Ты никогда не дотягивала до него, а он уже тогда засматривался на нашу Алинку. — Отец проводит пальцами по своим пышным усам, подбирая дальнейшие слова. — Она просто влюбилась в него и позволила себе слабость.
— Слабость, папа?! — взмахиваю руками и делаю шаг назад, не в силах стоять рядом с ними. — Спать с мужем собственной сестры это не слабость, это ошибка! Предательство! Да и что за чушь ты несёшь, Владимир никогда не обращал внимания на эту мелкую интриганку. — Кидаю возмущённый взгляд на сестру, которая, выпучив глаза, переводит взгляд с меня на отца. Строит из себя жертву. — Она сама раздвинула перед ним ноги, когда появилась возможность.
Слышу смешок, а затем тихое:
— Может, потому что кто-то забыл, что супружеский долг входит в обязанности жены, муж и начал искать любовь на стороне…
Алина уже сделала финт ушами, но останавливаться, видимо, не желает.
Тем не менее её слова попадают куда нужно. Сердце больно сжимается, глаза наполняются слезами.
Да, мы не спали с Владимиром несколько месяцев до сегодняшнего дня. В одно мгновение мы отдалились друг от друга и забыли о том, что являемся мужем и женой. Но для этого были причины. Возможно, в чём-то Алина и права, и я сама виновата в причине холодности своего мужа?