Чтение онлайн

– Ась, ты всё не так поняла, – начала вдруг мама.

– А что здесь непонятного? Мой свекр – изменщик, как и его сын. А моя мама… Даже произнести этого слова не могу, – я не знала, как продолжить, сглотнула горький ком и зажмурилась. Отчего-то измена свекра повлияла на меня сильнее, чем измена мужа. Возможно, потому что действующим лицом в этом предательстве выступала моя собственная мать, которую я считала образцом благочестия.

– Ну перестань, Анастасия, делать из этого трагедию, – вдруг вступил в диалог Кривицкий. – В конце концов, мы с Алевтиной – взрослые люди, сами можем решать, что нам можно, а что нельзя.

– А вы помолчали бы, Станислав Львович! Постыдились бы! В этой паре именно вы – глубоко женатый человек! – не выдержала я и понеслась вразнос, чувствуя при этом, как щиплет в носу от желания расплакаться в голос. – Ладно бы, если бы вы не родственниками были. Да где это видано вообще, чтобы сваты таким занимались?! Что с вами не так? Хотя так и так это адюльтер!

Воцарилась тишина. Мама тревожно переглянулась со Станиславом и кивнула ему, словно дала добро рассказать мне правду.

– Никакого предательства, Настя, – выдал он как на духу. – Я максимально честен перед твоей матерью и своей семьей. Жене вчера сказал, что подаю на развод. Я просто люблю твою маму, разве это преступление?

– Ч-ч-чего?

От его слов у меня даже коленки задрожали, не то что голос. Вот только это оказалось еще не всё. Они решили вдруг со мной разоткровенничаться.

– Ну понимаешь, мы же не просто так не общались с твоими родителями после вашей свадьбы с Артемом. Причина была. Очень веская, – вздохнул он глубоко, – твоя мама.

– В каком смысле? – в шоке спросила я и ошалелыми глазами посмотрела на мать.

– Ты никогда не задумывалась, почему я сначала был против вашей женитьбы с Артемом, а как твою мать увидел, так и передумал?

– Я думала, вам мои родители понравились…

– Твоего отца я всю жизнь ненавидел. Как и он меня, впрочем. Алевтина – моя первая любовь. Мы встречались с ней со школы. Потом меня забрали в армию, а когда я вернулся, твой отец отбил ее у меня. Я оправился, конечно, но первая любовь, она такая, на всю жизнь. Понимаешь?

– Нет, не понимаю. Не понимаю, – повторила я несколько раз, не желая во всё это вникать. Всё сказанное рушило мое представление о браке моих родителей. Я хотела знать лишь одно и перевела взгляд на мать.

– Не смотри так на меня, Ася. Твоему отцу я никогда не изменяла. Как ты могла подумать такое?!

Голос ее звучал сурово, и я покаянно опустила голову. В это же время продолжил свой рассказ свекр.

– Наверное, мне стоило запретить Артему жениться на тебе, Ася, но когда я увидел твою мать, то надеялся хоть так видеть ее. Это было опрометчиво, мы с твоим отцом ведь не ладили, и он сразу понял, что к чему. Тоже не одобрял ваш брак, но было уже поздно. В конце концов, мне пришлось свести всё общение со сватами на нет, лишь бы не разрушить все наши семьи. Я бы всем жизнь испортил. Засунул свои чувства куда подальше и старался не вспоминать никогда. А когда твой отец умер, я понял, что это мой шанс. Я начал ухаживать за твоей мамой, но она гордая женщина и не принимала от меня никаких подарков. Поэтому мои ухаживания были никому незаметны. Но я был слишком упрям, и она наконец согласилась, что нужно жить дальше и дарить свою любовь кому-то еще. Теперь мы вместе. Не осуждай свою маму, а меня ненавидь сколько хочешь. Ты и сама знаешь, что между мной и Лидией любви никогда не было.

– Мама? – обратилась я к ней, желая услышать хоть какие-то слова уже от нее.

Несмотря на заверения свекра в любви к моей матери, вся их связь для меня выглядела банальной изменой. Мама в моих глазах выглядела любовницей женатого. Возможно, не случись в моей жизни Карины, я бы не отреагировала на их связь так бурно.

– Прости, Ася. Ты не должна была узнать это так скоро, я хотела поберечь свои чувства, но жизнь идет, а я не молодею, – сказала она и опустила глаза в пол. – Но то, что говорит Станислав Львович, чистая правда. Я не могла смириться с потерей твоего отца, и мне было так плохо. Я всю жизнь думала, что я сильная сама по себе, но нет. Я была сильной только благодаря твоему отцу. Когда его не стало, я почти опустила руки, но тут в моей жизни появился Станислав и вытащил меня из депрессии и апатии, и я снова захотела жить. Я тоже люблю его, Ася. Может, это и не правильно всё, но сердцу не прикажешь. Я влюбилась в него так же сильно, как и он, но мне, в отличие от него, понадобилось время. Твой отец был бы рад, если бы знал, что я снова счастлива и не живу прошлым.

– Мне надо подумать, – всё, что я смогла выдавить из себя.

Мне было так плохо, что слезы сами катились по щекам против моей воли.

Я выбежала из дома, когда эмоции взяли верх. Не могла я поверить в происходящее. Никак не могла. Дочка радостно качалась на качели, и я выбежала за угол дома, чтобы она не увидела моих слез. Из-за глухих рыданий не сразу осознала, что мой телефон просто разрывается от многочисленных звонков. А когда увидела абонента, то оцепенела.

Лидия Павловна. Свекровь. Бывшая.

– Станислав с твоей матерью? Такая же потаскушка, как и ты. Передай ей, что жизни ей я не дам! – рявкнула она сразу, как только я приняла вызов. – Пусть смотрит по сторонам, гадина! Всю вашу семейку удавлю!

Артем

Мать ревела уже который день после разговора с отцом. Выносила мне на пару с Кариной мозг, хотя последняя больше жаловалась на то, что ей приходится выслушивать жалобы моей матери, а ей, дескать, нельзя нервничать во время беременности.

– Вдруг инвалид родится или урод какой, – капризно сказала она мне в очередное утро. – Так что угомони мать или отправь ее в санаторий, если не хочешь, чтобы наследник у тебя бракованный родился.

– Ты мне условия тут ставить собралась?

Я иронично взглянул на Карину, не собираясь потакать ее глупостям. Мы сидели в столовой. Я во главе, она – справа от меня. Это было место матери, но она отказывалась спускаться вниз и требовала еду к себе в комнату.

– Не условия, Темочка, – почувствовала тревогу Карина и заискивающе заулыбалась, даже погладила меня по сжатому кулаку, который лежал на столе. – Просто я забочусь о нашем сыночке. Ты ведь хочешь, чтобы он родился здоровеньким?

– Допустим, да.

Я видел ее насквозь. Знал, к чему она клонит, и ждал, когда скажет о наболевшем вслух.

От моих флегматично произнесенных слов она побагровела, но быстро взяла себя в руки, снова растягивая губы в соблазнительной улыбке.

Вот только меня ее ужимки не трогали. Любви между нами не было, и я никогда этого не скрывал. Не забеременей она, наши отношения остались бы лишь мимолетным увлечением. И то, я даже так наш перепихон на пьяную голову назвать не могу. Она вешалась на меня с заядлым упорством, раздражая меня на рабочем месте, но как сексуальный объект я ее не рассматривал. У меня была семья, которая была для меня на первом месте. Помню, когда узнал, что Ася ведет двойную жизнь и отсылает какой-то женщине деньги, сначала подумал, что это какая-то дальняя родственница. А когда Макс нарыл информацию, что та девушка воспитывает дочь, как раз родившуюся через девять месяцев после ее расставания с Родионом Вознесенским, всё в моей голове встало на свои места. Не думал, что Ася способна была вести двойную жизнь, но именно в тот день меня от нее отвратило. Она столько лет врала мне, ни разу не упомянула, что рожала, а я, полный идиот, так верил ей, что даже не проверял досконально ее прошлое. Дурак.

– Ты меня слушаешь вообще, Артем? – донесся до меня раздраженный голос Карины. Она уже не первый раз звала меня по имени.

– Что? Повтори.

– Я говорю, твою мать надо в санаторий отправить, чтобы она перестала страдать. Это ужасно, как поступил твой отец, бросил ее спустя стольких лет брака, – с какой-то патетикой произнесла Карина. – Я считаю, твоего отца и на порог нашего дома нельзя пускать. Изменщик и предатель!

Она так яростно высказывалась против моего отца, что в какой-то момент мне даже стало смешно.