Чтение онлайн

Мы проговорили несколько часов, пока я не стала всё чаще зевать. Я устала, но спать ещё было рано. Потом Мэт предложил зайти в дом и посмотреть фильм. Мы быстро выбрали картину, которая понравилась бы нам обоим, и заняли диван в кухне-гостиной.

Сидеть прямо мне быстро надоело, и я как-то незаметно сползла к Матвею на плечо. А через полчаса уже практически лежала на нём! Мне нравилось слушать стук его сердца и размеренное, глубокое дыхание. Меня опутывал запах его парфюма. Свежий, с едва заметными сладкими нотами.

Мирон всегда выбирал горькие ароматы. Полынь, жжёное дерево, пепел… Один раз я подарила ему дорогие мужские духи, но он просто поставил их на полку и никогда ими не пользовался. Застарелая обида шевельнулась внутри. Мне должно быть всё равно, но тёмные чувства не отпускали, отравляя мою жизнь!

Тяжело вздохнула, выплескивая раздражение, и почувствовала чувственные пальцы на затылке. Матвей аккуратно перебирал мои волосы, прядь за прядью. Это простое действие пробирало до мурашек! Он начал с макушки и медленно спустился к шее, а потом начал обратный ход. Я едва не застонала от удовольствия!

Наслаждалась нежными прикосновениями, пока незаметно для себя не уснула. А проснулась от неприязненного комментария брата:

– Что здесь происходит?!

Скандала удалось избежать. Матвей понятливо поднялся, тепло попрощался и ушёл.

– Прекрати! – шикнул на меня брат.

– Я ничего не делаю!

– Ты провожаешь его глазами! Анют, я не против, чтобы ты закрутила лёгкий роман, но ты же влюбляешься в него!

Опустила голову, чтобы скрыть свои чувства. Да только братик видел меня насквозь!

– Это плохо?

– Не знаю, Конфетка, но мне не кажется это правильным.

Он ушёл в душ, а я поплелась в свою комнату. К сожалению, Даня прав. Я ещё не вышла из первых отношений, а уже падаю с головой в другие! В браке с Мироном я забыла, кто же я такая! И сейчас главное, что мне стоит сделать – вспомнить это!

Матвей приходил с утра и вечером, чтобы делать мне уколы. И если утром над нами всегда стоял брат, то вечером он часто был на работе. А Мэт составлял мне компанию.

Мы общались, смотрели фильмы, ужинали и просто гуляли. Мне с каждым днём становилось всё лучше. Голова уже почти не болела. И только головокружение и тошнота напоминали о травме. Наши вечера казались мне островками спокойствия и нормальности. Часто мы с Матвеем договаривали друг за другом фразы, говорили на перебой, а иногда молча сидели на террасе и смотрели на бликующее вдалеке море.

Вот и сегодня вечером я поймала себя на мысли, что жду Матвея. Маюсь у окна. Даниил смерил меня взглядом перед уходом. Оценил молочный летний сарафан, подобранные в высокий хвост волосы и тяжело вздохнул. Я никак не могла понять, на что он злится! Неужели ревнует?! Но это совершенно было на него не похоже!

Он никогда не гонял моих ухажёров, а тем более парней. Убеждая меня, что внимание противоположного пола красит девушку! Что же на этот раз не так?

Мэт подъехал к дому на своём байке через полчаса после ухода брата. Я открыла ему дверь ещё до стука.

– Привет!

– Привет!

Мы поздоровались одновременно, хотя расстались всего несколько часов назад.

– Проходи! – я посторонилась, пропуская его в дом.

– А где Даниил? Он вроде сегодня выходной?

– Нашёл подработку в другом посёлке. Вроде свадьба или день рождения.

Матвей как-то странно усмехнулся, но ничего не сказал.

– Сегодня последняя инъекция. – предупредил он меня.

А это значит, что больше нет повода встречаться. Мы разойдёмся как в море корабли, или всё же придётся признаться, что Матвей мне не безразличен!

После укола мы, как обычно, сели ужинать. Сегодня байкер приготовил пасту с беконом и сливками. Жирную, калорийную и просто бомбически вкусную! Завязался разговор о кулинарии.

– Недостаточно правильно обжарить бекон! Нужно ещё правильно его выбрать! А это задача мужчины!

– Разве мужчина должен разбираться в продуктах? В нашей культуре за это отвечает женщина!

– Чушь! Кому как не охотнику разбираться в мясе?

Лёгкая усмешка играла на губах Матвея. Он отсалютовал мне полной вилкой пасты и положил её в рот. Аргументов не осталось, пришлось последовать его примеру.

Вчера по глупости я обещала приготовить десерт. Почему по глупости? Да потому что я совершенно не умела печь! И не придумала ничего лучшего, как сделать пирожное Павлова. После ужина Матвей собирал тарелки и приборы, а я достала взбитые сливки и ягоды. Промыла их под проточной водой. Красиво разложила на тарелке первый слой, встряхнула бутылочку со сливками.

– Аня, тебе стоит сделать повторный снимок. Я почти уверен, что лечение помогло, но не стоит запускать своё здоровье.

– Ты беспокоишься за меня или за проделанную работу?

Я перевернула бутылочку, нажала на кнопку и залила ягоды белым облаком. Раскидала по нему оставшиеся ягоды и повернулась к Матвею.

– Готово!

Напряжённый взгляд, поджатые губы. Васильковые глаза потемнели и превратились в два сияющих сапфира. Внутри что-то задрожало, словно струну натянули и дёрнули! По звучанию похоже на си-бемоль?

Матвей сделал шаг ко мне. Коснулся своим лбом моего и заговорил горячо!

– Аня, я беспокоюсь за тебя! Прошу, расскажи мне, что с тобой случилось? Кто это сделал?

– Зачем?

Он закрыл глаза, пряча тьму внутри себя.

– Я найду его, и он больше никогда тебя не тронет! – он взял моё лицо в свои ладони – Я видел такие травмы, как у тебя, Ань, и прекрасно знаю, что этот монстр должен был сделать, чтобы ты их получила!

Боже, ну зачем ты так со мной? Сердце заполошно билось о грудную клетку, разгоняя безумие по моему телу. Я знала, что пожалею, но всё равно прогнулась, прижимаясь к этому сильному мужчине всем телом.

Обвила руками шею и шепнула:

– Не спрашивай ничего! Просто поцелуй меня!

Ни секунды мы не оставили друг другу, чтобы передумать! Его губы со вкусом жжёного сахара накрыли мои губы. Жёсткие пальцы запутались в коротких волосах на затылке.

В животе разом вспыхнул дикий пожар! Он превращал в пепел все правильные мысли и запреты. Напряжение между нами было такое сильное, что трещало статическое электричество! Воздух закончился, но сейчас казалось, что он и не нужен!

Я неосторожно прикоснулась к столу и угодила рукой во взбитые сливки. Матвей заметил это, порочно улыбнулся и, глядя мне в глаза, поднёс мою руку к своему рту, слизнул языком сливки!