Чтение онлайн

Она налила себе вина, глядя на меня поверх бокала:

— Ведь если человек долго не хочет принимать решение, то обстоятельства, порой, вынуждают его это сделать, но в более жесткой форме, и тогда уже не отвертеться! И скажи, что это не во благо тебе! Посмотри на себя сейчас — ты расцветаешь со скоростью света! Молодеешь на глазах! Главное, чувства — они не будут врать. Вспомни, как ты себя чувствовала в отношениях с Гордеем — неужели была безумно счастлива и ощущала себя важной и любимой?

Я задумалась, вглядываясь в тёмно-красную глубину бокала, словно там могли найтись ответы. Была ли я счастлива с Гордеем?

В самом начале — да, безумно. Он казался таким сильным, уверенным, защищающим. Но потом я постоянно испытывала чувство, будто недостаточно хороша, будто должна стараться больше, соответствовать его ожиданиям, заслуживать его любовь. Это не было счастьем — это была непрекращающаяся погоня за призраком одобрения, которое никогда не приходило.

— Может, ты и права. Это как... удалить опухоль. Больно, страшно, но потом приходит исцеление. Если бы не эта ситуация, я бы продолжала жить в иллюзиях ещё много лет.

— Именно! Философы говорят: всё, что с нами происходит — к лучшему. Иногда нужно время, чтобы это понять. И иногда, — она хитро подмигнула, — нужна хорошая порция красного вина.

Мы рассмеялись, и этот смех был как первый глоток свежего воздуха после долгого пребывания в душной комнате. Освобождающий. Очищающий.

— И что теперь? — я отставила бокал, чувствуя, как в душе разгорается что-то новое — не боль, не обида, а решимость.

Яра хитро прищурилась, и в её глазах мелькнул знакомый мне с детства огонёк авантюризма:

— А теперь, моя дорогая, время восстановить справедливость. И сделать это красиво!

Мы склонились над ноутбуком, просматривая отчёт детектива. В нём было больше, чем просто подтверждение измены. Оказывается, Гордей давно вёл двойную игру. Вилла, на которой он прохлаждался с любовницей, находилась в пригороде Москвы! Даже не удосужился спрятаться получше. Она была оформлена на подставное лицо. Но куплена она была деньгами с корпоративных счетов нашей компании, выведенных по уже знакомым мне схемам. Четыре миллиона долларов — целое состояние, которое он фактически украл.

— Вот гад... — прошептала я, листая документы. — Это же чистое мошенничество. Растрата. Уголовная статья.

— Именно! — Яра прищёлкнула пальцами. — У тебя на руках все козыри, детка. Теперь ты можешь не просто разрушить его личную жизнь, ты можешь его уничтожить. Законно, доказательно, без возможности оправдания.

Я задумалась, перебирая документы. Меня не радовала перспектива уничтожать человека, с которым прожила половину жизни. Но с другой стороны... он сам вырыл себе эту яму.

— Слушай, — я вдруг вспомнила, — на днях нашла странные ключи, которые выпали из портфеля Гордея. Не могла понять, откуда они...

Я поднялась и достала металлическую связку — три блестящих ключа с брелоком в виде головы льва. Необычные, явно не от нашей квартиры или офиса.

— Ключи от райского гнёздышка? — Яра подмигнула, рассматривая брелок. — Ну так самое время нанести визит! Устроить небольшой сюрприз голубкам.

— Подожди, — я вернулась к дивану, чувствуя, как в моей голове начал формироваться план. Не просто месть, а стратегия. — Нужно всё сделать правильно. По уму. Во-первых, созвать внеочередное собрание акционеров. У меня контрольный пакет, никто не сможет помешать. Лишить Гордея должности — теперь у нас есть доказательства его махинаций. Предъявить ему иск о возмещении ущерба компании... А если не вернёт — пусть отправляется в тюрьму!

Я говорила, и с каждым словом чувствовала, как ко мне возвращается сила. Не агрессивная, злая энергия мести, а спокойная уверенность человека, который знает, что закон и справедливость на его стороне.

— А потом, — подхватила Яра, — когда всё будет официально оформлено, нагрянем к ним на виллу! Устроим сюрприз! И прихватим с собой его мамочку и любимого пёсика... Пусть получит полный комплект!

— Пусть поживут все вместе, раз он такой заботливый сын и муж, — я почувствовала, как в груди разливается что-то, похожее на удовлетворение. Не злорадство — скорее, чувство восстановленной справедливости. Гордей наконец-то столкнётся с последствиями своих поступков. Впервые за все эти годы.

Я взяла телефон, набирая детектива. Гудки отдавались в ушах, сливаясь с ударами сердца.

— Владимир Викторович? Нужно продолжить наблюдение. Ежедневные отчёты о передвижениях объекта. И ещё, выясните всё возможное про эту виллу: документы, коммуникации, охрана. Всё в деталях. Особенно интересует, используется ли она для деловых встреч или только для... личных развлечений.

Ответ детектива был сдержанным и профессиональным, но мне показалось, что в его голосе проскользнуло одобрение:

— Сделаем, Мирослава Андреевна. Информация будет у вас в течение трёх дней.

Мы с Ярой сидели на балконе допоздна, обсуждая детали плана. Когда мы уже продумывали тексты исков и заявлений, мой телефон завибрировал, высветив на экране имя, от которого сердце забилось чаще.

— Александр? — удивилась я, глядя на экран. После последней тренировки мы не виделись несколько дней. Он был в отъезде на соревнованиях, а я погрузилась в работу с детективом.

— Ответь! — шёпотом скомандовала Яра, подталкивая меня локтем. — Давай-давай!

— Алло?

Почему его звонок так действует на меня? Мы же просто друзья, просто тренер и клиентка...

— Мирослава? Надеюсь, не разбудил, — его глубокий голос, как всегда, заставил сердце пропустить удар. Этот тембр — бархатный, глубокий — действовал на меня как какой-то гипноз. — У меня два билета на премьеру "Двенадцатая ночь", современная постановка в Театре Наций. У моего приятеля с девушкой не получается пойти, а билеты пропадают... — он сделал паузу. — Составишь компанию? Если занята или нет настроения — я пойму, просто подумал...

Я замерла, не зная, что ответить. С одной стороны — меня ждёт развод, суды, выяснение отношений... Не самое подходящее время для походов в театр. С другой...

Яра бесцеремонно пихнула меня локтем, активно кивая и даже изображая что-то вроде танца бровями. Её лицо говорило яснее слов: "Ты что, с ума сошла? Конечно соглашайся!"

— С удовольствием, — услышала я свой голос, и удивилась, насколько искренне это прозвучало. — Когда?

— Завтра в семь? — в его интонации послышалось облегчение. Неужели он волновался, что я откажу? — Могу заехать за тобой. Если хочешь, конечно. Или встретимся там.