Чтение онлайн

– Сонь, мне действительно стыдно за тот поступок. Прощения мне нет, я согласен. Мне жаль, что я так с тобой поступил.

– Ты сожалеешь только о том так скажем инциденте?

Я сложила пальцы в замок и выдохнула. Не хотела показывать волнение, но не получилось. И сама на себя злюсь за это. не понимаю свою реакцию. Хотя, после того, что тогда произошло в больнице, вполне себе объяснимая реакция.

– Я любил тебя все эти годы, Сонь. Ты меня так и не смогла полюбить. А мне хотелось ребенка. Своего, родного.

– Да, я знаю, что Настя для тебя совершенно чужая. Мне обидно, но судить тебя я не стану. у каждого свои чувства и эмоции. Но мне жаль, что ты не был со мной честен. Я бы поняла и приняла. Но не вот так, за спиной, обманывая меня столько лет.

– Я боялся, что ты уйдешь.

Я прикрыла глаза и медленно покачала головой.

– Бояться нужно было не тебе. Это я боялась, что ты меня бросишь и оставишь одну с ребенком. Я боялась, что сама не потяну все это. Но предательство это не только больно, но и сложно. Только знаешь, Вить, ты сделал меня сильнее. И я благодарна тебе за все. Правда. Особенно, за первые годы нашей совестной жизни.

– Как Настя?

Прикусив губу, я улыбнулась и снова посмотрела на мужа.

– Сдает анализы. У нее скоро операция.

– Правда? Так быстро?

– Да. И я очень этому рада. Хочу, чтобы она жила нормально.

– Я рад. Знаю, как ты ее любишь. Нужна какая-то помощь?

Я медленно покачала головой, понимая, что действительно ничего ненужно.

– Все есть, спасибо. Ты лучше позаботься о своей дочери, ладно? Уверена, она нуждается в тебе.

– Ты права. Моя малышка прооперирована, и понадобится не мало времени для восстановления.

– Желаю ей скорейшего выздоровления.

– Сонь…

– Что?
– выгнула бровь, с интересом собираясь услышать, что он хочет мне сказать.

– Я хочу, чтобы ты была счастлива.

– Спасибо, Виктор. Я буду счастлива, как только моя девочка будет со здоровым сердцем.

– Я понимаю, но тебе нужно еще и женское счастье.

Я прищурилась, удивленно глядя на мужа. Это его слова? Он говорит мне?

– Возможно, ты встретишь мужчину… которого сможешь полюбить. Уверен, он будет очень счастливым человеком.

Я пожала плечами. Говорить ли ему про Макса я не знала. Скорее боялась реакции. Вдруг его снова перемкнет, и он передумает желать мне личного счастья? Нет, лучше промолчу.

– Скажи, Вить, ты разлюбил меня?

– Мне сложно ответить на этот вопрос. Единственное, что я знаю точно, это то, что я хочу быть со своей дочерью. Я ей очень нужен.

А вот здесь я не сдержалась и улыбнулась.

– Я поддерживаю тебя в этом. Ты действительно очень нужен своей дочери.

И не знаю, так бы я реагировала на его слова если бы у меня не было Макса, но одно знаю точно, ребенок не должен страдать во вине взрослых.

– Сонь, я хочу развестись.

Я сглотнула, глядя на мужа круглившимися глазами.

– Правда?

– Да, развестись, и жениться на Лене.

Некоторое мгновение я смотрела в его глаза и пыталась отыскать там грусть на эти слова. Но если она в них и была, то только от нашего расставания. И сейчас я понимала, что у меня нет причин удерживать его. Нет причин, чтобы просить остаться.

– Я согласна.

– Ты не злишься?

Я смотрела в его глаза и медленно качала головой. Больше не на что злиться.

– Вить, несмотря на нашу последнюю встречу, ты очень много для меня сделал. Я не знаю, как бы сложилась моя жизнь и жизнь Насти. Ты для меня не чужой человек. Ты меня тоже прости, что не смогла стать любящей женой. Сердцу не прикажешь. Но я хочу, чтобы ты был счастлив.

– Буду. И ты будь.

– Когда-нибудь обязательно.

– После операции Насти, - повторил он мои слова, сказанные ранее.

Я кивнула и жестом руки подозвала официанта.

– Можно капучино?

– Конечно.

Дождавшись, когда мы снова останемся одни, я посмотрела Виктору в глаза и сцепила перед собой пальцы в замок.

– Ты нервничаешь. Что тебя еще тревожит?

– Недавно мне пришло сообщение на телефон. Там говорилось про моего отца.

– Про отца?
– удивленно уточнил Виктор, хмуря брови.
– От кого сообщение неизвестно?

– Нет. Сказали, что знают кто его убил.

– Хочешь сказать, что машина была неисправна по чьей-то вине?

Я пожала плечами.

– Не знаю. Как я могу верить сообщению от анонима? Но осадок, конечно, остался. Да и сам знаешь, странная та история с тормозами.

– Да, я помню, что его машина была только после техобслуживания.

Официант принес кофе, и оставив его на столе, быстро исчез.

– Именно. Только я не понимаю кому мог мешать мой папа? И кто об этом может что-то знать?

– Я удивлен подобной новости. Напишешь мне номер? Я проверю, возможно удастся найти человека, на которого он зарегистрирован?

Я покачала головой, поднимая чашку и делая глоток вкусного капучино.

– Номер скрыт.

– Уроды. Больше ничего не присылали?

Я снова покачала головой и вздохнула. Вся эта ситуация очень напрягала. Я боялась, что-то решит подпортить мне жизнь. И особенно боялась на Настю.

– Еще один момент был. В клинике Максима Настю отключили от приборов. Она чуть не погибла.

Виктор напрягся и уперевшись в стол, подался вперед

– Никто не мог забыть включить их?

Я с грустью улыбнулась подобной мысли.

– Нет, Вить.

– Камеры?

– Я с новостью об операции совсем забыла об этом. Знаю, что это глупо с моей стороны…

– Не вини себя. Ты на стрессе.

Я была благодарна ему за понимание. И удивлена, что он изменил свое мнение с последней нашей встречи. Я очень этому рада. Мне бы не хотелось, чтобы в будущем мы враждовали. После всего, что было между нами и сколько Виктор сделал для меня и Насти.

– Большую часть времени это действительно так. Но Максим… - я осеклась, понимая, что проговорилась.

Не хотела посвящать Виктора в наши с Максом отношения, а тут взяла и ляпнула. Кто же станет называть доктора просто по имени, если вас ничего не связывает?