Чтение онлайн

Привет, подруга, не хочешь встретиться в кафетерии за ланчем?

Сообщение отображается как прочитанное, и я наблюдаю, как точки появляются, исчезают, а затем появляются снова.

Что-то определенно происходит. Что именно? Я не знаю, но, черт возьми, обязательно выясню.

Еще через час без ответа я сообщаю медсестрам, что у меня перерыв на ланч. Они знают, что нужно вызвать меня, если я им понадоблюсь. Я поднимаюсь по лестнице на третий этаж, где находится офис Элли, полная решимости получить ответы.

Несмотря на непреодолимое желание ворваться к ней в кабинет, я вежливо стучу в дверь на случай, если она с пациентом. Несколько секунд я слышу шаркающий звук, и затем, наконец, Элли отвечает.
– Войдите.

Я захожу в офис и нахожу ее сидящей за своим столом с мобильным телефоном в руке и широко раскрытыми глазами.
– Привет, Тесса, я как раз собиралась ответить тебе.

– Элли, где, черт возьми, ты была и почему не отвечала мне?

Она отводит взгляд и откидывает волосы, обрамляющие ее лицо. Ее волосы разделены на пробор иначе, чем обычно, затеняя левую половину лица.

– У меня было много дел, - она уклоняется, смотрит на свои руки, прежде чем бросает нервный взгляд на меня.

– Много дел? Элли, это на тебя не похоже. Ты моя лучшая подруга. Я знаю тебя так же хорошо, как самого себя, и я чувствую, что что-то не так. Теперь выкладывай. Или мне следует поговорить с Далтоном?
– спрашиваю я, хватая телефон.

– Нет, подожди, прекрати, - ее глаза наполняются страхом и стыдом. Она проводит дрожащей рукой по лицу и делает глубокий вдох, прежде чем продолжить.
– Той ночью в баре Далтон был так пьян. Он был так зол на меня, и я смутила его. Мне не следовало так танцевать.

– Что случилось?
– мой голос смягчается от беспокойства. Но внутри я уже чувствую, как во мне нарастает гнев.

– Он не хотел этого делать, - тихий всхлип срывается с ее губ.
– Я знаю, что он не хотел причинить мне боль.

Сквозь стиснутые зубы я произношу каждое слово в своем следующем вопросе.
– Что. Он. Сделал?

Ее бледное лицо зеленеет, когда она прикрывает рот и бросается в ванную. Я следую за ней, пока ее рвет в унитаз. Я протягиваю ей несколько влажных бумажных полотенец, чтобы она вытерла лицо, пока она спускает воду в туалете и поворачивается ко мне лицом.

Она встречается со мной взглядом и откидывает волосы с левой стороны лица, обнажая исчезающий желтоватый синяк чуть ниже виска.

– Я, блядь, убью его, - выдыхаю я.
– Почему ты скрывала это от меня?
– клянусь, я убью его. Его дни сочтены и быстро тикают.

– Потому что я знала, что ты так отреагируешь. Он тебе не нравится, и я это знаю. Но он никогда не делал этого раньше. Я... я действительно думаю, что он собирался врезать в стену, поэтому я схватила его. Он не хотел меня бить. Это был несчастный случай.

– Элли. Это нехорошо. Это нападение. Ты заслуживаешь лучшего, - киплю я.

– Правда?
– сердито выпаливает она, но затем делает паузу, чтобы успокоиться.
– Послушай, он извинялся несколько часов. Он упал на колени, плача и умоляя о прощении. Было ясно, что это разбило ему сердце. Я знаю, что он не шутил. Потом он схватил упаковку замороженного горошка, прижал ее к моей щеке, а позже так нежно обнимал меня в постели. И с тех пор с каждым днем он все больше помогал мне по дому. Наконец-то он установил кормушку для птиц, о которой я мечтала целую вечность. На нашем крыльце теперь стоит пара новых кресел-качалок, которые он купил. Он даже готовит мне ужин.

– Я уверена, что он сожалеет. И в следующий раз он извинится снова. Это порочный круг, который мы оба ежедневно наблюдаем на работе. Ты знаешь это так же хорошо, как и я, - говорю я, заправляя выбившуюся прядь волос ей за ухо.

– Тесс, мне нужно, чтобы это сработало. Я должна дать этому шанс.

Меня охватывает чувство страха.
– Почему ты так говоришь?

– Я... мне кажется, я беременна.

ТЕССА

Я пристально смотрю на экран компьютера, как будто могу изменить то, что смотрит на меня в ответ. Это подтверждено, никаких сомнений. После того, как я отвела Элли в отделение неотложной помощи и сделала анализ мочи на беременность, который оказался положительным, я также заказала анализ крови.

Вздохнув, я направляюсь в палату, где ждет Элли. Медсестра ввела лекарство от тошноты по моему приказу и поставила литр жидкости для внутривенного вливания. Ее глаза встречаются с моими, когда я придвигаю стул к ее кровати.

– Ты не помнишь, когда у тебя были последние месячные?
– тихо спрашиваю я.

– Нет, - она качает головой.
– Все было так суматошно, и я даже не осознавала, что пропустила это. Я неукоснительно принимаю противозачаточные таблетки, но, наверное, не заметила, что пропустила прием таблеток плацебо.

– Когда ты начала чувствовать себя плохо?

– Несколько дней назад, - говорит она с легкой дрожью в голосе.
– Я подумала, может быть, это желудочный вирус или что-то, что я съела. Я не могла в это поверить.

– Судя по уровню гормонов в твоей крови, тебе осталось ждать примерно четыре-шесть недель, - мой голос приобретает клинические нотки, профессиональная дистанция кажется такой неправильной, когда я разговариваю со своей лучшей подругой в мире.
– Еще слишком рано что-либо видеть на УЗИ, но мы должны показать тебя акушеру в ближайшие пару недель. Если ты заметишь кровотечение или боль в животе, немедленно приходи.

– Тесса, - ее рука сжимает мою, в глазах мольба.
– Я не знаю, что я собираюсь делать, но мне нужно, чтобы ты была рядом со мной. Обещай мне, что бы ты ни чувствовала к Далтону, ты не бросишь меня.

Мне следовало бы вызвать полицию. Или вздернуть его за пальцы ног и выпотрошить, как рыбу. Вместо этого я смотрю, как ее слезы льются дождем, и не могу пошевелиться, мое сердце разрывается из-за нее. Ребенок не улучшит ситуацию с Далтоном, но я знаю Элли, и она всегда мечтала стать мамой.

– Пожалуйста, никому не говори. Ничего не делай. Позволь мне разобраться во всем самой.

– Хорошо, - я тяжело вздыхаю.
– Я пока отступлю. Но если он прикоснется к тебе снова, все ставки отменяются.

Ее лицо светлеет, и она дарит мне настоящую улыбку, первую, которую я вижу от нее сегодня.
– Я обещаю, ты будешь первым человеком, которому я позвоню.

День неумолимо тянется, пока я изо всех сил пытаюсь скрыть бурю эмоций, назревающих во мне, отчаянно стремясь сохранить свой профессиональный фасад на месте. Я лечу пациента за пациентом, ничего срочного, просто одно незначительное дело за другим. Но я оказываю каждому одинаковую помощь, как будто они - единственное, что имеет значение.