Чтение онлайн

Он плавно положил трубку на рычаг.

Спасибо.

Долго мне еще ждать?
– неожиданно громко спросил Виталий Николаевич. От неожиданности Старков вздрогнул, а секретарша почему - то подпрыгнула и принялась опять набирать номер.

Все время занято, - пролепетала она.

Переведешь звонок к директору, - с этими словами Виталий Николаевич зашагал по коридору.

Глава 3

Олег Игоревич Зотов много читал о гороскопах. Он любил слушать по радио предсказания астрологов на день и по-детски радовался, когда они сбывались. Но кроме того, что люди делятся по знакам зодиака, он знал о психологических типах людей. Сангвиники, холерики, флегматики, меланхолики - все это он проходил в институте. Он знал про аудиальщиков и визуальщиков, читал "Психологию бессознательного" и был хорошим психологом, но делил людей только на два типа. Это были люди, сами управлявшие своей судьбой, и люди, которых жизнь несет как щепку по реке. Он не сильно задумывался к какому типу людей относится он сам, но всегда тщательно анализировал поведение своих коллег. Проработав девять лет в ОБХСС, и, пройдя реорганизацию в ОБЭП, он безошибочно мог отличить человека, который приходит на работу отсиживать свои восемь часов, от человека, у которого рабочий день продолжается двадцать четыре часа в сутки. Среди первых почти никогда не встречалось градаций. Это были люди одного сорта, даже одевались они одинаково. Работать с ними было просто: не давай им никаких заданий, не нагружай их работой и будешь лучшим другом. А вот вторые делились еще на несколько категорий. И чем больше он узнавал таких людей, тем больше категорий он открывал. Во-первых, это были фанатики своей работы, люди, либо травмированные душевно, либо "подвинутые" на законах. Зазубрившие в институте законодательство так, что сами начинали в это верить. С такими работать было легко только до момента, пока не возникала необходимость действовать в обход установленных правил и норм, после чего на деле можно было ставить крест, потому что бороться с преступностью, не используя их методы, было невозможно. Гораздо легче было с теми, кто это понимал, но у этих людей был свой бзик - деньги. Они делали все, что можно было себе представить, но только пока были в этом материально заинтересованы. Такие были прекрасными исполнителями, но если требовалось проявить инициативу, и из нее прямо не вытекало материальное благо, они губили все на корню. Были такие, которым просто нравилась их работа, и были такие, которым было лень лениться, и от этого они начинали проявлять инициативу, но все они относились к людям деятельным и образовывали группу людей, способных изменить свою судьбу. Зотов искал людей недовольных, подобно себе. Проработав в органах много лет и полностью утратив возможность обеспечить свою семью и старость за счет государства, он, наконец, решил взять дело в свои руки и перешел на работу в налоговую полицию, благо его образование ему это позволило. Здесь он обнаружил то, чего никак не ожидал увидеть. Коррупция и разгильдяйство совсем еще не затронули вновь созданный аппарат, который состоял в основном из бывших работников ФСБ и налоговых органов, и были это люди не те, с которыми можно было иметь дело. Пришлось долго ждать. Но постепенно аппарат притирался, люди знакомились, круг знакомых Зотова расширился, и он придумал, как и с кем он сможет обеспечить себе старость, не поднимая ничего тяжелее авторучки.

План его был прост. Он под видом добродетели должен был предлагать услуги по решению проблем тем, кто в них нуждается. Но прежде, чем их решать они должны были появиться, точнее, Зотов должен был их создать так, чтобы никто не догадался, что он сам создает проблемы, и сам их решает. Зотов должен был действовать через подставное лицо в налоговой инспекции. Но скоро он изменил свой план с точностью до наоборот. Налоговая инспекция должна была создавать проблемы, а он на белом коне разгонять тучи.

Так как Зотов не шибко разбирался в своем ремесле, он быстро нашел себе сообщника среди служащих: разведенную сорокадвухлетнюю Галю. Правда, Галя потребовала закрепить их договор в постели. Но Зотова это нисколько не смутило. Он даже был рад, что ради семьи пошел на такую "жертву". Впервые занимаясь этим из корысти, он чувствовал себя агентом "007".

Галя познакомила Зотова с Людой из налоговой инспекции, и Зотов совершил оплошность, которая чуть было не сорвала весь план. Зотов переспал и с ней. И Галя, разумеется, обо всем узнала. Конечно, Зотов поменял бы Галю на молодую и привлекательную Люду, но Галя знала весь его план, и выбора у Зотова не осталось. Два часа вымаливая прощение на коленях у себя в кабинете, Зотов думал только об одном: "Я убью ее, как только это будет возможно". Легковерная Галя простила Олега Игоревича, Люда же, как назло, вошла во вкус и собиралась продолжать любовные приключения. Зотов зарекся больше не иметь дел с женщинами. Но положение как - то надо было спасать, и он познакомил ее со своим другом, на время снявшим напряжение.

По плану Зотова, Люда должна была познакомить его с начальником отдела налоговой инспекции. Причем, ей необязательно было знать - зачем. Галя могла это сделать сама, но начальник отдела был крепким орешком, Зотов навел о нем справки через своих бывших коллег и решил не рисковать. План сработал, когда Олег Игоревич уже был в отчаянии. Макаров, так звали начальника отдела, попросил у Зотова крупную сумму денег, и Зотов с радостью согласился ее одолжить. Он не ошибся: Макаров стал сговорчив, и разговор на тему: как ему вернуть сумму, неожиданно для Олега Игоревича привел к логически верному решению. Надо консолидироваться.

Рисковать собой Зотов не собирался, и свою часть работы по переговорам, получению денег и прочим техническим тонкостям он собирался поручить еще одному участнику его предприятия, который вскоре нашелся. Это был Ринат Милов, молодой, но очень жадный до денег сотрудник.

Окончив подбор персонала, Зотов приступил к исполнению плана. Дабы потешить свое самолюбие, просидев два часа в библиотеке и определив перспективные направления поиска, он направил Галю копать законы и искать наиболее простой способ создания проблемы. Где их создавать он уже знал из опыта работы в ОБЭП. Галя была толковым специалистом и долго не засиделась в библиотеке, а пересела за телефон и получила нужную информацию от своих подруг. Поняв, что по-прежнему "впереди планеты всей", она отрапортовала Олегу Игоревичу о своих изысканиях, которые, в сущности, были ее личным опытом работы, не забыв намекнуть, что они могут обсуждать свои проблемы и в более интимной обстановке.

Зотов рассудил так, что если кто - то и нуждается в защите, так это тот, кто ее не имеет, а не имеет ее тот, кто ростом не вышел и начал штурм с маленькой по размеру фирмы "Селенга". Согласовав план и сроки с Макаровым, он направил Рината в автомагазин за две недели до проверки. Но тут план опять дал осечку. В "Селенге" то ли забыли, то ли не восприняли его всерьез, но к Милову так и не обратились за помощью. Вместо этого стали давить на непосредственных исполнителей, то есть на штатных инспекторов, которые не были в курсе, в чьи игры играют. Отправить Милова, Зотов не решался. Ничто не должно было связывать два ведомства, а вторичное появление Милова, могло вызвать ненужные подозрения. На этот случай у Зотова был запасной вариант: в случае сопротивления, на "Селенге" должен был появиться он сам, так как это его непосредственная обязанность. Но и тут фортуна опять отвернулась от Олега Игоревича. Начальник Зотова, Александр Николаевич Хрущев, такой же лысый и упрямый как его тезка, поручил Зотову, как он считал, неотложное дело и никак не мог понять, что именно ему, Зотову, необходимо отдать "Селенгу" на съедение.

Все события должны были произойти в течение десяти дней, иначе терялся всякий смысл. Акт документальной проверки не должен был попасть на стол начальника налоговой инспекции, информация о его существовании не должна была уйти дальше Макарова. Но прошло десять отведенных дней, и информация вышла из под контроля. "Селенга" почему-то не предпринимала никаких действий, если не считать запуганных до смерти инспекторов. Зотов и не мог себе предположить, что директор "Селенги" был полностью погружен в иллюзии, созданные им самим. Он наивно верил, что "крыша" сможет решить любую проблему и даже не думал о том, чтобы браться за ее решение самостоятельно. А "крыша" в свою очередь думала, что сможет все уладить и через десять, и через двадцать дней. Такими могущественными казались связи и люди, заинтересованные в том, чтобы все было хорошо. Зотов с ужасом думал, что же он наделал, и ужас его удваивался, потому что он не мог понять, что на самом деле происходит.

Олег Игоревич сунул палец в щель между полосками жалюзи и увидел, как пожилой человек с бакенбардами и пышными взъерошенными бровями садиться в машину.

Не стоило ему приезжать, - подумал он.

Конечно, никто и не заподозрит, какие дела связывают его и Макарова вместе, ведь тот бывает здесь каждую неделю. Зотов не знал почему, но ему не нравилось, что Макаров приезжал в налоговую полицию и зашел к нему поболтать. Конечно, если бы он не зашел, было бы еще подозрительней, ведь они друзья и все это знают, но Зотову это все равно не нравилось.

Не хорошо как - то получилось с "Селенгой", Олег Игоревич, - вывел его из раздумий голос Милова. Он обернулся и увидел коротко постриженного, на манер братка, парня. Ринат стоял как верный пес в ожидании приказаний или хотя бы душевного разговора от своего хозяина.

"Надо бы ему сказать, чтобы волосы отрастил, - подумал Зотов, у нас не банда какая-то, а госучреждение. Странно, десять лет назад ему делали противоположное замечание, потому что обросшими тогда ходили хиппи и разгильдяи. А теперь все как в зеркале. "

– Почему ты так решил, Ринат?
– спросил Зотов.

Как же, фирму-то мы утопили, а поиметь с этого ничего не смогли.

"Эка, шустрец, - думал Зотов, - я ведь ни полусловом не обмолвился о том, что это наша работа, даже Макарова он не знает. Вон как раскланивался, когда столкнулся с ним в дверях, а выводы уже сделал. Вот молодежь, все на лету хватает. " А вслух сказал:

Напрасно ты так думаешь, Ринат. Мы с тобой доброе дело сделали, бюджет пополнили. И не просто придрались, а законными методами нашли сокрытую прибыль. А то, что при этом нам с тобой ничего не перепало, так, извини, мы за это зарплату получаем.

Далеко на эту зарплату не уедешь.

Вот тут ты абсолютно прав, и чтобы в следующий раз нам было на что и куда уехать, давай быть более убедительными.

Да, я, Олег Игоревич...

Знаю, знаю. Давай не будем устраивать дебаты. Ты зачем пришел?

Так, это, узнать, что надо.

Иди, Ринат, отдыхай, мне подумать надо. А как понадобишься, я сам тебя позову.

Ладно.

Дверь за Миловым тихо закрылась, и комната наполнилась мыслями Зотова, а подумать ему было о чем. Деньги, занятые для Макарова, скоро надо будет отдавать, а отдавать их пока не из чего. Но там, где он их занял, этот аргумент не играет роли. Там нужны аргументы посерьезнее.