Чтение онлайн

Но как удержаться от прощального, грустно-гордого взгляда на финальные слова рукописи - на зыбкие силуэты королевы Саэлла и Аррк Сета, проступающие из-за безликих печатных значков. Вот они, на террасе роскошного и призрачного дворца: тоже встречают рассвет, с терпким привкусом нездешних пожарищ... Доброго пути в самостоятельную жизнь, ребята. И - ныне отпущаеши: в это утро истекает срок власти творца над творением...

Зачем-то затянут последний, благословляющий взгляд. Что ещё тщился высмотреть Автор в своём продполагаемом первом шедевре? разве что - подтверждение собственной, шальной прощальной мысли?

Что ж - что хотел, то получил сполна.

Уже за гранью того последнего-распоследнего, грозящего открытым финалом знака вопроса, - Сэра-королева вдруг посмотрела на Аррк Сета совсем иначе, серьёзно, выжидательно.

– И ещё, Аррк... с вас причитаются - подробные и обстоятельные рассказы о мире, где вы пропадали всё это время.

И, напротив, совсем неуставно-ёрнически подмигнул Аррк Сет: скорее ему, Автору, нежели собеседнице. И - обжёг полусонный мозг язвительной телепатеммой:

"Не-е, Профессор... всё не такбыло!"

Уф-ф, чтоб тебя! Или мара изнурительной ночи морочит и теперь? или свои кровные герои впрямь подались в самоволку, и не только после– даже и до открытого всем ветрам финала? О чём они толкуют, во имя Светлого Неба?!

Никоим образом не мог Аррк Сет - без ведома творца - пропадать пропадом в каком-то ином, разительно непохожем... да попросту чужом, не-Авторском мире! И тем более не положено ему - обучиться там телепатии.

Ах вы, черти мои, черти... для этого, что ли, я вас выдумывал, неблагодарных?!

Однако если и есть на свете персонажи книг, способные издеваться в лицо собственному Автору, - то Аррк Сет из этого десятка.

Может, незадачливый демиург поразиться толком не успел, когда на террасе, рядом с его героями, чересчур чётко обрисовался - посторонний. Женщина: стройная, спортивная, буйно-черноволосая... мертвенно-спокойное лицо почти девчонки - и глаза, старше своей владелицы лет на тысячу минимум.

То была - не его героиня. Немыслимо, что кому-то вообще могла такая понадобиться: молодая хищница с душой, выжженной давно и дотла.

И со странным, даже абсурдным, что на слух жителя планеты Ритлиора, именем: Шейла... почему-то Автор знал, что чужачку-диверсантку зовут именно так.

Но что впрямь ни в какие ворота не лезло - то, как посмотрел его Аррк Сет на пришелицу незваную-непрошеную.

Вот этого взгляда горькой нежности - и правда не могло быть... потому что этого быть не могло.

Хозяин бара "Бронзовый Файр" мог распрощаться со своим заведением. Если только уже не распростился - с жизнью.

Жаль. Славное местечко... было. Для этой стороны– вполне приличное. Отнюдь не притон: Патруль носа не подточит!

Нашла о чем сокрушаться, кретинка сентиментальная...

Почва так и норовила ускользнуть из-под ног: минута-другая, и система искусственной гравитации взбесится окончательно. Герметичность тоже держалась - на честном слове да на одной сопле: импульсы огнемётов, лучемётов, энергомётов и ещё невесть каких "мётов" изрешетили купол до состояния швейцарского сыра. Оглушительно пахло озоном, оплавленным металлом, обугленным пластиком, алкогольным перегаром, - и, наипаче, поджаренной плотью. Добрых две трети бывшей суши покрывали теперь моря разливанные из бренди, виски и охладительной жидкости; и разноцветное пламя отплясывало на их поверхности залихватски-бестолково, как пьяный в невесомости. Осколки, обломки, руины... трупы...

Армагеддон в масштабе астероида.

И нечто надвигалось в этом огне, дыму, чаду, аду, - нечто смутное, но неотвратимое. Вероятнее всего, то была смерть.

Смерть ломилась напролом, сквозь бывшую стойку бара; определялась в очертаниях, издевательски двоилась: здоровенный зейранский типчик, обладатель на редкость дубоватой рожи - и здоровенная же бабища-рептилоид из расы вэн-гаров, когти наизготовку.

Двойники?
– в известной мере. Все прирождённые секьюрити, с какой бы планеты ни происходили, - как с одного оригинала клонированы. И оригинал-то - из отбросов общества.

Да ещё из-за стены огня, с безопасного расстояния, незримый и всезрящий (труба иерихонская, футы-нуты!), плюгавец-ригеллианин, босс, вовсю разорялся на тему: да сколько ж можно копаться, чтобы прикончить пятерых сопляков?!

Копаться, по всему судя, действительно оставалось недолго.

Девчонка (назвать её женщиной - была бы изрядная натяжка) вжалась намертво в угол за стойкой; и пальцы с белизной в костяшках едва не в щепы крошили рукоять маленького бластера. Сухая, угловатая, - не цветок, стебелёк из стали; перевита узлами взведённых мышц, покрыта коростою копоти, ран, лохмотьев от бывшего комбинезона. Глаза - загнанного зверька. Волосы - до плеч - выкрашены в "засыхающую кровь": ярко-алые у корней, все оттенки бурого посередине, тускло-чёрные на концах.

И - губы, сведённые судорогой, высвободили дикий оскал: прямо в раздвоившуюся рожу смерти.

Полчаса назад их правда было пятеро. Три парня, две девчонки. Все - земляне (насколько можно говорить о чистоте генов в наше благословенное космополитическое время). Пять пальцев, способных сжаться в довольно увесистый кулак.

Хорошо спаянная команда, в галактике известная - и даже славная - под именем Молодых Волков.

Ещё бы!
– на все руки мастера. Шпионы, жулики, взломщики, хакеры, киллеры, охранники, технари, - что угодно для души. Свободные художники, ценные наёмники: без работы скучали редко, успевай только заказы подхватывать...

Пока не дёрнула нелёгкая завербоваться к Живчику Текки, шушере двуличной. Будто не доходили до них упорные слухи, что обычная у него расплата с наёмниками - из лучемёта в затылок. А чтоб следов не оставить, концов не найти... Скрестили, щеглы желторотые, пальцы на счастье (больно уж мягко, подлец, стелил!): брехня, мол, пронесёт, авось да небось. А нет - знать, планида такая. Что есть жизнь, как не гонка за длинным кредитом? рано или поздно суждено ведь проиграть её и Молодым Волкам.