Чтение онлайн

– Ну, так вот. Я уже не та девчонка. И давай закончим этот разговор.

– Дженни, так что же случилось все-таки с Галахэном? Почему он во главе Сопротивления, посылает вас на опасные задания, а вы даже никогда его не видели?

– Он далеко не главный. Скорее, консультант. А что с ним случилось… Знаешь, когда он вышел из тюрьмы, после того, как ты его подставил, он был чертовски зол на всех. К тому же, ты присвоил часть его разработок, не сумев в них даже толком разобраться.

– Ты имеешь в виду самообучающиеся алгоритмы?

– Ну да. Галахэн считал, что они потенциально опасны, потому что прямолинейная машинная логика, не подкрепленная человеческой ответственностью, неизвестно к чему может привести, если ей дать свободу действий. Он предлагал использовать это открытие ограниченно, в основном для моделирования. Ты же раструбил об этом на весь мир, как об универсальном счастье. «Новая эра в обработке информации», «Компьютеры спасут человечество»… Ну, вот. После тюрьмы он начал изрядно пить, колоться дрянью. Как раз тогда начался бум виртуальных развлечений, так он сутками из компьютера не вылезал. Знаешь, что за жизнь – ест таблетки, колется таблетками и от ящика не отходит. Мне надоело и я ушла – мы, вообще-то никогда не оформляли отношения. Он еще начал в шизофрению впадать – говорил, что в Сети растет какой-то глобальный вирус, что в «Бизи» сидят идиоты, потому что разрешают алгоритмам все.

Потом, когда я уже ушла, он пару раз звонил и нес бред, что он борется с заразой в одиночку, и Сеть все настойчивее зовет к себе. Звал попрощаться. Мне долго было некогда, а когда я приехала, он был уже пару дней мертв. Знаешь, впечатление такое, что он взаправду ушел в Сеть – лежит худой, как скелет, перед ящиком, весь опутанный проводами, руки монитор обнимают… Врачи констатировали смерть от недоедания и передозировки наркотиков. Он принимал новые психотропные киберлекарства, их тогда одна контора поставляла. Шуму наделала история изрядно, потому что департамент медицины счел случай прецедентом смертельного случая от применения киберлекарств. Вот и все.

– А потом?

– Потом исчез Великий Виртуал. Галахэн, по слухам, дал ему возможность спастись.

– Галахэн?!

– Ну да. Удивляет? Меня тоже. Ты его лишил всего, а он тебе помог… Может быть, он был не такой эгоист, как ты, может быть, Сопротивлению ты был нужен живой…

– А я ушел в подполье.

– Ты уверен, что ушел?

– Уже не уверен.

– Потом он объявился в Сети. Хакером, на голову выше всех. Однако большинство считало, что какая-то группа просто взяла его громкий псевдоним – он в конце жизни называл себя Супервизором – то есть хакером, для которого открыта вся Сеть. Что у него, или у них, не отнимешь – это правда. Что не раз помогало Сопротивлению и выводило из себя правительственные службы.

– А ты сама считаешь, кто он?

– Не знаю. Я не верю в сращивание с Сетью. Может он создал двойника-робота в Сети на основе самообучающихся алгоритмов, может быть, ловко исчез и сейчас где-нибудь сидит, опутанный проводами для связи с Сетью и капельницами для подачи питания. В любом случае, он не человек, потому что логика у него не человеческая.

– А ты давно в Сопротивлении?

– Не очень. Само Сопротивление в том виде, которое ты видишь, то есть левое крыло, сформировалось всего год назад. Сначала оппозиционеры виртуальности просто глухо роптали против сужения обычных развлечений вне дома: выпивки, пикников, путешествий и пр. Они и сейчас есть и даже представлены в правительстве. Только к их лозунгам об ограничении виртуальной жизни сейчас никто не прислушивается. Часть ушла в отшельничество, ограничив контакты с электронными средствами связи. Самая радикальная часть стала левым крылом Сопротивления.

В дверь постучал и вошел высокий, неправдоподобно белый парень в «вечной» куртке. Лицо его показалось Тонни знакомым.

– Здравствуй, Тонни, рад тебя видеть очно.

– А разве мы знакомы?

– Да. Я – Белый Призрак.

– Да? А я думал, что вы и в самом деле призрак.

– Но в данный момент – лейтенант Сопротивления. Левого крыла, конечно.

Тонни наконец понял, где он уже видел этого парня:

– Так это вы прикрывали нас во время операции?

– Ну да. Частенько приходится, знаешь. Только не надо меня тыкать ножом. – Он улыбнулся. – Я такой же живой, как ты. Но пока не буду вдаваться в подробности.

– Примите мои благодарности и восхищение. Такой бой я видел только в фантастических боевиках.

– Не стоит благодарности. Хотите поесть?

– Неплохо бы.

– Сами понимаете, автоматических линий доставки здесь нет. А свеженького, небось, хочется? Здесь недалеко есть ферма. Настоящая. Можем прогуляться, если хотите. Кстати, Командор тоже там.

Они вышли из дома и начали подниматься по косогору. Во дворе, под маскировочной сеткой Тонни увидел флаер и спросил Призрака:

– Наш?

– Ну да. Я его уже починил. Вообще, скажи спасибо Командору – в блокированном воздушном пространстве он сумел довести вас в целости и сохранности.

– Слушай, Призрак, а у тебя есть нормальное, человеческое имя?

– Есть. Белый маг. – Призрак улыбнулся.

– Ты – Белый маг?

– Ну да. Помнишь, как ты энергию у меня через астрал качал? Когда ты пыжился, мне главное было не рассмеяться. Я ведь тебе ни джоуля [59] не передал – потому что это в принципе невозможно.

– А откуда же взялась энергия?

– Боги подыграли.

– Так ты здесь живешь?

– Иногда.

– А как же ты по Сети ходишь?

– А вот, просто и хожу. Да ты не бери в голову. Кстати, мы пришли.

Такие фермы Тонни видел только на старых картинках – поле, размеченное колышками и засеянное разными овощами; картофельные грядки; вдалеке – кукуруза. Куры, гуси, свиньи. Глаза Крэга разбежались.

– Что, думаешь, не осталось таких? – Призрак засмеялся. – Я думал, тоже – знаешь, синтез, еда дешевле воды. Ан нет, есть еще у нас чудаки. Заходи, познакомишься.

Они зашли в уютный, небольшой домик. Комнаты его словно сошли со сказочных картинок. За деревянным столом сидел Командор и спорил с высоким сухим стариком:

– Я, батя тебе вот что скажу: все это очень хорошо. – Он неопределенно махнул рукой за окно. – Вот только кто пойдет за тобой? Это же сколько трудится надо, чтобы этот овощ на стол получить, – он взял со стола редиску и надкусил ее. – Только не надо мне говорить, что она лучше искусственной. Вся ее химия давно просчитана. Сколько их съел – все такие вот. Только крупнее.

– А ты меня слушай, пацан, – старик налил себе что-то из высокого кувшина. – Вы там, в городе, с чего с ума посходили? Среда вас заела. Человек – он существо природное, от земли. Вы там себя камнями поокружали, ящики вам все заменили. Едите все искусственное. Ну да, редиска у вас такая же. Не спорю. Только души в ней нет.

– Это в редиске-то душа? – Командор засмеялся.

– Нет, в самом овоще ее, конечно, нет. Душа должна быть в вас. Вот ты посади ее, вот ты удобряй ее, вырасти, вложи в нее свою душу и будет у душа нее. Твоя душа. Ты смотри – я в каждую здесь вещь свою душу вложил, – старик широко повел рукой. (Тонни понял, что в комнате странно – в ней нет ни одного электрического, а тем более электронного прибора) – И я жив. И вещи мои живые. И они моим сыновьям достанутся. А они новые вещи создадут. А за вас вещи машины делают. И вас машины делают. У вас бабы что, рожают? Нет. Они свое семя машинам отдают. А где у машины душа? Она у нее есть. Наверное. Только не наша, человеческая. – Старик заметно захмелел.