Чтение онлайн

— Учту.

— Проходи, — открывает мне одну из дверей и приглашает войти.

Делаю шаг внутрь, застав там девушку у колыбели. Она аккуратно поправляет чепчик на голове своей командирши.

— Лика, это Настя, девушка Кирилла, — представляет меня хозяйка дома. — Настя, это Лика, жена моего сына и брата Кирилла. Девочки, вы тут быстро знакомьтесь, а я спущусь, попрошу для нас принести чай, сладости и чего-нибудь еще, — объявляет и испаряется, оставляя меня наедине с брюнеткой.

Долго смотрю на нее, не понимая, как себя вести. С одной стороны, меня сюда работать привезли, но как бы и родственники будущие.

— Привет, — Лика натягивает улыбку и указывает на диванчик. — Проходи. Не стесняйся.

— Это мама Ильи? — решаю спросить хоть что-то, чтобы не казаться совсем глупой и неприветливой.

— Ты знакома с Ильей? — удивляется.

— Кирилл знакомил нас, — рассказываю, пожав плечами и сделав шаг к дивану. — Быстро так, мимолетом. Даже парой слов не перекинулись. Обычным “приятно познакомиться” обошлись.

— Да, это его мама, — садится и хлопает по месту рядом с собой. — Ты не стесняйся. Я совсем не кусаюсь.

— Она милая, — говорю про мачеху Кирилла.

— Это малышка ее изменила, — отвечает Лика, указав на дочь. — Ты бы знала, какие у нас с ней отношения были до брака с Ильей… — многозначительно вздыхает.

— У меня с мамой Кирилла тоже не очень, — признаюсь ей. — Один раз виделись и все. Разругались так, что ужас. Ей не нравилось, что я работаю.

— Да ладно?! — удивляется. — У нас с мамой Ильи в этом плане никаких споров нет. Я работала и буду работать после того, как малышка чуть окрепнет. Мама Ильи к этому спокойно относится. Сказала, что может с малышкой сидеть, пока я работать буду, — рассказывает, вызывая у меня легкую зависть. Понизив громкость голоса, добавляет: — Но вообще она мечтает о том, чтобы я еще одного внука ей родила. И из декрета не вылезала.

— Мне она понравилась, — пожимаю плечами, не понимая, почему она так переживает. — А то, что детей хочет побольше — у меня мама такая же.

— Кстати, наши мамочки воюют, — оповещает, ослепив улыбкой. — Моя может к тебе сейчас быть добра, чтобы на свою сторону переманить.

— Знаешь, что мне твои слова напоминают? — спрашиваю, хохотнув. — Сериал “Великолепный век”. Турецкие страсти в гареме.

— Есть такое, — подхватывает шутку. — Но вообще, я знакома с обеими мамами-медведями. Мне показались обе приятными. Но я вынуждена быть на стороне своей свекрови. Иначе она меня съест.

— Благо мне выбирать не надо, — развожу руками. — А назло маме Кирилла встану на сторону твоей.

— Как бы это против тебя потом не обернулось, — поджимает она губы.

— Покажешь мне малышку? — прошу ее, чтобы увести разговор от турецких страстей.

— Да, идем, — кивает. Стоило ей услышать, что речь зашла о ее дочери, и девушка в мгновение расцвела. — Она уснула. Спит крепко.

Подходим к колыбели, и я заглядываю внутрь. Маленький комочек, свернувшись, тихо сопит. И вся она до невозможности хрупкая.

— Такая крошка, — признаюсь. — Даже страшно на руки брать.

— Твой таким же будет, — говорит, погладив свою малышку по ножке.

— Мне врач сказал, что у меня крупный ребенок, — пожимаю плечами. — Настоящий богатырь будет.

— Или медведь, — поправляет Лика.

Анастасия

— Девочки, — мама Ильи возвращается в комнату Лики и малышки с подносом. — Я там посмотрела на помощниц, у них столько дел! — рассказывает, опуская чай и вазочки со всякими вкусностями на столик. — Сама принесла нам перекусить. Пусть занимаются своими делами.

— Так, может, я пойду работать? — спрашиваю ее, вставая с дивана.

— Еще мне, — фыркает в мою сторону недовольно. — Первый день ознакомительный. На обед пусть сами сообразят, что приготовить, а на ужин посмотрим уже, — безразлично бросает. — Я еще столько всего хочу у тебя спросить.

— Про наши отношения с Кириллом? — обреченно вздыхаю, понимая, что я в ловушке.

Медведев сдал меня какой-то паучихе. Та в свои сети меня вплела и пытать будет.

— Нужно мне это еще, — второй раз фыркает. — Мне Кирилл уже все рассказал про вас. Я все знаю, — уверенно заявляет. — Ты мне о себе расскажи лучше.

— Ну а что рассказать? — задаюсь вопросом, оглядев двух женщин уязвимо. — Я из пригорода. Точнее родилась в городе, а потом родителям в голову пришла идея обзавестись собственным хозяйством. Продали городскую квартиру и переехали в деревню в домик, который отцу достался от его отца. Завели животных, огород посадили. Но я никогда не занималась хозяйством. Отвечала всегда за готовку в семье. Могла иногда кур покормить, кинув им пшена. Но домашние помидорки до сих пор моя любовь! Магазинные совсем мне не нравятся.

— Я, кстати, тоже за натуральные продукты, — бросает мама Ильи. — Пыталась вырастить что-то за домом, но все высохло быстро, — виновато поджимает губы. — Надо было поливать чаще. Хотя лук зеленый у меня вырос. И все же решила, что мне легче на местной ферме заказать необходимое.

— А продукты, из которых я буду готовить? — уточняю у нее.

— Все натуральное. С фермы, — важно заявляет. — У нас же ребенок маленький. Зачем его сразу пичкать через молоко химикатами? Мне нужна здоровая внучка.

— А что вы предпочитаете в еде? — продолжаю расспрашивать на те темы, которые нужны мне.

— Я не привередлива, — признается хозяйка дома. — Муж мой острое любит. Но никогда на ужин не делай острое. Иначе ему всю ночь будет плохо. В обед — пожалуйста, но на ужин нет.

— На холодильнике есть свод правил. Кому что можно, кому чего нельзя, — бросает Лика.

— Да. Можно там все глянуть, — подтверждает мачеха Кирилла. — А ты мне лучше скажи, как твои показатели по беременности? Кирилл сказал мне, что там что-то не так, но я не поняла.

— Покой мне нужен, — признаюсь. — Но я не такой человек, который сидеть может. Мне сложно это. Надо что-то делать, куда-то идти. Готовить, — раскрываю перед ними душу. — У малыша есть легкие проблемы, но это из-за нервов в начале беременности.

— Рассказывал мне Кирилл, — возмущенно бросает Медведева-старшая. — Ну это им, сыновьям, от мужа моего досталось. Глуповаты все трое. Что Илья, что Кирилл, что мой любимый. Один в похищение поверил, а второй в измену. Мой вообще до сих пор верит, что женские сумочки каждый месяц приходят в негодность, — заправляет волосы за ухо. — А что с ребенком, Настюш?