Ребенок от босса-козла
Шрифт:
“— Бежим! — кричит подруга и, схватив меня за руку, тащит в сторону своей машины.
Открывает мне дверь, чуть ли не заталкивает внутрь, и сама бежит за руль.
— Ты чего?! — не понимаю, почему у нее такая реакция.
— Потому что так надо, — бросает она, заводя машину.
— Зачем?
— Бесит меня, когда люди не понимают. Говоришь им, а они не слушают, продолжают стучать в закрытую дверь, — отвечает и уезжает с парковки, оставив Медведева с носом.”
— Лиза… Мы же подруги! — восклицаю, не веря в то, что осознала за секунду. — Как ты могла?!
— Сказать и потерять тебя? — спрашивает она с возмущением и виной в голосе.
— А сейчас ты меня не теряешь? — недоуменно спрашиваю. — Сейчас я тебя прощу?
— Я пыталась помочь тебе! Пыталась! — кричит в трубку.
Но выбрала сестру… своя рубашка ближе!
— Это больно, Лиза. Слишком больно, — произношу в телефон, давая понять, что пути назад у нее не будет. — Я всегда тебя во всем поддерживала, а ты за моей спиной вместе с сестрой моего мужчину отбила! И даже совесть не заела, когда узнала, что я, вообще-то, беременна от него. Ты вообще понимала, что ребенка без отца оставляешь? Даже это тебя не тронуло признаться и прекратить?
— Чего?! — выкрикивает Лиза. — Настя, ты что-то путаешь!
— Пока, — произношу и отключаю звонок.
Бывшая подруга пытается сразу же меня набрать. Вновь поговорить, только вот я не намерена этого делать.
Добавляю ее в черный список и опускаюсь на стул, понимая, что меня предал тот, кому я доверяла больше всех…
***
“Настя, возьми трубку!” — приходит уведомление из мессенджера от той, что предала не только меня, но и все годы нашей дружбы.
Мы всегда были вместе. Всегда друг друга поддерживали. Помогали. Последнее ради друг друга отдавали, а сейчас…
Ее предательство даже больнее, чем когда Медведев меня выгнал.
Это был глупый мужик, а здесь та, которой я могла бы ребенка своего доверить и не переживать.
“Настя, я еду к тебе. Все не так, как ты думаешь”, — приходит в другой мессенджер, когда я раз за разом блокирую подругу то в одном приложении, то в другом.
Но заблокировать ее около своей двери не получается. Пыталась, правда, домофон не открывать, отключив его от розетки. Но Лиза все равно прошла его, вероятнее всего, зайдя с кем-то или попросив в других квартирах открыть ей.
— Насть, ну открой, — просит она, тихо стуча в дверь. — Я все объясню. Я знаю, что ты стоишь за дверью и слышишь меня. Впусти и поговорим. Я не могу кричать через дверь…
Но я не слушаю, потому что каждое слово оправдания словно нож по сердцу.
Иду в спальню и накрываюсь подушкой. В какой-то момент Лиза даже прекращает стучать. Может, до самой доходит, что не открою, а может, соседи прогнали.
В любом случае услада для уха и сердца. Последнее перестало кровить, и уже хорошо.
Но спокойствие мне только снится. Стоило прекратить стучать Лизе, мой телефон стал разрываться от звонка Медведева.
— Кирилл, я не в настроении, — грустно шепчу в трубку, продолжая лежать в кровати. — Давай завтра все?
— Я около твоей двери с шоколадками, — говорит он.
И вроде бы хочу послать, но сладкоежка внутри меня заставляет подняться и пойти к двери. Открыть ее, забрать сладости и уже тогда послать.
Распахиваю дверь, и весь мой план летит к чертям. В подъезде стоит Медведев, но не один. С Лизой.
— То есть ты помогаешь той, из-за кого мы расстались? — с вызовом спрашиваю. — Она все знала, Кирилл. Она помогала своей сестре, чтобы мы с тобой расстались. И после этого ты помогаешь ей?
— Нет, я помогаю той, которая помогает мне помириться с тобой, — поправляет меня Медведев и вручает пакет. Берет Лизу за руку и толкает ее ко мне. — Миритесь, ведьмочки. Свою часть сделки я выполнил, Лиза. Рад был видеть. Удачного примирения. Про свою часть сделки помни, Елизавета! Я вернусь за долгом!
— Не поняла… — тяну, не сводя взгляда с Кирилла.
— Я же тебе рассказывала, что косяки Нины исправляю, — отвечает за него моя бывшая подруга. — Вы с Медведевым ее косяк. Но признаться мне было стыдно. Она же моя сестра… Поэтому я, чтобы никого не подставлять, решила просто вас с Кириллом помирить. Это я ему подсказала купить наш ресторан, а потом подсказывала, что и как делать. Указала дату, когда ты приедешь, чтобы он был готов вновь тебя завоевать.
— А когда мы вчера бежали с тобой? — оборачиваюсь к ней. — Что это было?
— Это он дурак! — восклицает Лиза, вытирая слезы со своего лица. — Я ему миллион раз сказала, чтобы не лез на рожон. Что ты из-за беременности нервная. И злишься из-за ваших стычек только больше. А он… приперся. И мне не оставалось ничего иного, как просто сделать так, чтобы очередной стычки не случилось.
— Все так? — перевожу изучающий взгляд на Медведева.
— Ее слова, правда, но я считаю, что она не права, — отвечает он, разведя руками. — Сегодня-то я лез на рожон, но ты согласилась, чтобы я тебя до дома довез.
— Ты просто воспользовался ее состоянием, — спорит с ним Лиза. И отчего-то их стычка выглядит натуральной. Словно они и правда союзники, у которых она цель. — Вот и все! Мой план был гениальнее!
— Твой план — ничто перед планом Вероники, — фыркает Медведев.
— План Лизы, план Вероники, — шепчу. — А плана с моей матушкой у тебя нет, Медведев? — спрашиваю, не веря своим ушам.
— Нет, но если будешь сопротивляться, придется и с ней что-то планировать, — пожимает он плечами. — Помню, ей теплица новая нужна была…
— Ясно, — закатываю глаза. — Все с тобой понятно, Медведев!
— Ну, я пойду тогда? — спрашивает он, улыбнувшись. — Вы миритесь. Не буду вам мешать.
— Давай с нами тогда уж чай с шоколадками, — вздыхаю, указав на пакет. — Мне много сладкого нельзя. Если на троих делить мне меньше достанется, — рассуждаю здраво.
— Говорю же, план Вероники работает! — восклицает Медведев и заходит в мою квартиру, как к себе домой. Словно только и ждал приглашения.
Разувается и идет на кухню, пока мы с Лизой смотрим ему вслед.