Ребусы жизни, или Шарада для любимого
Шрифт:
— Слушай, подруга, у меня есть предложение, или пожелание, как тебе больше понравится.
— Давай, предлагай, — отозвалась Дарья.
— Может, подождем с недельку, не попремся, пока, на этот хутор. Что — то, очень не хочется туда соваться. От рассказа той женщины мне немного жутковато. Я, вообще-то, не трус, но я боюсь. Главное, мы знаем, что Леха жив. Глядишь, и сам появится, без нашей помощи. Как ты на это смотришь, Дашуль?
— Смотрю положительно. Я точно так же, как и ты нахожусь в сомнениях. Вроде, как жена, я должна его искать. А, как подумаю, что надо идти через лес в неизвестном направлении, в какие-то дебри, саму жуть берет. Подождем недельку, наберемся храбрости. Может с нами твой Костя пойдет. Все-таки мужчина. А за неделю силы и храбрость появятся, вот мы и рванем на поиски моего благоверного, — ответила решительно подруга.
Мне от ее слов сразу сделалось на душе легче, я приосанилась, и, с настроением, стала рулить вперед, навстречу любимому.
Был поздний вечер, когда я высадила Дашку у подъезда. Проконтролировала, пока она поднимется в квартиру, и, к себе домой, мы, с Марго, добрались в свинячий голос.
Заезжая во двор, было видно, что окна распахнуты настежь, и из них струится мягкий, теплый свет. Косте я давно дала ключи, и, теперь, мне было очень приятно, что меня кто-то ждет дома, даже так поздно. Открывая дверцу машины, я упала прямо в его объятия. Оказывается, Костя, видя, как мы подъезжаем, уже ждал нас у гаража.
— Муся, я так волновался. Поздно, темно, а ты за рулем. Даже не звонил, не хотел тебя отвлекать от дороги. — Костя крепко прижимал меня к себе, и было слышно по его дыханию, что он волнуется по-настоящему, не показные у него чувства. — Я так переволновался, что у меня нет сил для бурной радости.
— И не надо бурной, пусть будет тихая спокойная, — нежно сказала я, мягко целуя его в уголки губ. — Я так устала за рулем, что сегодня, наверное, впервые, за все это время, мне хочется простых обычных отношений. Просто покушать, помыться с дороги и завалиться в постель. Почитать книжку перед сном, посмотреть телик, и, под его шум, заснуть. Но, при условии, что ты будешь рядом, и я смогу ощущать твои руки там, где им надлежит быть в это время.
— Насчет рук не беспокойся. А как быть с другими частями тела, — шутя, спросил Костя.
— Будет видно по ситуации.
Было бы сказано. Ночь, как всегда, преподнесла мне необыкновенный сюрприз, который даже во сне не покидал меня, а продолжался до утра.
— День чудесный бьется в двери, Отворяя всем пути. У меня в душе свирели Песнь поют моей любви!Так пела я утром, сидя на кухне, рукой поглаживая цепочку с сердечком, которую мне вечером надел Костя. Особенных золотых украшений у меня нет. Большого желания их приобрести у меня не было. То, что было в наличии, появлялось по жизни в связи с какими-нибудь датами. Колечко с жемчугом и серьги мне подарили родители на День рождения в восемнадцать лет. Тогда же я и проколола уши. Обручальное кольцо, которое я впопыхах забыла снять и оставить из гордости своему бывшему мужу, валяется в шкатулке.
Появилась мода на пирсинг. Я, как гламурный художник, проколола себе еще две дырки в левом ухе, купила золотые пуссеты с маленькими брильянтами. И теперь у меня в левом ухе светятся три камушка, большой и два поменьше, а в правом один. Кольца, браслеты я не ношу, потому что постоянно вожусь с красками, руки пачкаются. Я их без конца то протираю тряпкой, то мою. Все эти украшения просто мешают. А вот Костина цепочка мне доставила удовольствие. Я все утро без конца смотрюсь в зеркало, улыбаюсь на все тридцать два, и сама себе нравлюсь. Зазвонил телефон.
— Але-молё-кисилё, — пропела я в трубку. Прекрасное настроение толкало меня на всякие выдумки и шалости.
— Муся, ты мне вчера не позвонила.
— Люсечка, извини меня, подлеца. Поздно приехала, Костя был дома. А там, сама знаешь, как все закрутилось. Пока поели, пока поговорили, уже была поздняя ночь. Ну, как звонить в такое время.
— Так, что мы решили с Маратом.
— Давай, сегодня после работы встретимся у тебя дома, и продумаем дальнейшую стратегию наших действий.
— Договорились, в восемь я вас с Дашей жду. Все, пока.
Дарьи, как всегда не было дома. Где ее носит нелегкая? — подумала я. Опять, наверное, круги нарезает от скуки. Раз так, займусь сегодня своей картиной.
Я пошла к себе в мастерскую. Плотно уже просохло, и его смело можно было покрывать лаком. Работа эта тонкая и аккуратная. Нужно нанести ровный слой, иначе краски на картине будут играть совсем другим цветом. Не тем, которого ты добивался.
Я принялась за работу. Время летело незаметно. Но я этого не замечала и очнулась от сильного чувства голода. Пора перекусить.
Дома, пообедав основательно, и покормив своего верного друга, я подумала о том, что давно не заглядывала в свой компьютер, не читала свою почту. С родителями я регулярно созванивалась, но мама, по старинке, любила писать письма. Раньше она их отправляла по почте, а теперь, когда появился Интернет, она, научившись им пользоваться, отправляет мне целые послания, можно даже сказать, маленькие романы. Я знаю всех ее знакомых, всех приятельниц с которыми она общается. Всех их детей и внуков. Кто как живет и кто где работает.
И сейчас, она мне написала про какую-то Юлю, дочь соседки, которая взяла кредит и, арендовав помещение, сделала в нем ремонт и открыла косметический салон. А так, как салон находится в другом городе, и добираться ей очень далеко и трудно, то эта Юля купила еще себе машину. Окончила курсы косметолога, и теперь зарабатывает так, что ей хватает и на жизнь и на выплату кредита.
Хорошо им в Израиле, есть возможность взять кредит и открыть свое дело. А здесь нужны миллионы, что бы иметь свой салон, и что бы он еще приносил прибыль.
Я написала ответ родителям. Письмо мое было раз в пять меньше, чем у мамы, но мне писать практически не о чем. Не буду же я родителям сообщать, что мы с Дашкой ведем расследование, что я лажу по кустам и сижу в засаде. Меня не поймут. Про Костю я тоже не писала, это, пока, очень личное. Мамуля у меня женщина современная, сразу заинтересуется моим избранником. Начнет спрашивать, как он выглядит, что собой представляет, и какой он в постели. Последнее ее будет интересовать больше всего. А мне сейчас не очень хотелось бы рассказывать о своей интимной стороне. Боюсь сглазить.
Я заметила по своему жизненному, пусть и небольшому, но, все — таки, опыту, что когда рассказываешь, как у тебя все хорошо, все прекрасно, обязательно произойдет что-то плохое. Или поссоришься со своим любимым, или того хуже, совсем порвешь с ним свои отношения. Поэтому, я ничего не писала про свой роман, а, просто, передала всем привет, кто меня знал, и на этом закончила свое письмо.
Раз уж я в Интернете, зайду на сайт одноклассников. Вдруг кто-то меня нашел и прислал свое послание. Я, не долго думая, открыла его и увидела, что меня, действительно нашел мой одноклассник и друг Митя Зимовец.