Чтение онлайн

А ещё зря, что не послушался голоса крови и не обратился за советом к семье. Мама тогда здорово на него обиделась, разменяла квартиру и уехала к дедушке. А со мной, как я уже говорила, брат и вовсе перестал общаться. Поэтому я с таким удивлением узнала о том, что Луис, оказывается, давно обосновался у нас в городе, да ещё как обосновался, действительно, став его хозяином.

Так вот фирма «Эксито», ни о чём не подозревая, существовала в нашем городе. Причём успела заработать себе неплохой имидж, и всё благодаря, конечно, её руководителю. А спустя некоторое время ещё и вышла на международный уровень. Естественно, наши закордонные компаньоны слетелись посмотреть на своего соучредителя. Работой нашей фирмы они были вполне довольны. Оказывается, они уже давно знали дорогу в наш город, потому что сотрудничали с синдикатом под руководством господина Зуброва. Однако этим сотрудничеством были недовольны, потому что сей господин вкупе со своим приятелем господином Испанцем, как называли в юности студента Луиса его сокурсники, бессовестно подставляли своих компаньонов, и те решили прервать столь неблагонадежное сотрудничество, обратив свой взор в сторону «Эксито», а заодно и посчитаться с неблагодарными партнерами, пожаловавшись в Интерпол.

Мой же брат, в отличие от Зубра и Луиса, был с детства доверчивым и бесхитростным мальчиком, честным до мозга костей, что касалось дела, — это иностранным компаньонам оказалось на руку. Они с удовольствием сотрудничали с братом, даже ввели его в совет директоров, сделав не только полноправным членом совместного предприятия, но и утвердили в должности руководителя.

Естественно, «друзья» не могли простить Андрею такого взлёта. Они решили как можно скорее убрать с дороги этого выскочку, но так как сами уже попали «под колпак» Интерпола, то затаились на время. В открытую действовать было нельзя, вот они и стали искать другие пути. И нашли-таки! Уж не знаю, каким образом Герка, этот страстный поклонник зеленого сукна и рулетки, состыковался с ними, скорее всего, очень просто: свинья всегда грязь найдёт. Вот и нашел… Потом на фирме появилось это «славное» и «доброе» семейство грызунов. И началось! Мы-то с Ленкой всё замечали, а брат, как был наивным и доверчивым телёнком, так им и остался. Эх, да что говорить…

— Почему же раньше ты всего этого нам не рассказал? — спросила я в глубоком душевном волнении.

Брат горько усмехнулся и повторил:

— Дураком был.

— Неужели ты думал, что я, твоя родная сестра, предам тебя? — сказала я и заплакала.

Андрей спохватился, обнял меня и погладил по голове:

— Что ты, малыш, конечно же, нет. Это мой характер виноват, гордость, будь она не ладна, наша с тобой фамильная черта. Знаешь, как я переживал после каждой нашей ссоры?

— Ты? Переживал? — не поверила я своим ушам. — Прости, но в это трудно поверить.

— И всё же это так. Если бы ты знала, как я боялся, сидя здесь, что вот сейчас откроется дверь, и войдёшь ты. Они пообещали мне это с самого начала, я каждую минуту ждал этого и боялся.

— Долго же ты, бедный, ждал, — я довольно захихикала, — им никак не удавалось исполнить своё обещание.

— Но всё же ты здесь, — грустно сказал Андрей, — и я вот что думаю: давай отдадим им эту чёртову папку, пусть забирают фирму, я не хочу, чтобы из-за моей дурости кто-нибудь пострадал. Поверь, ты очень дорога мне, а ещё… Ангелина и Ленка, я не хочу вами рисковать, слишком дорогая цена, и…

— Даже не думай! — я резко оборвала его. — Столько всего произошло, мы так рисковали, и всё насмарку?

— Да ладно, Сашка, наживём ещё, нам не привыкать. Мы знаем, что такое трудности. У нас за столько лет появился, как ты сказала, рефлекс выживания, — ответил брат, потом, помолчав немного, добавил: — А не будет ничего, так и не надо.

— Нет, — решительно отрезала я, — дудки. Они получат дырку от бублика, а не фирму. Так вот слушай меня, я тебе ещё не все рассказала.

И я преподнесла ему историю счастливого спасения Юрия Ивановича, главного прокурора.

— Юрий Иванович мне жизнью своей обязан. А так как он, по мнению Сергея, один из честных людей в нашем городе, так сказать, почти последний из Могикан, то я думаю, что у нас ещё не всё потеряно, — завершила я свой рассказ на столь оптимистичной ноте.

— Сашка! — Андрей от радости даже запрыгал. — Это же всё меняет! Мы спасены, я теперь в этом уверен. Они получат по заслугам. Главное теперь — вырваться отсюда живыми и невредимыми.

— В это я как раз верю, а вот в то, что они получат по заслугам, нет. Ты, наверное, шутишь? Выкрутятся, вот увидишь, — усомнилась я.

Брат заёрзал от нетерпения:

— Да нет же, послушай, ты тоже не всё знаешь. Думаешь, куда я тогда ехал?

— На заседание совета директоров, — ответила я.

Андрей тихо засмеялся:

— И туда тоже. А самое главное: я должен был встретиться с представителем Интерпола.

Я захлопала глазами от удивления:

— Да ты что!

— Да-да, — подтвердил брат, — я уже раз с ними встречался, давал кое — какие показания во время последней своей поездки. Они мне объяснили, что к чему.

Я от удивления раскрыла рот и застыла на месте, совсем как герои бессмертной комедии Гоголя.

— К…ка…к? Так ты… знал обо всём уже давно? — я даже говорить не могла от потрясения. — Но… но как же так? А наши с тобой разногласия? Ты же спорил со мной…

— Успокойся, Сашка, — прервал меня брат, — я же не мог во всеуслышанье объявить: товарищи — господа, а про вас уже знают. Ну, извини, что не развесил по городу объявлений и по телевидению не выступил. Я сам до конца не верил, а вот когда они мне доказательства представили в зелёной папочке, которую вы так преданно оберегали, сам до некоторых вещей доходить стал. Я должен был продолжать игру, чтобы они ничего не заподозрили.

Я обиделась:

— Ну, ты хотя бы мог меня предупредить, что ссоришься со мной в интересах дела.

— Меньше знаешь, крепче спишь, — категорично ответил брат и добавил: — Если бы я поделился с тобой, нас было бы уже трое.

— Почему это? — удивилась я.

Андрей засмеялся:

— А Ленка? Неужели ты о ней забыла?

Я подумала, что и в самом деле: тут же рассказала бы обо всём подруге.

— Зря не поделился, мы бы тебе подыграли. Разве ты до сих пор не понял, что мы — твои друзья.

Брат махнул рукой:

— Да думал, что трепанёте где-нибудь.

Ну, дорогой братец! Что значит «трепанёте»? Между прочим, мы, женщины, в отличие от вас, мужчин, знаем, что говорить, когда, где и с кем. У нас, хоть и бывают иногда длинные языки, но если надо, то мы будем молчать как рыбы. И вы ни за что не заставите нас сболтнуть лишнее, потому что в женщине с древних времен заложено ценное качество — женская мудрость, которая генетически передается нам из поколения в поколение по женской линии. Мужчины же ещё большие трепачи, чем мы.

Однако брату я всего этого не стала объяснять, а просто снисходительно улыбнулась в ответ на его обидные слова.

— Знаешь, что всего обидней? Так это то, что я так доверял Вадиму и Руслану. Да и от Анатолия Ивановича не ожидал. Не могу понять, как они оказались втянутыми во всё это? Чем я им помешал? — Андрей развел руками и вопрошающе посмотрел на меня. Я же, немного подумав, выдала, даже не подозревая об этом, как потом оказалось, правдоподобную версию:

— У них с самого начала был сомнительный бизнес. Да и что-то быстро налоговая сначала их прикрыла, вероятно, по чьей-то наводке, а потом так же быстро отпустила с миром, но не просто так, а опять же за чьи-то вовремя проплаченные деньги. Вот тебе и готовые рабы — исполнители.