Чтение онлайн

Четвертую функцию можно определить как консолидацию и политическую активность граждан, которая влияет на эффективность формальных институтов и государственного управления. Это позволяет противодействовать принятию ошибочных решений государственными органами и их злоупотреблениям своей властью. Тем самым социальный капитал воздействует на экономику в «вертикальном» направлении.

В настоящее время социальный капитал рассматривается с точки зрения двух аспектов: сетевого и институционального.

С позиции сетевого подхода социальный капитал выступает как совокупность сетевых контактов. Использование сетевого подхода дает возможность определять степень развития социального капитала путем измерения плотности сетей, силы сетевых связей, их устойчивости. Такой подход позволяет привлекать новые технологии, в том числе сеть «Интернет», мобильную связь, компьютерные программы, а также использовать визуальные, графические средства для построения различных сетевых конфигураций.

В отличие от сетевого институциональный подход сфокусирован на проблематике доверия, которое определяется как вера в действенность взаимных связей, вера в то, что взаимные обязательства между субъектами экономики будут выполнены.

В совокупности сетевой и институциональный аспекты социального капитала формируют так называемый интегративный подход. В основе интегративного подхода лежат такие явления, как доверие, корпоративная культура, групповая и командная работа, принцип взаимной выгоды в деловых переговорах, поиск единых основ в межкультурном деловом взаимодействии. При этом данный подход позволяет не только учитывать влияние внешних общественных связей, но и способствует совершенствованию связей внутри организаций между рядовыми работниками, работниками и руководством, между отделами и службами и т. п.

Социальный капитал представляет собой сложный феномен. Он не существует вне людей, но и не является атрибутом отдельного индивида. Социальный капитал следует рассматривать как способность сообщества к самоорганизации и совместным действиям, что способствует формированию и функционированию общественных институтов.

Уровень развития социального капитала в обществе измеряется посредством оценки таких характеристик, как толерантность, членство в формальных и неформальных группах и их размер, количество связей и их плотность, социальные нормы, доверие и др.

Состояние социальных сетей измеряется количеством отношений, которые имеет индивид, численностью участников добровольных организаций и силой их взаимосвязей внутри сети. Причем количество участников добровольных организаций, например волонтерских движений, может использоваться также и для измерения доверия.

Другой подход к измерению социальных сетей базируется на оценке доступности социального капитала, емкости социального капитала. В этом случае можно использовать также такие технические показатели, как доступность и количество пользователей сети «Интернет» на уровне региона, степень покрытия и доступность мобильной связи и др.

Важно иметь в виду, что общей чертой любого социального капитала является доверие. Рассматривая структуру социального капитала, можно легко заметить присутствие категории «доверие» на всех его уровнях. Доверие – это то, на чем основывается социальный капитал, это необходимое условие его существования.

Степень доверия может быть измерена путем анализа мнения людей относительно уровня доверия к общественным институтам, путем наблюдения за поведением людей в тех ситуациях, которые могли бы охарактеризовать их уровень доверия. Безусловным показателем уровня доверия к государственным институтам может служить политическая активность граждан, их участие (явка избирателей) на выборах в федеральные и региональные органы власти. Можно также использовать косвенный показатель – количество заявлений и жалоб граждан, поданных в вышестоящие органы, криминальная обстановка в регионе и т. п. Например, в период с 2007 до 2014 г. в Архангельской области при сокращении экономических преступлений с 1445 до 733 количество заявлений, направленных на федеральный уровень, практически осталось без изменений (с 877 до 880). За тот же период в Республике Татарстан, наряду с сокращением экономических преступлений с 1710 до 1167, произошло значительное уменьшение заявлений, направленных на федеральный уровень с 65 тыс. до 40 тыс. В последнем случае уменьшение заявлений, направленных на федеральный уровень, может служить косвенным показателем роста доверия к региональной власти.

В настоящее время можно отметить следующие особенности социального капитала в России: недоверие к государству и официальным институтам и одновременно востребованность государственного регулирования, коллективную защиту от социально-экономических неурядиц взамен усилий, направленных на устранение их причин и пр.

Преобразования, происходящие в институциональном аспекте российской экономики, проявляются как на национальном, так и на региональном уровне. При этом на уровне регионов целый ряд проблем, связанных с этой трансформацией, оказываются более актуальными, чем на национальном уровне. Одной из них является проблема легитимности институтов.

Рассмотрение легитимности региональных институтов целесообразно начинать с анализа фактора доверия, который лежит в основе накопления социального капитала. Как правило, доверие, которое облегчает взаимодействие и улучшает кооперацию экономических агентов, обеспечивается двумя условиями: наличием совместно разделяемых ценностей и добровольным желанием людей им следовать. Чтобы доверие могло выступать связующим звеном между всеми субъектами рыночной экономики, необходимо, чтобы объединяющие ценности основывались на общечеловеческих морально-нравственных нормах. Поскольку эти нормы лежат в основе принципов социальной справедливости, то можно сделать вывод о том, что межличностное доверие формируется только в условиях легитимной институциональной системы.

Легитимность институтов (от лат. legitimus – согласный с законами, законный, правомерный) означает их признание общественным мнением и большинством населения соответствующими закону. Легитимность институтов государства облегчает социальную и экономическую координацию, предотвращает распад экономического пространства на отдельные локальные сообщества, способствует более эффективному использованию ограниченных материальных и природных ресурсов.

Известно, что использование только лишь формальных институтов и методов ужесточения правовых норм в реформировании экономических отношений далеко не всегда приводит к оптимизации результатов. Так, на практике значительные финансовые средства, направляемые государством в регионы, способствуют порой не росту региональной экономики, а распространению коррупции и оппортунизма со стороны властных структур.

Решение такого рода проблем требует более четкого определения легитимности институтов. Как правило, экономисты, используя понятие «легитимность», нередко ограничиваются только одной ее стороной – легальностью, т. е. соответствием закону. Однако общественный закон может противоречить закону моральному, закону нравственному. Это происходит, например, в том случае, когда какой-либо институт или правительство игнорируют интересы населения и нации. Такое ограниченное понимание легитимности сводит ее значимость только к формальной составляющей, которая предполагает, что если институт формально признан и зафиксирован в правовых актах или деловых контрактах, то ему по определению свойственна институциональная завершенность. Однако формальное отражение норм и правил в правовых актах и деловых контрактах еще не означает институциональной завершенности по сути. Институциональная завершенность определяется также явными и неявными соглашениями между людьми по поводу их признания и принятия. Именно здесь становится очевидной важность соответствия формальных и неформальных норм.

На региональном уровне проблема легитимности институтов проявляется наиболее отчетливо. Этому способствует, с одной стороны, определенная территориальная замкнутость общественно-экономической системы, а с другой стороны, специфика официальной и в большей степени неофициальной информированности граждан. Это означает, что формальный статус института должен дополняться еще и коллективным признанием, основанным на безусловной поддержке большинством населения.

Следовательно, легитимность обусловлена двумя составляющими: формальным учреждением институтов с одной стороны и их коллективным признанием через высокий уровень доверия с другой. Если этого не происходит, то формально вводимые нормы вступают в противоречие с неформальными представлениями людей, что ведет либо к отторжению этих норм, либо к значительному снижению их эффективности. В случае выполнения этих двух условий, системных противоречий, связанных с функционированием институтов, как правило, не возникает. Это свидетельствует о том, что та сторона легитимности институтов, которая подтверждается коллективным признанием, непосредственно связана с соответствием принципу справедливости.