Чтение онлайн

Башня управления конгломератом, 42-й надземный этаж, кабинет Хранителя Безопасности.

– Ну и что это за человек? – спросил Пал Палыч.

– Строганов Аркадий Борисович. Родился в тридцать шестом году до нашей эры, то есть сейчас ему уже семьдесят семь. Так… Родился, учился, женился… В годы Великой войны был черным рейдером.

– Надо же, – покачал головой Пал Палыч. – Неужели до сих пор жив?

– Да. Здоровье, понятное дело, уже не то, но за жизнь цепляется крепко.

– Других в черных рейдерах и не держали, – заметил Пал Палыч.

Подразделения черных рейдеров появились уже во второй половине Великой войны и формировались из самых живучих смертников. Вот такой вот парадокс. До ядерного апокалипсиса враждующие стороны дело не довели, но бились сурово. Ядерное, химическое, бактериологическое оружие – на головы врагов сбрасывалось все, что нашлось в закромах родины.

Первой на европейском театре военных действий раздраконили территориальное образование под название Польша. Некоторые историки утверждают, что такова была традиция, но имелось и более практичное разъяснение. И до начала Великой войны Восточный альянс, Демократическая коалиция и Арабский халифат не сильно жаловали друг друга, готовясь к предстоящей схватке и поливая противников грязью по каждому поводу и просто под настроение. На территории Польши, входившей в состав Демократической коалиции, были размещены тактические ядерные ракеты. По планам демократического командования эти ракеты должны были поразить ряд ключевых центров противника. Альянс в ответ развернул свои ракеты в нынешней Калининградской контрольной зоне. Когда началось, Альянс оказался быстрее, и на мировой карте появилась первая радиоактивная пустыня.

Позднее на этой карте еще много пятен появилось. Радиоактивные пустыни, зоны химического и бактериологического заражения, заваленные трупами сектора эпидемий.

Пятна расползались, пересекались, сливались друг с другом. Так появились чумные зоны. Проходившие там армии теряли до трети личного состава, гражданские конвои просто исчезали без следа. Эффект был оценен по достоинству.

Спустя пару лет удачно срежессированная гражданская война разорвала пополам территориальное образование Украина. Восточная часть примкнула к Альянсу, западная, с небольшой помощью стратегической авиации Альянса, – к чумным зонам.

Образовавшаяся полоса полностью разделила Восточный альянс и рассыпающуюся Демократическую коалицию. Война зашла в тупик.

Балтийское и Черное моря, как и многие другие, цвели такой вязкой заразой, что не то, что в них плавать, к ним близко подходить никто не решался. На юге Арабский халифат храбро сражался со всеми, кто рисковал влезть на его территорию, а при отсутствии противника – сам с собой. Наверное, чтобы не потерять форму.

На севере скандинавский блок хранил вооруженный до зубов нейтралитет. По крайней мере, до тех пор, пока там кто-то не догадался обстрелять ракетами пролетавшие над ними стратегические бомбардировщики, что везли какой-то особый гостинец соседям. Что там намешали военные химики, ученые до сих пор гадают, но вокруг двух упавших самолетов образовалась самая жуткая чумная зона, поглотившая ударный корпус Монтгомери в полном составе. Большая часть боевых машин корпуса была обнаружена планерами разведки на подступах к Турку, но людей – ни живых, ни мертвых – там не было. Восточный альянс, не стесняясь, приписал победу себе и отправил спецгруппу для выяснения истинных причин своей великой победы.

Предположительно, поиски увенчались успехом – назад никто не вернулся.

Тогда-то и появились черные рейдеры. Солдаты, которые все уже потеряли.

Небольшими группами они проходили через чумные зоны, чтобы внезапно вынырнуть в тылу противника, сея смерть и хаос.

Тяжеловоз был похож на здоровенную металлическую гусеницу. Огромными передними винтами он прогрызал себе дорогу, не менее крупными задними – проталкивал себя вперед. Спереди, прямо над винтами, нависала небольшая кабина экипажа. На корме деловито фырчала мощная двигательная установка. Развернувшись боком и усиленно загребая винтами, тяжеловоз начал подтягивать себя к пристани. Крыша ангара раскрылась и вверх выдвинулась стальная лапа портового крана.

Тяжеловоз остановился в метре от пристани. Лопасти винтов замерли. Выдвинувшиеся из бортов механические захваты жестко зафиксировали тяжеловоз на месте.

Металлическая гусеница сверху расползлась по шву, открывая темное нутро. Лапа нырнула в трюм и вытащила длинный серый контейнер. Задержавшись на миг, она резко повернулась и перенесла груз в ангар. Потом пришел черед второго контейнера, третьего… Опустошив трюм, лапа снова начала наполнять его. Ближе к концу погрузки в борту открылся люк, выдвинулся трап и на пристань спустился один из техников в сером комбинезоне. Постоял, наблюдая за работой, потом неспешно направился к ожидающему неподалеку Георгию. Короткие переговоры привели к тому, что обратно на борт техник поднялся в сопровождении еще трех человек.

Внутри процесс погрузки сопровождался глухими ударами и металлическим лязгом.

Потом послышался утробный вой, и корпус мелко затрясся.

– Сейчас поедем, – сказал техник. – Сидите в каюте, я скажу что и когда.

Каюта по виду и размерам не отличалась от обычного спального купе. Только окно было круглым, а не прямоугольным. Питание в договоренность не входило, но трофеев Антона вполне хватало на полноценный обед, да и дядя Ваня оказался не с пустыми руками. Говорили мало. Антон поведал, как стал обладателем сумки с продуктами и приличной суммы наличностью. Дядя Ваня под настроение рассказывал какие-то байки из жизни провинции. Елена, завладев найденным в сумке анимированным журналом, листала его, лежа на верхней полке.

Ближе к вечеру в поле зрения показался порт назначения. Грязно-серый туман наползал на берег рваными клочьями. Сзади черным призраком налетел маленький кривоносый гравиплан. На борту отливала золотом реклама: "Кронштадтская молния – волнительные полеты над заливом". Шлюз протестующе крякнул, когда гравиплан, не погасив до конца скорость, вцепился в него магнитными захватами. Водитель, высунувшись по пояс из кабины, отчаянно замахал руками.

– Скорее, скорее.

– Да не мельтеши ты, – буркнул один из техников. – Вот, еще пакет возьми.

– Что в нем?

– Тебе не все равно?

Водитель фыркнул что-то неразборчивое и приступил к нелегкой задаче размещения трех пассажиров в двухместной кабине. Когда задача была успешно решена, магнитные захваты отцепились и перегруженный гравиплан чуть не рухнул носом вниз.

В последний момент водитель все же справился с управлением. Гравиплан, сделав петлю, пролетел над крышей тяжеловоза и помчался к берегу, едва не касаясь компенсаторами зелено-фиолетовых вздымающихся волн.

Посадка не сильно отличалась от катастрофы. Гравиплан чиркнул крылом по асфальту, круто развернулся и бухнулся брюхом на стоянку.

– Выметайтесь, – бодро скомандовал водитель.

Дважды никого просить не пришлось.

– А-а… – успел сказать Антон до того, как гравиплан скрылся в облаке смога.

– Наверное, дальнейший путь мы проделаем без него, – заключил дядя Ваня.

– И слава Маммоне. Я уже составила завещание. Может, нормальное такси вызовем? – предложила Елена.