Реквием линкору «Тирпиц»
Шрифт:
В этот момент он получил радиограмму из Лондона, которая гласила:
«Противник находится южнее острова Медвежий».
Стало быть, еще не все потеряно. Адмиралтейство всегда знает, что говорит. Вне сомнения, какая-нибудь подводная лодка или разведывательный самолет берегового командования обнаружили «Тирпиц» и передали его координаты. Противник еще в море, угрожая, вероятно, конвою. А ведь он думал, что тот находится уже вне пределов досягаемости вражеского линкора.
Командир каждого корабля получил отдельный приказ. «Король Георг V» занял место во главе эскадры. Курс — северо-восток. Оптимизм Тови передается не только экипажу флагманского корабля, но и всем остальным. Однако в 18.20 корабли были еще на расстоянии дневного перехода до острова Медвежий из расчета хода в 25 узлов. Наступила ночь. Дул ледяной ветер. Наблюдательным постам в такую погоду не позавидуешь. Но они тем не менее внимательно осматривали море, не спуская в то же время глаз с экранов радаров.
В 2.30утра радиограмма из адмиралтейства нарушила монотонность ночи:
«Противник взял курс в южном направлении».
Тови немедленно склонился над картой, на которой был нанесен маршрут кораблей начиная с 5 марта, то есть с момента выхода в море, когда флот метрополии находился примерно в ста милях от конвоя ПК-12, состоявшего из шестнадцати судов. Если перерезать курс «Тирпица», который пойдет в Нарвик либо в Тронхейм, то следует увеличить скорость, чтобы утром дойти до Лофотенских островов. Может быть, ему повезет и он навяжет там бой линейному кораблю противника. Тови считал, что «Тирпиц» будет один, без сопровождения. Единственную озабоченность у него вызывало то обстоятельство, что дислоцирующиеся в Барду и Бодо немецкие самолеты могли прикрыть «Тирпиц» и нанести удары по его кораблям.
С 2.30корабли флота метрополии шли со скоростью 25 узлов в час… В 6.40с «Викториуса» поднялась пара самолетов-разведчиков. Не ожидая результатов их наблюдений, с палубы авианосца взлетели двенадцать торпедоносцев типа «Альбакор».
— Желаю удачи, — пожелал адмирал Тови командиру «Викториуса» и добавил: — Пусть с вами будет бог!
Адмирал Цилиакс и капитан первого ранга Топп были вынуждены, как говорится, изображать хорошую мину при плохой игре. Они внушали себе, что, хотя и не смогли осуществить нападение на конвой, выход корабля в море был не бесполезным. Команда, правда, устала, но ее душевное состояние великолепно. Морской воздух и свирепый холод лишь закалили волю моряков и утвердили их как личности. Топп приказал усилить питание. С левого борта уже были видны Лофотенские острова с горными вершинами, покрытыми снегом. Навстречу изредка попадались рыбацкие суденышки, сразу же уходившие в сторону, как только замечали такого монстра, как «Тирпиц»…
9 марта, 7.30 утра.
С 22.00прошлого вечера «Тирпиц» шел со скоростью 25 узлов. Адмирал Цилиакс уединился в своей каюте. Он знал, что в случае чего его тут же оповестят. Командир корабля Топп немного прикорнул в штурманской рубке, что под капитанским мостиком. Он спал, как могут спать только моряки — не раздеваясь, крепко, но готовый проснуться, если этого потребует обстановка, а то и инстинктивно, когда возникнет чувство, что на борту корабля происходит что-то необычное.
Было еще очень холодно, хотя плавучие льды и остались позади. Подул ветер с юга. «Тирпиц» шел своим курсом, преодолевая сильную зыбь. Вахтенные офицеры — на своих постах на капитанском мостике. Посты наблюдения внимательно осматривают море и воздух. К вечеру «Тирпиц» должен добраться до своей стоянки в Фаэттен-фьорде…
Адмирал Тови со своим штабом на «Короле Георге V» ожидают с нетерпением сведений от летчиков. Возвратятся ли «Альбакоры» назад, так и не обнаружив противника? В 8.00наконец один из разведчиков передает по радио:
«„Тирпиц“ обнаружен».
Все двенадцать «Альбакоров» тут же взяли курс по указанным координатам. Они шли на бреющем полете, чтобы выйти на «Тирпиц» неожиданно, но вынуждены были бороться с сильным южным ветром, который преодолевал и «Тирпиц». Но вот за его кормой с левого борта показался эсминец, пытавшийся его догнать. В 8.40первый торпедоносец вышел на дистанцию, позволявшую сбросить торпеду. Однако в этот момент корабельная зенитная артиллерия открыла плотный заградительный огонь, а сам корабль с неожиданной для его размеров легкостью совершил противоторпедный маневр…
Штурман, капитан третьего ранга Бидлингмайер, сидел в штурманской рубке и делал, как и обычно по утрам, записи в вахтенном журнале. В частности, он записывал, что прошлым вечером предложил командиру идти в Тромсё, где оборудован причал для крупных кораблей. Там можно было бы дождаться сообщений о конвое, к тому же это было по пути в Тронхейм. Время от времени он поднимал голову и смотрел на горы Лофотена с левого борта по курсу «Тирпица». Увиденная им картина вполне подошла бы для одной из опер Вагнера. [24]
24
Вагнер, Рихард(1813–1883) — немецкий композитор, дирижер. Явился реформатором оперного искусства в области гармонии и оркестровки. Большинство его произведений основаны на мифологии и исторических легендах. Наиболее известны его оперы «Летучий голландец», «Тристан и Изольда», «Тангейзер» и тетралогия «Кольцо нибелунга»: «Золото Рейна», «Валькирия», «Зигфрид» и «Гибель богов».
«Тирпиц» шел со скоростью 28 узлов. Бидлингмайер размышлял о событиях вчерашнего вечера. Не зная подробностей, он все же догадывался, что приказы, распоряжения и советы шли как от главного морского командования в Берлине, так и от командования флота в Киле. Вначале речь шла о Тронхейме, затем о Тромсё и, наконец, о Нарвике. Создавалось впечатление неуверенности, если не головотяпства.
Вдруг с одного из наблюдательных постов поступило сообщение:
«Два самолета за кормой. Расстояние 530 гектометров!» [25]
25
Гектометр— единица определения расстояния, равная 100 метрам. Применяется, как правило, на флоте.
Бидлингмайер поспешил на капитанский мостик.
— Немедленно оповестить командира. Скорость 30 узлов. Курс — восток… Бортовым самолетам быть готовыми к вылету! — приказал он.
В тот самый момент, когда была объявлена тревога, на мостике появился командир. Бидлингмайер вкратце доложил ему обстановку и принятые меры. Топп согласно кивнул головой и произнес:
— Хорошо! — затем наклонился над картой и отдал команду: — Курс на Вест-фьорд. Пройдем через Москенес-страумен.
Офицеры посмотрели друг на друга. Проход между косой острова Москенес, самого южного из Лофотенских островов, и небольшим островом Москен был не более четырех миль в ширину. Здесь плавали только рыбацкие суденышки да небольшие пароходики. Топп, однако, хотел увести одинокий «Тирпиц» в безопасное место. И вот громадный корабль на полной скорости свернул в этот проход, усеянный рифами. «Самолет противника, — подумал он, — не мог появиться здесь, взлетев с сухопутного аэродрома. Следовательно, он с авианосца и, скорее всего, с „Викториуса“. Но корабли такого типа никогда не выходят в море в одиночку. Их всегда сопровождают линейные корабли, крейсера и миноносцы. „Викториус“, несомненно, находится к западу отсюда. Стало быть, неподалеку и весь английский флот метрополии. Несмотря на свою мощь, „Тирпицу“ не следует ввязываться в бой со всем этим флотом. Таким образом, нужно уходить в безопасное место — в Вест-фьорд, и как можно скорее».