Чтение онлайн

Принца Гаутаму воспитывали как индуиста. Его отец был правителем небольшой страны, находящейся там, где сейчас Непал, у подножия великих Гималаев. В шестнадцать лет он женился, и у него родился сын. Молодой принц вел необычайно защищенную жизнь — он жил в роскоши, в своем дворце — и, по-видимому, не осознавал существование трагической стороны жизни. Когда ему было двадцать девять лет, он столкнулся с ней, и это было для него шоком.

Рассказывают, как однажды он поехал кататься на своей колеснице и увидел старика, затем больного человека, а потом труп. Он спросил о них своего колесничего. «Это происходит со всеми нами», — ответил тот. Затем он увидел человека с бритой головой, в потертой желтой робе. Колесничий объяснил, что это был бездомный духовный искатель.

Потрясенный тем, что он увидел, Гаутама вернулся во дворец. В ту ночь, пока его наложницы спали вокруг него, он отрекся от чувственности и принял решение спасти себя и всех людей от этого ужасного цикла страданий. Попрощавшись со своей спящей женой и малюткой сыном, он прокрался из дворца, разбудил своего колесничего и поехал с ним до края леса. Там он вышел, отрезал мечом свои длинные черные волосы, отослал их назад во дворец вместо послания и обменял свою красивую одежду на тряпье бедняка. Один и без гроша он пошел дальше, с твердой решимостью найти причину страданий — и способ от нее избавиться.

Нам, чья реакция на человеческие страдания была бы другой — мы стали бы собирать средства на больницы, организовывать благотворительные проекты и исследования, — поведение Гаутамы кажется типично восточным и непрактичным. Ему же было очевидно, что проблема появилась в нем самом, и ее решение нужно искать в том же месте. Его поиск — внутренний, духовный по своей сути. Странствуя по городам и деревням равнины Ганги, он разыскивал знаменитых индуистских учителей и слушал их наставления. Шесть лет он странствовал, слушал, сидел в глубокой медитации, почти без еды, и выносил самую суровую аскезу, пока почти совсем не угас. Он победил страх и гордыню, гнев и похоть, научился контролировать свой капризный ум, но все же не мог достичь просветления. Наконец; уже почти умирая, он решил вдоволь поесть и совершить омовение. Затем он уселся под деревом, с твердым намерением не вставать, пока не станет полностью просветленным. Ему тогда было тридцать пять лет.

Гаутама провел ночь, изучая свои прошлые жизни, причину рождения и перерождения в этом несчастном мире; корни человеческого страдания, как оно возникает и как его превзойти. Он переходил на все более и более глубокие ступени медитации. И когда занималась заря, он достиг цели. Теперь он был Буддой, полностью освобожденным, пробужденным, просветленным.

Все оставшиеся годы своей жизни он провел, путешествуя по северо-восточной Индии и рассказывая всем, кто слушал, о пути Будды, который и есть избавление от страданий. Он основал сангху, общину монахов, полностью преданных религиозной жизни И распространению учения, и таким образом заложил фундамент мирового буддизма. Он умер в возрасте 80 лет. Его последними словами собравшимся последователям были: «Стремитесь неустанно к своему освобождению».

Как же нам стремиться неустанно к своему освобождению? Что же такого Будда обнаружил о страдании? В чем состоял его способ избавления от него, и как мы тоже можем от него избавиться и стать просветленными?

Его учения запоминались и передавались из уст в уста, но были записаны лишь через несколько веков после его смерти. Они дошли до нас в многочисленных писаниях, также содержащих много разных набожных украшательств и ученых комментариев. Чему конкретно учил сам Будда, неясно, но его основная мысль ясна. И только это нам и интересно.

Учение построено вокруг идеи дуккхи, что означает боль и несчастье, неудовлетворенность и несовершенство всех видов. Эта дуккха, говорит Будда, окрашивает весь наш опыт, всю человеческую жизнь, все существование в этом мире пространства и времени. Ничто не постоянно. Даже наши радости — дуккха, так как они преходящи, и мы это знаем. Поэтому первое, что надо сделать, — быть честными, перестать притворяться, что все в жизни хорошо, и признаться, что это не так, что никогда таковым не было и никогда не будет.

Следующий шаг — увидеть, что причина дуккхи, или страданий, это желание — пристрастие, жажда, алчность. Очевидно, что наше желание не в наших обстоятельствах, а в нас самих, в нашем отношении к этим обстоятельствам. Поэтому мы должны изменить свое отношение и избавиться от желания, которое порождает страдание. Полное разрушение желания — нирвана, которая и есть состояние просветления, которое Будда испытал под деревом бодхи.

Будда был необычайно основательным. Он во всех подробностях описал путь к нирване, восьмеричный путь, которым мы должны следовать. Во-первых, это правильное понимание, которое включает принятие факта страдания, его универсальности и причины возникновения. Во-вторых, это правильное устремление, которое включает доброжелательность и сострадание ко всем живым существам. В-третьих, это правильная речь, которая включает и умение молчать, когда нам нечего сказать. В-четвертых, это правильное действие, которое включает большинство того, что мы бы назвали образом жизни хорошего христианина плюс воздержание от одурманивающих веществ: такое праведное поведение пополняет запас добродетели, или хорошей кармы, без которой наш духовный прогресс невозможен. В-пятых, это правильный образ жизни, что означает заниматься такой работой, на которой можно всегда практиковать правильное действие. В-шестых, это правильное усилие, что означает неустанно практиковать наши моральные, ментальные и духовные упражнения и никогда не падать духом. В-седьмых, это правильная мысль, что означает развивать свое внимание и концентрацию до тех пор, пока мятежный ум не будет полностью под контролем. И, наконец, восьмое — это правильная концентрация, что означает тренировку ума, доведенную до ее предела и завершившуюся просветлением.

Вот вкратце восемь шагов на пути к просветлению и к окончанию страдания. Их последовательность важна: первые создают прочный моральный фундамент, на котором величественное здание буддийской духовности может быть безопасно воздвигнуто.

Первые ступени восьмеричного пути, которые в основном связаны с формированием характера и порядочным поведением, так похожи на христианскую этику, что не нуждаются в дальнейшем комментарии. А о восьмой, или окончательной ступени к просветлению, можно сказать немного: только те, кто на ней находится, знают, каково там на самом деле, и они не находят для описания этого подходящих слов. Именно седьмая ступень, правильное направление мысли, или буддийская тренировка ума, — важнейший шаг на пути — требует объяснения. Какое отношение тренировка ума имеет к религии и какой от нее вообще толк?

Обычно мы вообще не думаем о тренировке ума: мы надеемся, что все как-нибудь само образуется. Мы считаем, что дисциплина, необходимая для выполнения своего долга в жизни, включает всю необходимую тренировку. В результате такого отношения большинство из нас сильно страдает. Мы жертвы наших страхов и ненависти, наших тревог и презрения, наших настроений всех видов. И мы неспособны долго чем-либо заниматься, неспособны по-настоящему концентрироваться на том, что делаем. Зрелые и по-настоящему успешные мужчины и женщины — те, у которых врожденный талант укрощать неспокойный ум. Даже им специальная тренировка принесла бы пользу. Остальные же из нас остро в ней нуждаются.

Давайте проведем небольшой эксперимент. Закройте глаза и наблюдайте за дыханием, считая вдохи и выдохи, не думая вообще ни о чем, не позволяя уму блуждать ни на секунду. До скольких вы можете сосчитать, пока посторонние мысли не начнут прорываться? Если вы можете отсчитать десять вдохов-выдохов без всякого блуждания ума, то вы поистине одаренный человек! Или понаблюдайте за большим пальцем левой руки, которая держит эту книгу, и проверьте, как долго вы можете это делать, пока какой-нибудь посторонний образ или идея не затмит то, что вы видите. Не правда ли, что ваше внимание вышло из-под контроля, что вы раб, а не хозяин своего ума, заполоненного желаниями? Буддисты говорят, что в этом причина всех наших страданий, всей нашей дуккхи.