Чтение онлайн

Первый предрассудок — это всё тот же примат развития производительных сил, которые якобы определяют развитие общества в целом. Примат роста экономики.

Он дополнялся предрассудком о существовании неких никому неизвестных пропорций развития производительных сил, которые надо научиться соблюдать.

Первым шагом перестройки в начале 1985 года стала попытка ускорения развития машиностроения как «ведущей отрасли» производства. Изначально такое ускорение запоздало лет на пятьдесят. Развитие машиностроения было определяющим в 1930-е годы, но даже к 1950-м уже важнее стала радиоэлектроника, чем машиностроение. В 1980-е годы, если что и надо было ускорять, так это компьютерные системы (частично это было сделано).

В целом советское общество уже давно было идеалистическим обществом с преобладанием излишков. Оно совершенно не нуждалось в новой тяжёлой промышленности, и не так уж нуждалось в иной новой промышленности.

Что надо было делать для улучшения жизни? Достаточно было любому члену ЦК выйти на улицу и спросить людей — что вас волнует больше всего? Ему бы сказали — до предела достали и вымотали очереди. К чёрту теорию. Торговля, эта прослойка надстройки, стала паразитом, который сковал всё общество. Не надо развивать производство. Исправьте систему распределения.

Возрастающая роль науки, о которой говорила программа партии, тоже очевидно выдохлась. Количество диссертаций, которые не имели большого практического применения, говорило не только и не столько о бестолковости кандидатов и докторов наук, сколько о том, что научно-материалистическое направление развития в целом исчерпывает себя. И на Западе основные открытия делались уже в области информации, в мире цифр и символов, а не в физическом мире.

Изменение природы уже не может существенно улучшить жизнь людей. Производство вооружений — другое дело. Там наука ещё далеко не исчерпана. В оборонной промышленности диссертации и изобретения внедрялись почти все.

По этой причине не удалась и попытка конверсии. И дело не в советской системе управления — после уничтожения социализма по обе стороны океана сотни тысяч лучших инженеров и учёных, работавших на оборону, оказались не нужными. Ибо в мирной жизни их негде использовать. Улучшение жизни лежит в изменении отношений между людьми.

Здравые голоса во время перестройки говорили о том, что уже и так слишком много техники, слишком много математики, не надо такого количества инженеров, надо уделять больше внимания культуре и гуманитарным предметам. Но примат производительных сил заглушал всё.

Итак, попробовали ускорить промышленность, но Запад не догнали (правда, прошло всего полгода). Что, согласно теории, надо делать, если остановился рост производства? По преданию Маркса это означает, что производительным силам стало тесно в устаревших рамках производственных отношений.

В каком направлении, согласно Марксу, должны развиваться производственные отношения? К демократии, к свободе, к уменьшению роли государства.

Отсюда напрашивается вывод — причина технической отсталости в самой советской системе, в отсутствии рынка и демократии, в засилье государственного и партийного управления.

И в этом была доля правды. Поскольку в основе советской экономики лежала всё та же счётная книга, то рост экономики — это рост транзакций. Общество было идеалистическим, но существовавшие законы и правила — законы социалистической прибыли, твёрдых цен, главенства партии и советов над производством, социалистической идеологии — действительно ограничивали свободу транзакций.

Возникало прямое противоречие. Надо было или успокоиться с ростом цифр, или разломать правила.

Один из крупных предрассудков состоял в абсолютизации производительности труда и необходимости неограниченной специализации.

В первоисточниках марксизма (и ленинизма) предполагалось, что социализм победит капитализм благодаря более высокой производительности труда. Если производительность труда ниже, значит и строй хуже. Предполагалось, что для специализации нет пределов.

Производительность труда в религии денег измеряется не общественной и даже не личной пользой от результатов труда, а исключительно количеством золота или денег, которые приносит работающий.

В советском хозяйстве 1960-1980-х годов, насыщенном необходимым, производительность труда уже не могла измеряться в натуральных величинах. Она могла измеряться только во всё тех же в цифрах транзакций счётной книги. Соответственно, для роста бумажной производительности нужно было просто увеличить транзакции.

Производительность растёт по мере специализации. Специализация и оцифровка всех отношений естественным образом увеличивают транзакции, и увеличивают экономику в целом. В религии денег смыслом специализации является накопление денег и подчинение всего власти денег. Те крайне негативные последствия, которые излишняя специализация имеет для сознания человека, никого не интересуют.

В СССР складывалась парадоксальная ситуация. Золото и деньги предприятия не копили, но специализацию увеличивали. Специализация ухудшала жизнь людей. Получалась бессмыслица.

Что надо было делать?

Не надо было ставить целью рост транзакций в счётных книгах. Надо было увеличить долю натурального хозяйства.

Да, то, что выращено на дачных участках, не учитывается в Госплане, в бухгалтерии, в валовом национальном продукте и так далее. Но это то, что нужно людям, и им нравится это производить.

Надо было уменьшить обязательный рабочий день, и сделать доступными дополнительные часы работы по желанию. Хочешь — больше работай на заводе и покупай больше продуктов в магазинах. Хочешь — больше работай дома и на даче или занимайся самообразованием.

Надо было дать доступ людям к простым станкам, дать им самим возможность изготавливать для себя то, что им надо. В реальности частично так и происходило, только полуофициальным и полунелегальным порядком.

Сложно ли было до этого додуматься? В 1952 году И.В.Сталин говорил о необходимости в ближайшем будущем снижения рабочего дня до 5 часов, чтобы у людей было время для культурного развития [551] . Можно было почитать и Маркса, который писал, что богатство страны определяется наличием у её жителей свободного времени.

Но советское общество продолжали гнать вперёд ради культа производительных сил, ради роста транзакций в бухгалтерских книгах. Что не изменилось и после полной победы рыночной экономики.

Следующий набор предрассудков связан с заклятьем стоимости и сабсолютизацией роли денег в экономике.

Абсолютизация сути денег как мерила всякого труда привела к тому, что всё начали оценивать в деньгах. Деньги стали делиться на настоящие — твёрдую валюту, и плохие — «деревянный» рубль.