Чтение онлайн

– Что вы этим хотите сказать?
– удивился Диего.
– Сомневаетесь в успехе операции - так и скажите.

– Я и сам не знаю, чего хочу, - подумав, сказал Нагорин.
– Зато знаю, что я могу.

– Судить об этом будут наши последователи, - пробормотал Грехов.
– Что мы можем - покажут наши успехи. А вот чего мы стоим... об этом говорят пока наши неудачи.

Диего иронически приподнял бровь.

– Лично я стою больше, чем ты думаешь.

Обменявшись полуулыбками, они прекратили разговор. Нагорин пожелал осмотреть окрестности на месте посадки. Диего пошел спать, сославшись на "отсутствие стимулов к активной жизни".

Командиром четвертого модуля был сам Пинегин, упросивший Торанца принять руководство всей операцией на себя. Еще на крейсере Грехов случайно услышал разговор начальника погранслужбы с Банглиным.

– Почему вы посылаете на планету начальников отделов?
– резко спросил Банглин в обычной своей манере разговаривать.

– Потому что они лучшие оперативные работники, - сухо ответил Торанц. Я не могу рисковать успехом дела, посылая на самый важный участок менее опытных оперативников. У вас иные соображения?

Банглин промолчал.

Самые опытные... Габриэль с тоской посмотрел на фиолетово-синий ландшафт, окружающий корабль. Вдруг остро захотелось увидеть Полину, взглянуть в ее теплые карие глаза, ощутить особый фиалковый запах волос, почувствовать нежность и ласку маленьких рук... Чувство одиночества охватило его неожиданно и сильно, как никогда прежде, и было это, вероятно, признаком усталости или последствиями последних травм.

"Почему так тоскливо в последнее время?
– подумал он, включая музыку. Неужели я так слаб? Или дело в другом - я просто-напросто чувствую приближение смерти?.."

Солист известного ансамбля "Василиск" пел песню на слова старинного поэта Аполлинера:

...Мы будем все дальше и дальше идти,

Не продвигаясь вперед никогда.

И от планеты к планете,

И от созвездий к созвездиям,

Даже не покидая Земли...

"Странная тяжесть на душе... словно я на перепутье и не знаю, куда свернуть... И ведь уверен - с Полиной действительно ничего не случится, но это знание не спасает... почему-то кажется, что я виноват перед ней... в чем? Не все сказал перед расставанием? Так нет же, она привыкла к частым моим путешествиям. Что-то упустил? Или во мне заговорила экстрасенсорная система - дар предвидения? О чем же хочет он меня предупредить? Чего тебе надо, интуиция? Что нас ждет впереди?"

...Белорунных ручьев Ханаана

Брат сверкающий - Млечный Путь!

За тобой к серебристым туманам

Плыть мы будем. О, дай нам взглянуть

Мертвым взором на звездные страны...

День прошел.

Под циановыми облаками, рассеивающими ровный синий свет, он наступал и уходил незаметно, похожий на долгий мучительный рассвет: солнце сквозь облака не просвечивало, и заметных колебаний освещенности смена дня и ночи не вызывала.

Ночь тоже прошла спокойно. Грехов отметил это с некоторой долей сожаления - душа жаждала действия. Планета не была заселена, и даже маяков здесь не оставили разведчики. Нагорин выходил из модуля, но, побродив около часа среди сумрачных фиолетовых скал, вернулся разочарованный и недовольный: фауны и флоры планета не имела никакой, и от тишины, от мысли, что гигантский ее шар, покрытый полями игольчатых кристаллов и скалами, пуст и безмолвен, становилось неуютно.

Пинегин вышел на связь всего один раз, собрал всех и попросил проверить готовность аппаратуры. Диего выразил общее мнение, вежливо послав ему привет от бабушки удава, и это ненадолго развеселило компанию.

К десяти часам по корабельному времени, когда Забара любопытства ради собрался на прогулку, внезапный сигнал общего внимания заставил его побежать в рубку со всех ног. На пульте горел сигнал экстренной связи, чей-то энергичный и даже веселый голос повторял:

– Экипажам группы риска срочно вернуться на крейсер! Тревога по форме "три"! Экипажам группы риска...

Виом экстренной связи мерцал тусклым золотом и напоминал речное дно, просвечивающее солнечным днем сквозь толщу воды.

– Форма "три" - это же вооруженное столкновение!
– присвистнул Забара.
– Неужели оборотни осмелились напасть?!

В соседних виомах появились встревоженное лицо Нагорина и недоумевающее Вирта.

– Ты что-нибудь понимаешь?
– спросил Диего.
– Я слышу только вызов, картинки нет. Твой виом работает?

Грехов вместо ответа включил системы дальновидения, и главный виом модуля отразил фиолетовый бархат неба и плывущий над планетой многокилометровый "цветок" крейсера.

– "Ильмус", - пробормотал Забара.
– А где же имитация оборотня? Неужели автоматы проморгали появление настоящего?

– Нас должны были предупредить в первую очередь, - возразил Нагорин. Да и в "слепоту" автоматики я не верю.

– В таком случае возможности оборотней шире, чем мы думали.

Появился Пинегин, бледный и словно помятый.

– Чего ждете? Особого приглашения?

– Странный вызов, - отозвался Диего.
– Видеосвязи нет, но голос слышен. Слушайте, братцы!
– Диего встретился взглядом с Греховым.
– Что, если это...

– Сверх оборотень!
– закончил тот.
– Конечно, это не крейсер, это наш приятель. Но где тогда настоящий "Ильмус", хотел бы я знать? Почему не отвечает?

– Готовили ловушку для оборотней, а они сделали нам, - хохотнул Диего.
– Не лишено остроумия.

Грехов усмехнулся.

– Остроумно, говоришь? Примитив, никакого остроумия! Вот что, мужики, я не знаю, где сейчас Крейсер, но стоит попытаться захватить хотя бы этого оборотня. Время не ждет, кто "за"? Я пошел!

– Куда?
– крикнул Пинегин, но модуль Грехова уже скользнул белой молнией в небо и пропал в облаках.

– Григ, старт!
– приказал Диего своему напарнику, демонстрируя отличную реакцию.

– Вперед!
– махнул рукой Пинегин.

Вслед за ним стартовал и Нагорин.

Крейсер "Ильмус" "настоящий" - не отзывался на запросы, и Пинегин мимоходом подумал, что сверхоборотни затеяли игру по своим правилам, игру, из которой люди могут и не выйти живыми. Если крейсер не придет на помощь...

"Ильмус" в это время отражал атаки оборотней, создавших в пространстве такую бурю помех на всех диапазонах связи, что сквозь нее не могло пробиться к модулям ни одно сообщение.

ДУЭЛЬ НЕ ПО ПРАВИЛАМ

Модуль Грехова чуть опередил остальные корабли. Он был уже в нескольких сотнях метров от мнимого крейсера, как вдруг его подхватила мягкая, но властная сила и понесла на центральный диск.

– Держитесь!
– рявкнул Забара, поправляя на голове эмкан защиты.

Они невольно сжались в креслах. Тоненько запел фиксатор защитного поля рубки, спасающего людей от перегрузок.

Диск надвинулся вплотную, но в последнее мгновение в нем образовалась щель, в которую и ухнул модуль, как в пропасть.