Чтение онлайн

— Легенду, — тихо произнес буфон. — Как хотел Тиль. Вы тоже собираетесь уйти.

— Не волнуйся, мы навестим вас, когда все закончится, — с закрытыми глазами пробормотала Дана.

— Обещаете? — переспросил Линд.

— Обещаем, — улыбнулся я.

Всех по очереди сморило, и Ольд с Ульбой деликатно выскользнули из зала, оставив нашу группу отдыхать. Альба решила провести оставшиеся часы с нами, растянувшись на своем мягком ложе. Пшон улегся рядом и умудрился уснуть с огрызком стебля в зубах. Броненосец завернулся в панцирь лишь частично, что по заверению охотницы является высшим проявлением доверия. Линд посапывал в соседнем хлопковом облаке, время от времени всхрапывая и причмокивая губами. Видимо, вспоминает так понравившийся ему нектар, который он лакал чуть ли не ведрами.

Я услышал шорох и увидел, как Ева осторожно забирается на нашу с Даной лежанку, утопая ногами в белоснежной вате.

— Не спится? — спросил я шепотом, на что в ответ получил кивок.

— Завидую Дане, — тихо проговорила рогатая элиска, убирая белоснежную прядь волос со лба дремлющей товарки. — Смотрю на нее, и мне кажется, что тамаг и Мать Цветов ошибаются, и нет никакой опасности. Но я сама видела бурю. Я чувствую то, что скрывается в ней. Это ведь Хакрон! Говорят, его раньше называли Пожиратель Богов. Если он продолжает расти и расползаться… — голос Евы дрогнул. — Дана тоже все понимает, но почему-то не боится. Еще и меня успокаивает, хотя младше в несколько раз.

— Дана уже умирала, чем еще ее напугать? — ответил я, нежно проведя по бархатной щеке спящей элиски. Та в ответ прижалась к моей ладони, словно ластящаяся кошка.

— Ты тоже умирал, — Ева напряженно посмотрела на меня. — Это страшно?

— Только в самом начале, — отозвался я. — Но страх умирает вместе с телом.

Я притянул подрагивающую миниатюрную элиску поближе к нам. Дана сквозь сон нащупала ладошку соплеменницы и взяла в свои ладони. Через некоторое время Ева перестала дрожать и засопела.

Лежать в обнимку с двумя дорогими мне существами было так тепло и приятно, что я растворился в моменте. Кажется, я впервые почувствовал себя настолько спокойным, наполненным и счастливым с тех пор как попал в этот мир.

Однако сон вдруг как рукой сняло, и мы с элисками резко вскочили, пораженные единым чувством. Где-то далеко один за другим гибнут корасы.

Ева выжимала из Тамакоры запредельную скорость, но даже этого ей казалось мало, ведь с каждой минутой восприятие сообщало о гибели очередного кораса. Подчиняясь воле пилота, наш титан пронзал собой воздушные потоки, толкая вперед свое вытянувшееся антрацитовое тело. Пейзаж под нами мелькал так быстро, что я просто перестал обращать на него внимание, сосредоточившись на цели перед нами.

Вскоре мы принялись замедляться, мягко погашая перегрузку от торможения. На подлете к землям элисов сенсоры нарисовали страшную картину. Катаклизм сюда еще не добрался, но долина перед нами уже подверглась разрушениям. И виной тому оказалось существо, каких я еще не видел.

— Молох… — прошептала Ева при виде эпической твари.

Похоже, надвигающийся шторм разбудил нечто немыслимое и погнал в эту сторону. Элисам не повезло: их обжитые земли с возделываемыми полями и оросительными каналами встали на пути у проснувшегося хтонического ужаса. В любой другой ситуации от его разрушительной поступи стоило бы бежать без оглядки, но у соплеменников Даны и Евы не оказалось выхода. Молох собрался пройти прямо по их дому. Зажатая между гор долина оказалась выбрана этой эпохальной тварью в качестве удобного пути.

Ожившая гора со множеством ороговевших отростков на морде перла вперед, не обращая внимания на кружащую вокруг мошкару корасов. Существование настолько колоссальной твари, словно выбравшейся со дна самой страшной бездны было просто немыслимо. Все, что во мне осталось человеческого, восставало против вида этой неправильной, несимметричной туши. Однако чудовищная борозда от ее продвижения по долине росла с каждым шагом. Толстые колонны циклопических лап Молоха изменяли ландшафт и с грохотом месили землю в сторону виднеющегося неподалеку каменного города. На крышах многоярусных домов, напоминающих пирамиды ацтеков, я заметил фигурки тысяч элисов, наблюдающих за исходом сражения.

Сам Молох словно в замедленной съемке неотвратимо шагал вперед, не обращая внимания на попытки корасов подсечь его ногу или выбить очередной из его десятков глаз своими лучами и энергоснарядами. Несколько глазных орбит уже оказались поражены, истекали белой кровью и пульсировали комками движущейся плоти. Похоже, самому чудовищу это было безразлично. Однако, тело этого отвратительного божества разрушения населяла куча тварей, которых заботила судьба их передвижного дома.

Каверны и дыры в теле Молоха кишели то ли паразитами, то ли его выводком. Из полостей в ногах то и дело показывались серые скорпионоподобные твари, а из дырявого туловища высовывались белесые черви. Последние оказались главной причиной массовой гибели корасов. На наших глазах толстый червь выглянул из дыры и резко сплющился. Его словно стошнило стремительно выстрелившей сетью белых сосудов, и в сторону пролетающего мимо кораса мгновенно выросло отвратительное липкое дерево. Как только одно из ответвлений коснулось жертвы, вся сеть тут же втянулась в червя вместе с захваченной добычей.

Ева поспешно бросила Тамакору к этому червю, но восприятие показало, что несчастный корас уже перемолот в кашу вместе с пилотом. Мы едва не разделили их судьбу, когда из другой дыры выстрелила очередная сосудистая сеть. Увернуться не представлялось возможным, но Ева успела окутать корпус грозовыми разрядами и испепелила коснувшиеся нас белесые нити.

— Авен! — Ева узнала одного из старших в звене корасов и потянулась к нему.

— Не может быть! — пришел удивленный ответ. — Ева!

— Дайте мне несколько корасов! — передала наш пилот. — Мы отвлечем червей.

Несмотря на горячку боя элисы довольно хорошо чувствовали друг друга, и координация оказалась на высоте. Как только Еву узнали, нашей Тамакоре тут же передали отряд, лишившийся командира.

Тактика сложилась быстро. Наше звено стало отвлекать на себя атаки червей и в ответ выжигать их сосудистые сетки. Наш черный корас преобразился и стал напоминать летающую тесла-установку. Ева принялась выдавать разряды с поразительной скоростью и мощью, прикрывая корасов под нашим патронажем. Остальные возобновили усилия по подсечению лап Молоха. Похоже, чтобы свалить эту ходячую многоногую гору, придется уничтожить как минимум пару соседних колонн.

Передняя нога уже успела пострадать от атак корасов и стала первоочередной целью. Когда десятки титанов обрушили на нее одновременный залп, сочленение не выдержало, и конечность с грохотом подломилась. Чудовище замедлило и без того небыстрое движение, перераспределяя свой колоссальный вес по остальным ногам.

Но разрушительные лучи, дуги разрядов и сгустки энергии уже врезались в следующую конечность. Молох покачнулся, не успевая восстановить равновесие. Чудовищная живая гора начала крениться, поврежденные ноги не выдержали и стали подламываться одна за другой. Корасы замерли, с триумфом наблюдая падение этого Голиафа, однако в следующий миг радость сменилась ужасом.

Тело чудища при падении развалилось на куски и открыло свою отвратительную природу. Плоть оказалась пористой, насквозь изъеденной кавернами, наподобие термитника, и к тому же кишела рассерженными обитателями. Выпавшие белесые черви закопошились, спеша скрыться внутри, а им на смену объявилось нечто пострашнее.

На свою беду мы выманили скорпионоподобных тварей, что до этого предпочитали отсиживаться. Куски плоти Молоха зашевелились, как потревоженный улей. В воздухе стал нарастать угрожающий гул. Тысячи членистоногих подняли щитки на спинах, расправили крылья, и с неожиданной скоростью ринулись на обидчиков.