Чтение онлайн

Закладываю ружье за спину. Руки прячу в рукава и стряхиваю насекомых, не позволяя им подняться выше. Ткань возле раны до нитки пропитана кровью, как поднимутся к ней — совсем обезумят.

Продолжая стряхивать, карабкаюсь вон из болота. Лишь бы подальше от этого места. Прохожу мимо тела животного, на него сразу же бросаются муравьи. Выбегаю из болота, напрочь забыв о ране, и, исходящих от нее острых ощущений. Стряхиваю последних со штанов, башмаков и рукавов.

Около полу часа иду не оглядываясь. И понятия не имею, что делать дальше. Меня преодолевает всепоглощающая усталость — хочется спать, будто я бодровствувала последние три месяца. Нахожу толстую ветку, обрезаю ее с двух концов, она служит мне посохом. Ужасно хочу пить. Прямо таки умираю от жажды. Но к ручью я не вернусь, нужно идти вперед, к Скале. Может, там я найду долгожданное спасение. Надеюсь, что пойдет дождь.

Опускается отличающаяся точно угольной чернотой ночь. В установившейся непроглядной темноте я буду особенно уязвимой: ни разобрать ничего толком не смогу, ни быстро убежать. Думаю, охота не закончится лабораторными выродками, на последок всегда приберегается все самое лучшее. Этого я и опасаюсь. Не знаю, что они выдумали, но готовиться следует к худшему развороту событий.

Окончательно поддаюсь полностью обволокшей меня усталости. Устраиваюсь под деревом, на которое случайно наткнулась, и, закрыв глаза, приказываю себе идти к Скале. Я не могу сдаться, этот день не станет для меня последним. У меня есть множество причин, чтобы заставить себя подвестись и продолжить путь. Хоть я и до предела изнеможенна, но мысленно призываю себя встать. Чем раньше доберусь до Скалы, тем быстрее все это закончится. И меня потрясает внезапное осознание, что я не знаю, где я. Что это за дерево и где оно стоит? В кромешной темноте ничего не разглядеть. Может быть, я на верной дороге, а может…

Почувствовав, что на лоб и губы падают холодные капли воды, вырываюсь из цепких оков сна. Мимолетные надежды оправдались — накрапает дождь. Здорово, что я наконец-то хлебну воды. Увеличивающиеся в размерах капли все чаще ударяются о лицо. Надеваю капюшон. Темноту прорезают длинные лучи прожекторов. Непозволительно, но я отключилась в кромешной тьме. Был бы рядом охотник или опасное существо — я бы его не увидела. Свет направлен на Скалу. К моему счастью, она близко.

Бережно касаюсь истерзанной ноги. Свежая рана еще более несносно зудит и ноет, но я вынуждена идти. Мне никто не поможет. Я обязана быть сильной, чтобы добраться до места назначения и закончить испытание.

Помогая себя руками, встаю и понимаю, что предстоящий путь будет не легким. Кружится голова, на ногу не ступить и меня лихорадочно трясет. И дождь, кажется, снова усиливается.

Делаю несколько пробных шагов и чуть не падаю, успев схватиться за нависшую ветку. Проявив железное терпение, жду, пока закончится головокружение. Становится несносно жарко, будто я сижу в разожженной печке. Кажется, у меня горячка. Снова прикасаюсь к пульсирующим царапинам, наверно, это из-за них меня охватила трясучка. Ткань штанины настолько просочилась кровью, что ее можно выкручивать. Какой бы обессиленной я себя не чувствовала, мне нельзя здесь оставаться. Надо поспешить к Скале, ведь осталось немного. Косой дождь густеет. Моя одежда тонкая, от такого сильного ливня я промокну за считанные минуты.

Папа бы сказал, что мы не знаем наших истинных способностей, пока не очутимся в безысходности. И он был бы прав. Остановится лишь потому, что больно? Он бы меня заслужено осмеял.

Снова пробую двигаться. Шаг за шагом. Нельзя, чтобы меня здесь врасплох застала очередная тварь или до зубов вооруженный охотник, которому я точно не смогу дать достойный отпор. Лучше уж там, внизу, в широченной долине, где мирно лежат камни самых разных размеров, которые я видела, стоя на обрыве. Опасаюсь, что мне их не преодолеть. И там нет ни одного дерева, за которым можно спрятаться.

Вот бы отыскать короткий безопасный путь, по которому можно было бы обойти валуны и существенно скоротать время. Но поиски обходной тропы могут длиться непомерно долго и не завершиться ожидаемым успехом. К тому же, далеко ничего не видно, невозможно что-либо рассмотреть — дождь льет так, что глаза неосуществимо открыть. Зато открываю рот и ловлю шершавым языком капельки прохладной воды.

Земля скользкая. Грязная жижа ручьем стекает в долину. Одежда уже промокла и прилипла к телу. Подпираясь самодельной палкой, не торопясь, спускаюсь по крутому склону. Но внезапно поскальзываюсь и падаю на спину, ударившись о винтовку, и по твердой поверхности съезжаю вниз. Едва не рыдая, потерпев неудачу, подымаюсь. Я вывалялась в грязи, и теперь похожа на живущее в болоте чудовище. Полощу руки под ливнем, с одеждой выходит немного труднее.

Потихоньку спускаюсь дальше. Капли в сильнейшем потоке обрушиваются на голову и плечи. Неужели дождь в который раз усилился? Необходимо поспешить, ибо с головой зальет.

И я не ошибаюсь. Как только ступаю на дно долины — оказываюсь по щиколотки в воде. Что-то мне подсказывает, что дальше будет еще хуже.

Все время держусь за больную ногу, помогая себе ступать. Ощущение такое, будто бы в ране что-то есть, и оно дергается, словно пытается вырваться наружу, и пульсирует.

Меньше чем через четверть часа, добираюсь до первых камней. Ледяной воды налило по колена и меня трясет еще сильнее. Длинные лучи высоко установленных прожекторов безостановочно двигаются. Когда один направляется в мою сторону, возле меня проплывает мертвое тело парня из Пауков. Свет падает на него всего на две секунды, но я замечаю странные раны на изуродованной шее парня. Кто-то или что-то отгрызло часть его лица и ухо.

От увиденного меня бросает в ужас. Неужели снова лабораторные псы? Но они съели бы его полностью или же разорвали на куски, а у парня отгрызена часть головы! Даже следы от зубов остались.

Чем больше поступает воды, тем сильнее я беспокоюсь. Что или кто напал на участника тестирования? Возможно, это незнакомое существо прячется на дне? Мне будет трудно его заметить, ведь подлило уже по пояс.

С титаническими усилиями взбираюсь на один из массивных голышей, поверхность которого неимоверно склизкая и удержаться на нем — нелегкая задача, затем перепрыгиваю на другой. Круги света прожекторов снова пробегают возле меня, и я взираю пасмо светлых волос, прилипших к гигантскому валуну, похожему на айсберг. Опускаю руку в прибывающую воду и нащупываю человеческую голову. Сразу же вскакиваю и мчусь по камням, как будто за мной кто-то гонится. Мне страшно, и я понятия не имею, кто или что находится на глубине.

Не заметив бездыханное тело девушки, спотыкаюсь о него и падаю, больно ударяясь лицом и кубарем скатываюсь в воду. Пробуя выбраться, прикасаюсь чего-то мягкого, подобно… Только не трупы! Только не трупы! Открыв глаза, замечаю впритык сидящего Луи, у него расколотый надвое череп. Ничего отвратительнее не видела, меня сейчас вырвет.

Опрометью выбираюсь из мутной жижи. Сажусь и, закрыв руками лицо, разражаюсь неконтролируемыми паническими рыданиями. Что же здесь произошло? Все, кто оставили меня позади, мертвы. А главное, когда это произошло? Я не слышала ни единого звука, выстрела или крика.

С новым приливом на поверхность мгновенного образовавшегося озера всплывают десятки изуродованных тел. Опасаюсь на них смотреть, ибо мне достаточно увиденного.

Монотонный шум затянувшегося проливня нарушает внезапно возникшее, приближающееся барахтанье. Я резко схватываюсь, как ужаленная, и держу наготове винтовку. Дождь слишком густой и никого не рассмотреть. Но мне не послышалось, кто-то действительно бултыхался в воде, и он, я уверена, направляется ко мне.

Есть шанс пойти к Скале, к ней рукой подать, но на нее еще нужно подняться.

Прожектора поворачиваются. В десятке метров на камень взбирается человекоподобное существо, рычащее, как дикий зверь, и ползущее, как паук. У него четыре ноги, одна не работает, тянется, как полуотвалившееся бревно, а левая рука изогнута под неестественным углом. Существо напоминает мне мальчиков, с которым столкнулась за Дугой Департамента-9. Они ужасно похожи. И на этом тоже висят рваные тряпицы.

Выродок подползает. Круглые пятна наведенного света плывут по воде, и я замечаю еще четырех уродцев, а за ними еще двое. Неужели это сделали они, своими, выкрученными в разные стороны, конечностями, похожими на крючки? Неужели это они убили всех и поиздевались над их телами? Внешний облик напавшего на меня выродка за Дугой был не такой грозный, как у этих. С этими явно что-то не так, они совсем обезумлены и лица их испачканы, полагаю, что не успевшей смыться кровью.