Чтение онлайн

И рассмеялся, обняв Марту.

– Мне все равно, что будут говорить или думать другие, – она всхлипнула, не удержавшись от слез. – Неужели ты сможешь уйти? Вот так встать – и уйти… после всего…

– Зачем я тебе? – он все гладил ее. – Чужой, из далекой страны, побитый… Я даже не понимаю вашего языка. Помнишь, как ты пыталась объяснить мне, что такое «горький чай» и «черствый хлеб»? Помнишь?

Алексей засмеялся, а Марта расплакалась, держа его руку.

– Я все помню, – сквозь слезы сказала она. – Все… Я всегда была рядом с тобой. Только ты не замечал. Не видел. Или забыл. Но я всегда была рядом. Даже там, где… Где было страшно… И все помню…

– Что тебе мешает начать новую жизнь? – немного успокоившись, спросила Марта. – Я не могу понять. У каждого из нас есть свое прошлое. Но надо жить сегодня, думать о том, что будет завтра. Разве не так? Что в этом плохого?

– Может, ты и права, – задумчиво ответил Алексей. – Наверное, я действительно застрял в своем прошлом. Стал калекой, вот как сейчас, когда не могу встать с постели. Но прошлое для меня – это моя точка опоры в нынешней жизни. Понимаешь? Моя опора. Потому что ни на что больше я не могу опереться. Это, если хочешь, мой способ выжить, остаться самим собой…

– Альйоша, зачем так сложно? Я помогу тебе жить по-другому. Ты будешь счастлив. Мы будем счастливы…

Он нежно обнял Марту.

– Я везде буду чужим… Конечно, можно жить, к чему-то приспособиться. Многие так и живут. Это их выбор. Этих людей нам нельзя судить. Значит, прошлое не имеет на них большого влияния. Оно не тяготит их, и они по-своему счастливы. Стряхнули с себя все неприятные воспоминания – и живут. Им так легче, и слава Богу. Зачем вспоминать то, что было? Прошлое действительно не вернешь. Но я не настолько рационален, чтобы подчинить свою память, приказать ей, заставить ее забыть свою родину и распахнуть для новой. Мое сердце похоронено там… Поэтому я везде буду чужим…

– А любовь ты можешь пустить в свое сердце? – тихо спросила Марта.

– Не понял, – не сразу отреагировал Алексей.

– Ты говоришь, что не можешь пустить в свое сердце новую родину. А любовь? Ее можешь пустить?

Алексей усмехнулся:

– Ты веришь в любовь?

– А ты нет? – Марта прижалась к нему.

– Я первый спросил.

– Вот первым и ответь.

Алексей задумался.

– Не то что не верю… Просто я, наверное, не знаю, что это такое. Любовь – это дар, особый дар, который дается человеку. А я, видать, его не достоин. Ни я по-настоящему никого не любил, ни меня. Хотя…

Он замолчал, задумавшись.

– Что ты хотел сказать? – тихо спросила Марта.

– Наверное, она все-таки есть.

– Далеко? – Марта уткнулась ему в плечо, пряча улыбку.

– У меня такое предчувствие, что где-то совсем рядом, – он тоже улыбнулся и прижал Марту еще крепче.

– У меня тоже. Тем более что совсем недавно ты уже говорил мне о любви. Ну, о том, что она есть. Даже с первого взгляда.

– Правда? – изумился Алексей. – Я нес такую чушь? И когда же?

– Говорю тебе: недавно. Просто ты не помнишь. Как и то, что я всегда была рядом…

16

Они ехали по живописной осенней дороге вдоль леса и тихой речушки. Равнина начинала переходить в холмы, сплошь укрытые золотой листвой растущих на них деревьях. С правой стороны блестела лента речки, то скрываясь, то вдруг выныривая из-за холмов. Аслан сидел за рулем, Алексей расположился рядом с ним на переднем сиденье, откинутом назад, чтобы заживающие ребра не ощущали нагрузки. Марта расположилась сзади, рассовав в багажник и возле себя сумки с продуктами и подарками, которые они везли в гости к ее бабушке, а также кофры с аппаратурой Алексея.

– Красивые места, – Аслан то и дело смотрел по сторонам, восторгаясь природой. – Тебе они ничего не напоминают?

– Я сам об этом только что подумал, – Алексей тоже не мог оторвать взгляда от чарующей красоты. – Чишки, Шалажи, Галашки… Были б эти холмы повыше – можно Беной вспомнить, Сержень-Юрт[34].

Марта тихо засмеялась:

– Какие смешные названия: Галашки, Шалажки…

– Не Шалажки, а Шалажи, – поправил ее Алексей. – Это во-первых. А во-вторых, наши названия ничуть не хуже ваших. Кстати, что это за речка? И куда мы едем?

– Бечва. А едем в Млин.

– Куда? – переспросил Алексей.

– Млин.

– Понятно. Мельница.

– Ano[35]. Это где делают муку, – повторила Марта. – Очень старый, но сохранился. Там всегда жили люди.

– Откуда такие познания? – Аслан взглянул на своего друга, не скрывая искреннего удивления. – На инязе мы с тобой, вроде, не учились.

– Там, где я живу, мельница – это тоже «млин»[36]. Так что, братишка, не удивляйся: у меня свой «иняз» – так сказать, по жизни. По судьбе. Млин он и в Африке будет «млин», если там будут жить хотя бы два украинца.

– «В Африке…», – повторил Аслан, не переставая смотреть по сторонам. – Знаешь, о чем я думаю? Давай купим тебе где-нибудь здесь домик! Не в Африке, а именно здесь. Совьешь свое гнездышко, будешь жить–поживать, добра наживать. Сколько можно быть перелетной птицей? Как думаешь?

– Думаю, что негоже орла сажать в клетку, – философски ответил Алексей, вполоборота глянув на Марту.

– Орел нашелся, – хмыкнул Аслан. – Марте кланяйся в ноги, что она такого «орла» не постеснялась к себе домой привести. Нашли б тебя полицейские, они крылья твои орлиные быстро подрезали б. Вместе с хвостом. Ты от темы не увиливай. Так как насчет домика на лоне природы? Кроме шуток.

– Я без твоего домика почти все время на лоне природы. Командировки, съемки, поездки…

– Мне кажется, тебе уже не только о работе своей думать надо. И не только о себе.

И весело подмигнул Марте в зеркальце:

– Верно говорю, Марта?

– Я согласна. У орла тоже есть свое гнездо. Оно на земле, а не в небе.

– Кстати, я давно присматриваюсь к этим местам. Насчет того, чтобы здесь тоже делать свой бизнес. Маленький уютный отель, туристы, отличный релакс вдали от больших городов… Но для этого мне нужен компаньон, причем надежный. Такие дела первому встречному не доверишь. Так что ты, Лёха, самая подходящая кандидатура. Вместе с Мартой, разумеется. Тебя без Марты, я так понимаю, далеко и надолго отпускать нельзя. Да и я буду всегда недалеко, рядом, случись что.

И снова глянул на нее в зеркальце, наблюдая за реакцией. Он, конечно, видел, что Алексея и Марту с недавнего времени связывает гораздо нечто большее, чем завязавшаяся между ними дружба. Марта же улыбалась, воспринимая этот весь этот разговор Аслана про сказочный домик среди здешней природы просто как шутку.

– Эх, не понимаете вы души настоящего репортера! – Алексей сладко потянулся на своем сиденье. – Домик, гнездышко… Душа репортера рвется на простор, где ей не тесно.

– Да куда ж тебе больший простор? – Аслан обвел свободной рукой, указывая на панораму перед ними. – Пора, как говорится, менять профессию. Нет, не так. Пора менять профиль твоей профессии. Хватит мотаться по горячим точкам и искать приключений. Разве ты не можешь быть, к примеру, фотографом–пейзажистом? Море работы для неуемной души, вроде твоей. Лазай с утра до ночи со своими объективами по долинам и по взгорьям, снимай в удовольствие. Между прочим, хорошие фотографии хорошо украшают интерьер и всегда пользуются спросом. Для нормальных людей, а не таких фанатиков–журналюг, как ты, это тоже неплохой и стабильный заработок, своего рода бизнес.