Чтение онлайн

– Правда, очень красивый город и красивые места, – задумчиво сказала Марта, разглядывая фото.

– Если бы ты видела не на картинках, а своими глазами, то тебе понравилось еще больше.

Марта улыбнулась, не отрываясь от монитора.

– Чего смеешься? Не веришь? Я правду говорю. Кто в наших местах бывал хотя б раз, навек с ними в памяти остался. Почитай Пушкина, Толстого, Лермонтова.

Марта снова улыбнулась:

– Нет, я верю. Места очень красивые. Просто…

– Что просто? – Алексей повернулся к ней.

– Да так…

Марта встала и подошла к окну.

– Просто мне иногда кажется, что я уже однажды была в этих местах. Мне трудно сказать… Объяснить… Но это так.

Алексей улыбнулся.

– Так не бывает. А если бывает, то в сказках. Или во сне.

– Или во сне, – механически повторила Марта, испугавшись этих слов.

Но Алексей, похоже, не заметил ее смущения. Он положил ноутбук себе на грудь и начал сам перелистывать фотографии.

– Вот смотри, – задержался он на одной, – здесь был красивый парк, мы частенько убегали сюда с лекций, когда учились студентами. Спрятаться тут было где. Возьмем пива, рыбки – и сидим среди деревьев. Рядом речка, в парке лебеди плавают, а мы сидим и пивком балуемся. Красота!

– А вот тут, – он зашел на другой файл, – мы любили собираться вечером. У нас была своя любимая скамейка.

Он открыл новую фотографию, где Марта сразу узнала знакомые ей здания. Алексей не успел открыть рот, чтобы рассказывать дальше, как Марта продолжила сама:

– А здесь вы любили гулять по большой улице. Кажется, она называется улица или бульвар Мира? Тут, – она указала пальцем на монитор, – была редакция…

Алексей отвел взгляд от монитора и посмотрел на Марту.

– Да, правильно… Здесь была редакция молодежной газеты, а стояла она на проспекте, который мы называли местным Бродвеем. Откуда ты это знаешь?

– Улица Мира.., - не ответив прямо на вопрос, задумчиво сказала она. – Как хорошо, если бы в каждом городе была улица с таким красивым названием: «улица Мира». И чтобы никто ни с кем и никогда не воевал…

Она принялась сама листать фотографии дальше, не убирая ноутбука с груди Алексея. Вдруг одна из них снова привлекла ее внимание. На фоне руин, разрушенных зданий Марта увидела молодую женщину в куртке защитного цвета и сумкой, наброшенной на плечо. Она смотрела в объектив немного удивленно, словно не ожидая, что ее фотографируют.

– Кто это? – тихо спросила Марта, вспомнив до мельчайших подробностей свой первый сон, связанный с войной.

– Тоже репортер, – ответил Алексей, готовясь поменять картинку. – Из британской Би–Би–Си. Они город не знали, а мне там каждый камушек родной. Вот и работали вместе. Кэрри звали ее. Потом в горы тоже вместе летали. Весело было…

И снова перед Мартой замелькали фотографии разрушений, опустошенные городские пейзажи, черные обугленные деревья, сгоревшие боевые машины, следы уличных боев.

– А что там сейчас? Все так же война?

– Нет, – Алексей продолжал «листать» файлы. – Теперь там новый город: проспекты, фонтаны, парки… Все новое. Как будто ничего не было: ни войны, ни старого города. Жаль, что так не получается с нашей памятью: взял, все стер и начал все заново. Тот город, который уничтожили, надо было бы оставить, сохранить. Сохранить все, что уцелело: взорванные стены, сгоревшие дома, подбитые танки на улицах… А потом туда водить экскурсии. Со всего мира. Чтобы все видели, что такое война – не на картинках или с экрана, а вживую, своими глазами. Чтобы зашли в эти дома, где пахнет гарью пожаров и смертью… Прикоснулись к сгоревшим деревьям, танкам… А новый город надо было строить в другом месте. Я лично так считаю.

– Знаешь, о чем я сейчас подумала? – задумчиво спросила Марта, остановив Алексея. – Ты жил на красивой земле, в красивом городе. Война все уничтожила. Люди, которые там жили рядом с тобой… Что они?

– Как что? – Алексей понял ее вопрос буквально. – Одни уехали сами, другие вынуждены были уехать, третьих убили…

– Нет, я не о том хотела спросить. Я понимаю: война. Я не о том… Как бы это сказать, чтобы было понятно… Я хочу понять, как война изменила людей. Не тех, кто пришел туда воевать, а кто жил в этом красивом городе, на этой земле. Если от города остались камни, то что осталось от людей? В их душах, сердцах…

Алексей отложил в сторону ноутбук и прикрыл глаза, собираясь с мыслями.

– Что осталось?

– Да, что осталось в душах людей? Если бы мы были знакомы раньше, до войны, мне, может быть, это было понятно. А сейчас я смотрю… И не понимаю…

Алексей немного помолчал.

– Я расскажу тебе одну притчу. Легенду, чтобы было понятнее.

Пришел однажды ученик к своему учителю и начал «скулить» ему на свою жизнь…

– Скулить? – тут же переспросила Марта, пытаясь понять смысл незнакомого ей слова.

– Ну да, жаловаться на тяжелую жизнь, житейские проблемы. Спрашивает учителя, что делать, когда и то навалилось, и другое, и третье, и вообще, просто руки опускаются.

– Уже интересно, – улыбнулась Марта. – Что же делать, когда все плохо?

– Не спеши, – остановил ее Алексей и продолжил. – Когда ученик спросил его об этом, учитель поставил перед собой четыре котелка с водой. В один он кинул деревянную чурку, в другой – морковку, в третий – яйцо, в четвёртый – зерна кофе. Через некоторое время он вынул то, что кинул, из воды.

– Pockej[31], – остановила Марта. – «Де–ре–вьяш–ка». Я не пойму, что значит это слово.

– Это значит кусок дерева, обыкновенная деревянная чурка.

– Spalicek[32]?

– Пусть будет «шпаличек». Кусок дерева. Так вот, кинул он в воду этот самый «шпаличек», морковку, яйцо и несколько зерен кофе. А потом спрашивает ученика, что изменилось.

– Ничего, – отвечает тот.

Учитель согласился и поставил эти четыре котелка с водой на огонь. Когда вода закипела, он снова кинул в один деревяшку, в другой – морковку, в третий – яйцо, в четвёртый – раздавленные зерна кофе. Когда вода закипела, он вынул деревяшку, морковь, яйцо и налил в чашку ароматный кофе. Ученик же снова ничего не понял, что тем самым хотел сказать учитель.

– И я ничего не пойму, – улыбнулась Марта, – для чего он все это сделал.

– Сейчас поймешь. Ученик увидел то, что и мы с тобой: морковка и яйцо сварились, деревяшка не изменилась, а зерна кофе растворились в кипятке. Так?

– Ano, так, – согласилась Марта.

– Это лишь поверхностный взгляд на вещи, – ответил тогда учитель. – Посмотри внимательнее. Морковка разварилась в воде и из твердой стала мягкой. С ней теперь можно сделать все: помять, легко разрезать, поломать на части. Даже внешне она стала выглядеть по-другому. Деревяшка – или как ты говоришь, «шпаличек» – ничуть не изменилась. Яйцо, тоже внешне не изменилось, но теперь внутри стало твердым, и если оно упадет на пол или ударится, то не вытечет из своей скорлупы. А вот кофе окрасило воду, придало ей новый вкус и аромат. Понятно?