Чтение онлайн

Работа Элисон занимала всё её свободное время, поэтому она не следила ни за новинками на магоэкранах, ни за хитами концертных площадок, ни даже за модой, однако совсем недавно обретшую популярность Ариэль знала даже она. Более того, у неё имелся целый кристалл её песен. Купила она его, правда, месяц назад исключительно для того, чтобы выплакаться всласть под эмоционально насыщенные, наполненные страстью, болью, тоской и отчаянием проникновенные баллады певицы. Но неожиданно для себя «влюбилась» и в голос, и в манеру исполнения, и в творчество певицы, не все песни которой оказались стенаниями о несчастной любви. Впрочем, в исполнении Ариэль Элисон нравились и, начавшие пару недель назад жутко её раздражать, «стенания о несчастной любви» тоже.

Другими словами, Ариэль была любимой певицей Элисон в полном смысле этого слова. И потому, как только Ариэль появилась на сцене, она тут же завладела вниманием Элисон, которая ради неё с удовольствием забыла о своём кавалере. Кавалер, справедливости ради нужно отметить, этого даже не заметил, поскольку он тоже не сводил восторженных глаз с красавицы певицы.

Элисон и сама не поняла, почему она обратила внимание на слишком ярко светящуюся ауру Ариэль. Почему ей вообще пришло в голову, что Ариэль как-то уж слишком сильно сияет. Однако именно так это и было. И Элисон это не понравилось. Это было неправильно. И это ощущение неправильности было таким странным и необъяснимым, что Элисон даже прислушалась к себе, не говорит ли в ней обычная женская зависть?

Нет, зависти не было. Были лишь тревога и обеспокоенность. Но и их тоже к делу не пришьёшь, как любит говорить глава её Приказа.

Проклятье! Если она ошибется, то станет посмешищем всего Приказа! А может и того хуже, уволят, к когтям мантикорьим, чтобы не позорила Приказ и всё! Но она светится! И это неправильно!

«У-у-у-у мантикорья задница! — мысленно простонала она. — За что? Драконьи боги, за что?! У-у Олли! Всё из-за тебя! Всё из-за тебя! Что б тебя!» — выругалась она и дабы не дать себе возможности передумать выхватила из сумочки бейдж Приказа магических дел, навала его луч на Ариэль, вслед за чем, уже несясь сломя голову к сцене, твёрдым, уверенным и требовательным голосом прокричала:

— Мага-проклятийника и лекаря, срочно!

В первую секунду Дин ушам своим не поверил.

«Что она вытворяет, эта пигалица? Она что рехнулась? Какой маг-проклятийник, какой лекарь?»

— Прочь с дороги, — тем временем, кричала размахивающая бейджем «пигалица», — Приказ магических дел!

— Какой Приказ магических дел?! — на сей раз уже не подумал, а прорычал он. И тут взгляд его скользнул по подсвеченной бейджем Ариэль и теперь он уже не поверил своим глазам…

Но как говорится, глаза боятся, руки делают, в случае Дина это, правда, были ноги, которые уже несли его к Ариэль.

Когда Ариэль, пошатнувшись, ухватилась двумя руками за стойку микрофона, и затем начала медленно сползать, держась за неё, на пол, Элисон была уже в двух шагах от сцены.

Трубадур замер на полузвуке. Красавица скрипачка последний раз грациозно взмахнула смычком и застыла. Барабанщик выронил из рук палочки и со всех ног рванул к неуклонно сползающей всё ниже и ниже певице. Вслед за ним побросав, смолкшие альты, виолончели, контрабасы, флейты, гобои, кларнеты, литавры, тарелки и треугольники ринулись также и другие музыканты.

Все остальные в зале застыли в шокированном ожидании.

Однако, всех, включая Элисон, опередил Дин Адамант. Упав на колени рядом с уже бесчувственной девушкой, первым делом он наложил на неё стазис. Следующим его делом был рык, от которого подпрыгнули не только все гости в зале, но и, судя по разнёсшемуся по залу звону, треску, гулу и скрежету, также столы, люстры и даже стены:

— Стоять! — приказал он. — А теперь три шага назад! Все!

Лишнее и говорить, что все послушались.

Но не Элисон.

— Я сказал ВСЕ! — повторно проревел он.

Но Элисон была не из пугливых. Подумаешь, дракон! Подумаешь рычит так, что даже стены от страха трясутся. После того, как она рискнула своим будущим и достала из сумочки бейдж, её не только рычащим драконом не испугаешь, ей вообще уже ничего не страшно. К тому же, она знает, как спасти девушку! В теории правда… И только в том случае, если она правильно диагностировала проклятие…

Но, если вообще ничего не сделать, Ариэль просто умрёт. Элисон видела это по быстро угасающей ауре умирающей.

— Я не ВСЕ, я ДОЗНАВАТЕЛЬ Приказа магических дел, а потому ты или делаешь то, что я тебе скажу или уйди и не мешай! — безапелляционным тоном прорычала она, падая рядом с Ариэль на колени и, одновременно, судорожно и панически вспоминая, чему её учили в магической академии на курсах оказания первой помощи в случае, если на пострадавшего наложено проклятие «Солнечный ветер».

Да, она тоже умела рычать. Не так эффектно и громогласно, правда, как драконы, но зато доходчиво.

Вот и до дракона сразу дошло, что с пышущей праведным гневом ведьмой лучше не спорить.

— Говори, что делать? — коротко поинтересовался он.

«Если бы я точно знала!» — мысленно взывала Элисон. Она помнила, что пострадавшего нужно временно отправить за грань и только потом снять с него проклятия, но не помнила, как правильно это сделать.

Дабы структурировать разбегающиеся в панике мысли, она стала вслух проговаривать, что такое проклятие «Солнечный ветер».

— Из неё одновременно уходит жизненная сила и магия… — начала было она, но её тут же перебили:

— Я всё это знаю! Говори, что делать?!

У-уу! Драконище! И не объяснишь же, что всё только что сказанное, было сказано не для него, а для неё. Что таким образом она пыталась вспомнить, что нужно делать. Что очень сложно сделать, когда ты мало того, что не знал чего-то, так ещё и забыл! Причём в прямом смысле этого слова, ибо, покопавшись в памяти, Элисон с ужасом вспомнила, что оказывать первую помощь проклятым «солнечным ветром» их не учили, им просто сказали, что они должны, как можно быстрее доставить проклятого к проклятийнику или, наоборот, проклятийника к проклятому.

«Твою ж драконью матерь!» — мысленно выругалась она и протянула нетерпеливому драконищу антимагические наручники. — Это остановит отток магии! — объяснила она в ответ на недоумевающий взгляд.

— И одновременно снимет стазис! Без защиты которого она отправится за грань в считанные секунды! — прорычал драконище.

И он был совершенно прав.

«Солнечный ветер воздействует на кровь, поднимая её температуру…» — вспомнила она строчку из учебника по проклятиям.

— Кровь… Ей нужно охладить кровь! Ей нужен ледник! У вас есть в ресторане ледник? — спросила она у драконища.