Чтение онлайн

— Я бы тоже скукоту предпочел, — невольно хохотнул я. — А не вот это вот. Давай собираться. Говорить можно и в темноте, а вот двигаться лучше по свету.

До второго запланированного на этот день убежища мы доехали уже в сумерках, подравшись еще два раза и удачно удрав от впервые встреченного в зимней зоне механизмуса. Увидев его издалека, я сразу подумал, что лучше бы мы его не встречали.

Это был самый огромный механизмус из всех виденных мной ранее. Свита у него тоже оказалась подстать — немаленькая, как по количеству, так и по размерам участников. Нет, я, конечно, прикинул, сколько бы автомобилей удалось бы собрать из этакой горы металла, но ввязываться в бой не рискнул. Не до сбора металла мне нынче…

Палатку Верховцев оценил высоко. Восторженно цокал языком, огорченно говорил, что ему такое не светит, выдвинул идею, что мне её подогнал бог, на которого я работаю. Пришлось согласиться, что в некотором роде это действительно так. Не было бы заклинания слияния — у меня не появился бы Валерон, не появился бы Валерон — не было бы повышенной компенсации. Так что первопричина — как раз бог и есть.

— Слушай, а твоему богу ещё помощники нужны? — внезапно осенило Верховцева. — Это же неправильно, что тебе одному приходится всё делать. А если этот бог отвечает за наши реликвии, то мы обязаны оказывать ему посильную помощь. Чтобы работало в обе стороны.

В том, что выдавший поручение бог отвечал именно за конкретные реликвии, я сомневался. Он точно отвечал за вороновскую, в представителя рода которых меня запихнул, всё остальное было весьма сомнительным. Может, ему не удалось воплотиться как раз из-за того, что я восстановил чужую реликвию?

— Он рассчитывал вернуться и исправлять всё самостоятельно, — напомнил я.

— Здесь дел столько, что ему одному вовек не справиться. Спроси у него при встрече. Я готов помогать.

Причем Верховцев по его виду собирался именно помогать, а не получать плюшки от близкого общения с богом. Хотя все плюшки в моем случае перевешивались жирным таким минусом — в живых меня точно не собирались оставлять, даже если печать не сработала бы.

— Думаю, тебе не до помощи будет, с твоим-то разнесённым в хлам княжеством, — напомнил я.

— Чем-нибудь я бы смог помочь, — возразил он. — Ты же сам не только делами бога занимаешься, но и своими.

— По факту я готовлюсь к тому, чтобы выполнить поручение с наибольшей эффективностью, всё остальное — побочные процессы. Если хочешь, я спрошу, нужны ли богу ещё помощники в этом мире, но случится это не раньше лета. И учти, что от этого больше проблем, а привилегий никаких нет. Та же палатка мне досталась случайно, бог её лично мне не вручал.

— Я же не ради привилегий, — удивился он. — Бог нас от тварей защищает, помощь ему — сама по себе привилегия.

— Идейный, — в самое ухо тявкнул Валерон. — Можно сказать, фанатик. Самая гадкая разновидность: прекраснодушный идеалист.

— Он не столько нас защищает, сколько свое поле влияния, — ответил я, проигнорировав ремарку Валерона. — Наша земля для них что-то вроде игры, место для соревнований. О нас они переживают в последнюю очередь.

— Петр, но ведь если он проиграет, мы все погибнем?

— Погибнем, но бога расстроит не это, а его проигрыш.

— Как-то это неправильно, — помрачнел Верховцев. — Он должен думать о тех, кто от него зависит, помогать им.

— Сергей, он бог. Он никому ничего не должен. У них своя мораль и свои возможности повлиять на тех, кто выполняет его задания. Если я на них забью, то вскоре умру в мучениях.

— А это точно бог? — оторопело спросил Верховцев. — Он же милосердным должен быть.

— У него своя мораль и свои интересы, — напомнил я. — Мы для него существа низшего порядка.

— Тогда, пожалуй, я буду ему помогать только восстановлением собственного княжества, — благоразумно решил Верховцев. — Потому что Вороновых, если что, много, а из Верховцевых я один остался. Мне умирать в мучениях нельзя, пока род не продолжен.

— Слова не мальчика, но мужа, — поддержал я его. — Это — лучшее, что ты можешь сделать на своём месте. А есть с кем продолжать?

Внезапно Верховцев зарделся, как красна девица, и начал что-то невразумительно мямлить, из чего я понял, что на примете кто-то есть, но в нынешнем состоянии княжества Верховцеву ничего не светит. Как я понял, у Верховцевых дело с накоплениями обстояло ещё хуже, чем у Куликовых, так что нынешний князь был гол как сокол, а с учётом того, что по распоряжению императора и князем вскоре перестанет быть, то понятно, почему родители девушки посматривают в его сторону с пренебрежением.

— Ничего, Сергей, вот очистишь княжество, и твои акции на брачном рынке резко пойдут вверх.

— Там очень богатая семья, — вздохнул Верховцев.

— Прекрасно. Потребуешь с них приданое побольше. Тебе как раз нужно будет вкладываться в развитие.

А ещё, судя по приспособленности к жизни данного индивидуума, ему понадобится хороший финансовый консультант, чтобы эти деньги не были профуканы. Но это уже точно не мои проблемы.

— Думаешь, согласятся? — засомневался он.

— На брак с князем? С настоящим князем, с реликвией и с очищенным от зоны княжеством? — удивился я. — Или ты девушке не нравишься?

— Нравлюсь… Мы даже бежать подумывали… Но куда я её приведу?.. — тяжело вздыхая, с большими промежутками между словами, выдавил Верховцев. — В Собиново?

— В Колманск, — возразил я. — Там же у вас особняк.

— А под Колманском поместье есть, — согласился Верховцев, — но что там после зоны осталось?..

— Все осталось, только под слоем пыли. Пылесборный артефакт собственного изготовления презентую. Жилье очистишь. Что касается денег… После зоны останется много кристаллов. Соберём — будет тебе первоначальный капитал. Ладно, мечтать хватит, завтра вставать рано, к обеду будем в Колманске. А там уж пан или пропал.

Карта столицы этого княжества у меня была при себе, и маршрут по улицам я наметил, но за время, прошедшее с захвата зоной этого города, прошло слишком много времени. Какие-то проезды могли исчезнуть. В куликовской столице этого не было, хотя полуразрушенных домов хватало, нужно будет попросить Валерона провести разведку, и быть готовым к любым неожиданностям: если в Тверзани ни один дом не рассыпался на дорогу, по которой мы ехали, это не значит, что такого не случится в Колманске.

Неожиданностей со стороны Верховцева я не ожидал: при всей его мечтательности саблей он орудовал умело и не задумывался перед ударами над этичностью этого действия. Не тормозил в бою, что было немаловажно, не подставлялся, действовал быстро и умело. Я бы даже сказал, что в бою он превращался в совсем другого человека, кому не страшно подставлять спину.

Но вот неожиданностей со стороны города я опасался, поэтому Валерона подкормил незаметно от Верховцева, который сразу после ужина залёг в спальник и пялился в потолок со счастливой улыбкой. Наверное, уже представлял себя настоящим князем с очищенным от скверны зоны княжеством. Я с громким шуршанием перебирал вещи и шепотом инструктировал помощника на завтрашний день, прикрывая собой от Верховцева мисочку с быстро убывающей кашей. Маршрут по карте города мы с Валероном уже обсуждали, так что заблудиться он не должен был, да и нынешние мои инструкции сводились к осторожности — как-то неловко мне было полагаться на мелкую собаку в вопросах собственной безопасности. Но незаметно проверить маршрут мог только он. На близком расстоянии от тварей никакой мой навык не спас бы от обнаружения.