Ретроградный меркурий
Шрифт:
– Поехали со мной. Я сам поищу.
Мне, Вань, твои кенты теперь глубоко неприятны в свете произошедшего. Понимаю, что вина тут только твоя, но…
Но не могу разжать челюсти для объяснений.
– Ну что ты так смотришь, а?!
– быкует он, засовывая руки в карманы штанов.
– Я же всё объяснил!
И мне опять кажется, что “не кажется”.
– Ну иди сюда!
– даёт заднюю по эмоциям, обнимая меня за талию.
– Яра…
Мне хочется ему врезать еще раз. Мне кажется, он даже хочет, чтобы разборки перешли на уровень потасовки и там закончились, жарким сексом.
Но я не хочу. Поэтому, я луплю его иначе. По самолюбию.
– Справка где?
– отворачиваю лицо, избегая поцелуя.
– А вот этого не будет!
– отталкивает, делая шаг назад.
– Никаких нахуй справок! Верь мне наслово, ясно?!
Хватает куртку, запрыгивает в кроссы.
Я чувствую, как его колбасит. Он роняет ключи, поднимает…
Мне не жалко. Хочется добавить!
Я не фея, блять! Обижаешь?… Так я дам сдачи! Всегда!
Вылетает за дверь.
А я молча ложусь на нашу кровать. Лицом к стене.
Мне так плохо, просто не описать.
И одновременно опустошенно. Потому что… ну а чего ты расчувствовалась, девочка? Мир он вот такой, дерьмовый. Тебя же раньше это не трогало. Чего теперь то?..
Мне по сравнению с нашими девочками Зольниковых, по жизни вообще не досталось жести. А вот Варя, Эва, Настя… Тем досталось. Отхватили херни. Так что, жаловаться мне не на что.
И меня отпускает боль в груди, просто наливает какой-то серой непроглядной депрессией.
Ай, ладно… Переживу как-нибудь. Не маленькая. Делаю глубокий выдох. Всё.
Пишу ему смс: “Забей на кольцо. Ладно…”
Но что-то тонкое, неуловимое, уязвимое, важное, что разморозил “мой Ванечка” внутри меня, принадлежащее только ему, закрывается…
Глава 5 - Семейная ценность
Еду в пригород к Стасу. По радио астрологический прогноз.
– “…Период ретроградного меркурия. Отложите все дела, важные решения, старайтесь избежать конфликтов и принятия решений. Под влиянием ретроградного Меркурия дела пойдут не так, как вам хотелось бы. Во всех сферах возможны осложнения ситуации.”
Не верю я в это все! Включаю другую волну. Слушаю музыку…
Стас опять не трезвый. Идём с ним на веранду, где куролесили.
– Ванька, есть хочешь?
– Нет, спасибо. Мне бы колечко поискать…
– Да, найдем, не парься. Давай, по коньячку?
– Завязал.
Двигаю деревянные кресла, приглядываясь к щелям в деревянном полу.
– Ну, ты чего как не родной? Не в настроении…
– С женой поссорился. Боюсь, что без кольца домой не пустит. Как я его мог потерять, не понимаю?
– Хера се - не пустит. Твоя же хата. Поставь ее в стойло!
– Это телок в стойло ставят, а у меня львица. Да и, знаешь, лучше пусть она меня в мою хату не пустит, чем вещи соберёт и уедет оттуда.
– Совсем ты, Ванька, испортился… - сетует он наливая себе рюмочку.
– Ты ещё давай, скажи, “женишься - поймёшь”!
– Не, не женись, Стасян. Нахуй.
Продолжаю искать кольцо.
– Вот! Это я понимаю. Пацанский честный совет.
– Нахуй тебе жениться. Ты же со своими заёбами все равно разведешься через год…
– Ну ладно, не обижайся, я то тебе чем виноват, что ты с женой посрался?
– Никто не виноват.
Ну почти…
Двигаю тяжёлый стол. все стулья, кресла, ищу по половицам. Нет кольца!
Вижу, как несёт в чашке что-то тетя Валя, мать Стаса. Она к нам всегда с душою, как к сыновьям.
– Ваня!
– Здравствуйте.
Ставит чашку перед ним. Там - борщ.
– Борща хочешь?
Очень хочу борща. Яра меня не балует. Только бабушка или невестки. Но я на Яру не в обиде. Ну не по этой она части. Она меня другими вещами балует.
Сглатываю слюну. Дома так и не поел, Яру ждал.
– Лидочка готовила.
О, нет!
– Нет, спасибо, тетя Валя. А вы здесь колечка обручального не находили?
– Нет, Ванюш.
От Яры приходит смс. “Забей…”.
Как забить?
– А у нас, видишь, чего… - сетует она на сына.
– Отца похоронили, Стасик начал прикладываться.
Уходит.
– Братан, завязывай, - рычу на него.
– Видишь, мать расстраивается?
– Ой… - куксится, закатывая глаза.
– Ей волю дай… священный сан примешь.
– Дурак, ты Стас. Мать не вечная. Нельзя так.
– Мхм… - бурчит недовольно.
– А тебе сколько было, когда твои погибли?
– Мало мне было…
Обшарив вязанный плед на кресле, где сидел, расстроенно вздыхаю.
– Ну не парься, новое купишь!
– ест борщ Стас.
– Мне это нужно. Мы с братьями родительские переплавили, добавили золото, и отлили всем. Эти кольца - семейная ценность.
– А ты точно его здесь потерял?
Вспоминаю, как ехал сюда на тачке в тот день. И кольцо было на пальце.
– Точно.
– Я поищу кольцо.
Вздрагиваю, оборачиваясь. Лида…
Ставит перед Стасом сметану и зелень.
– Спасибо. Буду благодарен.
– Вот видишь, Иван, как женщины в доме должны к мужику относиться? А не “на порог не пустит”. А то я за тебя прямо волнуюсь.
– А ты не волнуйся, в каждой избушке свои погремушки. Я всем доволен.
Ну почти…
Жму руку Стасу.
– Ладно, полетел я. Давай. Мать не обижай.
– Давай…
– Иван!
– догоняет меня Лида у ворот.
– А ты в город сейчас?
Растерянно киваю.
– Захвати меня, пожалуйста. Мне очень нужно.
Блять! Как сложно отказать сестре друга. Это не по-нашему, просто! Мы всегда для семей друг друга все, что можем делаем.
Но… Не тот случай.
– Извини, Лида, не могу.
Сажусь в тачку. Отъезжая, бросаю взгляд в зеркало заднего вида. Лида смотрит мне вслед.
И да, я испытываю чувство вины. Очень тупо! Словно я ее целовал, а потом начал игнорить. А не она приклеилась на глазах у Яры.
Ну что за хрень?!