Чтение онлайн

Переварив эту мысль, он осознал, что Захаров уже ничего не говорит, а сидит и как-то очень уж довольно на него смотрит.

Подошел официант, поставил графин с водкой, и даже разлил по рюмкам.

Дождавшись ухода официанта, Захаров, кивнув каким-то своим мыслям, продолжил:

— И вот в связи с этим интересным моментом, у меня к вам, товарищ Кучко, будет одно предложение. До ареста Николаенко остался буквально один день. Мы с вами понимаем, что вам вряд ли понравится то, что он расскажет на допросах. Но ареста можно избежать, если мы с вами договоримся. Я могу вытащить вас обоих — и его, и вас. Но только в том случае, если вы прямо сейчас мне сможете подсказать, почему мне это может быть выгодно…

Кучко, уже мысленно увидевший себя в тюремной одежде, готовящимся пройти по коридору, в котором ему влепят пулю в затылок по приговору суда, растерянно заморгал. Так вот зачем здесь Захаров… Всё же у него есть шанс остаться на свободе! Его собеседник терпеливо молчал.

— Товарищ Захаров, ну что вы, конечно, — забормотал он невпопад, и, схватив рюмку с водкой, стоявшую на столе, осушил ее, потому что горло пересохло, а больше пить на столе было нечего, воду он попросить забыл, — ну что вы, мы конечно же, договоримся. Что необходимо сделать моему племяннику, отказаться от всей этой э… Деятельности? И компенсировать вам какую-то сумму, всё верно?

Захаров покачал головой. Вздохнув, он сказал:

— Это неправильное предположение. Есть у вас другие варианты?

Вот теперь Кучко наконец понял, на что именно намекает Захаров. Неужели всё будет настолько просто?

— Я правильно вас понимаю, что вы хотели бы помочь моему племяннику более правильно вести дела за определённую долю?

— Вы правильно понимаете, — кивнул Захаров, — теперь я жду, что вы назовёте мне мою долю.

И снова покосился на сидевших за соседним столиком генералов.

Кучко понял этот взгляд как то, что Захарову придётся делиться с милиционерами, чтобы они закрыли это дело, так что предложение должно быть щедрым. Он нисколько не возражал. Более того, был предельно счастлив. Никакого расстрела… А деньги… Всё равно в итоге расставаться с деньгами придётся не ему, а его племяннику. А его теневые дела отныне будут под защитой второго человека в Москве.

— Что вы скажете о шестидесяти процентах?

— В мою пользу? — спросил Захаров, неспешно кинув взгляд на соседний столик.

— Да, вы абсолютно правы, Виктор Павлович!

— Ну что же, на таких условиях мы с вами сможем договориться. Но сразу же выдвигаю дополнительные условия, по которым нельзя будет торговаться. Так легкомысленно вести дела, как это делал ваш племянник, более будет нельзя. Мы возьмём все его действия под строгий контроль. Он должен быть готов ко всем переменам. Если же нет…

Захаров многозначительно замолчал. В этот раз ему не было нужды смотреть на соседний столик, на генералов милиции Кучко опасливо бросил взгляд сам. Один из генералов ему дружелюбно улыбнулся и поднял рюмку водки в его честь. Он скорчил в ответ вымученную улыбку.

— Виктор Павлович, с вашего разрешения, я завтра же выеду в Крым, и переговорю с племянником. Но можете быть уверены, что он, безусловно, примет все ваши условия. И я очень благодарен за то, что вы согласились мне помочь… И мой племянник тоже будет вам очень благодарен, обещаю. И сделает все, что от него потребуется, со всем старанием…

— Раз мы теперь с вами будем вести дела вместе, то только этим моя помощь не ограничится. — благосклонно кивнул Захаров, — слышал, что у вас сын в следующем году МГИМО заканчивает…

— Все верно, Виктор Павлович!

— Я могу договориться, что он обойдется без обязательной работы в столице перед первым выездом. Какие у него языки?

— Английский и польский.

— Ну что же, подойдет ему посольство СССР в Варшаве на первое время? Как раз будет удобно ездить к родителям в гости…

— Буду премного благодарен, Виктор Павлович! — преданно взглянул собеседнику в глаза Кучко.

Москва

Кучко, выйдя из ресторана, всей грудью вдохнул вечерний воздух. Он чувствовал себя заново рождённым. Эти несколько минут в ресторане, когда он думал, что все пропало, дорого ему стоили… Но ничего, все оказалось даже к лучшему. Его вытащили из западни, в которую его завел алчный племянник, и он даже совершенно неожиданно для себя обзавелся очень солидной поддержкой…

Значит, для сына моего он посольство в Польше предложил… — ликовал Кучко, — это очень хорошо. Не только это важно, но и то, что через связи Захарова теперь можно не только его за рубеж отправить, но и за его дальнейшей карьерой в МИДе присматривать. Так… А что он только о сыне думает? А если со временем с Захаровым договориться, чтобы он и его карьеру подтолкнул? Сколько ему быть замминистром? Может, удастся и повыше скакнуть?

Помня о договорённости с Захаровым, он по возвращении в гостиницу сразу набрал телефон племянника. Тот ему не ответил.

— Небось, по ресторанам гуляет, — пробурчал он недовольно себе под нос. — Тогда ладно, если не дозвонюсь, сюрприз у него будет… Значит, как мне сказали, так нагло себя вел, что внимание аж в Москве привлёк со стороны милиции… Вполне в его духе. Мне много что есть ему сказать…

Крым, Фрунзенское

Николаенко был дома, но трубку поднять никак не мог. Он просто не слышал звонка. Обнаружив подмену тетрадки, он вначале метался, как дикий зверь. Любовница так и не смогла ему ничего толком объяснить. Истерику даже ему устроила, мол, чего ты привязался с этой тетрадкой, — вот же она у тебя! Да ещё и заявила, что зачем он себя называет богатым человеком, если не может себе сколько нужно тетрадок купить? Курица, одним словом. Ну так и выбирал он её тоже вовсе не за умение умом своим пользоваться… Другие вещи его в ней волновали… Одно было точно ясно — она наверняка ни при чем. Не её уровень в такие дела играть. Да и где бы она спрятала эту подменную тетрадку, в лифчике, что ли?

Почти сразу ему стало ясно, что кто-то ведёт против него опасную игру. Первая мысль, что возникла — напрячь на поиски злоумышленников продажных ментов. Он уже даже и к РУВД подъехал, как вдруг вспомнил, что в этой тетрадке прописаны все взятки, что он местным ментам раздавал. А ещё вдобавок там и суммы его дохода указаны очень симпатичные. Даже более чем симпатичные, если честно. Совсем вровень не идущие с теми взятками, что он им раздавал.

Ну, положим, попросит он их поискать. И если найдут они его тетрадку, то конечно же, заглянут туда. Менты такой шанс не упустят, точно заглянут. Момент, что там все их взятки отражены, сразу резко ухудшит им настроение. Подумают, что он на них компромат собирал… И непонятно, как отреагируют… Может, решат, что нечего больше такому человеку крымское небо коптить? А второй момент, когда они увидят, что он больше двухсот тысяч за три года поднял, — он ещё опаснее. Велик шанс, что они приедут к нему не тетрадку отдавать, а свяжут его и начнут выпытывать, где все эти деньги. Нет, к ментам однозначно нельзя обращаться.

Та же самая ситуация и со всяким ворьём. Эти точно такие же… Едва увидят, какие суммы там фигурируют, тут же к нему нагрянут…

Вот и получалось, что его обокрали, а предпринять он ничего не может… Не директоров же заводов и бухгалтеров подкупленных ему посылать на поиски злоумышленников. Хватало, конечно, и людишек уровнем поменьше, на подхвате, но он специально шибко умных не брал, чтобы не вздумали его перехитрить и себе его схемы забрать не задумали. Эти не то что тетрадь не найдут, хорошо будет, если потом еще самих их не придется искать, когда заблудятся в трех соснах…