Чтение онлайн

–  В квадрате 61-01, 61-02 до десяти немецких бронетранспортеров и около батальона пехоты развернутым фронтом атакуют нашу пехоту. Сзади подходит колонна танков...

Дальше Фадеев разобрать не смог. Потом снова откуда-то издалека прорвался голос летчика:

–  Южнее... за лесом, в пяти километрах, сосредоточиваются танки, бронетранспортеры и пехота на машинах...

Фадеев крепко прижал одной рукой наушник, второй держался за борт кабины полуторки, боясь свалиться под колеса.

–  Ваня, что-нибудь слышишь через динамик? - спросил он Гончарова.

–  Нет, - ответил тот.

Анатолий попытался снова вызвать на связь летчика, но, взглянув в небо, увидел четверку "мессершмиттов", окружавших Су-2. Внимательно следя за разыгравшимся воздушным боем, Фадеев чуть не сорвался с подножки.

–  Лейтенант, сверни в сторону! - крикнул он командиру роты, сидевшему в кабине.

–  Нельзя! Ты слышал приказ полковника? - сопротивлялся лейтенант.

–  Слышал, но летчику нужно подсказать, а на ходу я не могу видеть воздушное пространство полностью!

Машина свернула, Фадеев взглянул вверх и ужаснулся: четверка "мессеров" пара за парой атаковала Су-2, летчик которого, видимо, бывалый пилотяга, кидал самолет из стороны в сторону, на мгновение замирая в тот момент, когда стрелку надо было открыть огонь.

Во время одной из атак "мессершмиттов" наш стрелок, улучив момент, дал длинную очередь, и фашистский истребитель вспыхнул. Немецкий летчик тут же выбросился на парашюте.

–  Ура-а! - раздалось вокруг.

Отходившие в пешем строю красноармейцы замедлили движение, наблюдая, как лихо орудует в воздухе наш самолет.

Внимательно вглядываясь в воздушное пространство, Фадеев увидел еще четверку "мессершмиттов". "Теперь доконают", - мелькнула тревожная мысль. Четверка присоединилась к атаковавшей ранее тройке истребителей. "Мессеры" кружились вокруг Су-2, летели снаряды, наш летчик вращал самолет как лихой истребитель. Но силы были неравны.

Фадеев, наладив связь, несколько раз успевал предупредить разведчика о смертельных атаках "мессеров", и тот умело уходил от них, но то одна, то другая очереди достигали цели. Самолет задымил, и в этот момент откуда-то снизу подошел вплотную "мессершмитт"...

–  Сзади ниже "мессер"! - успел крикнуть Фадеев, но сноп огня, выброшенный "мессершмиттом", окутал Су-2, и он загорелся.

–  Горишь! Прыгай! - закричал во все горло Фадеев.

Самолет словно отяжелел замедлил полет и, немного накренившись, начал медленно разворачиваться влево. Языки пламени охватили фюзеляж и поползли по крыльям, то было страшное зрелище! Огненный ком, подобно комете, оставляя длинный шлейф пламени и черного дыма, продолжал плавно разворачиваться... Широко разнесенные плоскости самолета, еще не тронутые огнем, напоминали крылья горного орла, отыскивающего своим зорким оком - шакала...

Анатолий и остановившиеся пехотинцы замерли. Все понимали ужас совершающегося - экипаж горит, но самолет не покидает. Фадеев взглянул на Ваню, по щекам жав к губам микрофон, прокричал:

–  Горишь! Прыгай!

–  Нет... Мы еще повоюем... - послышался твердый голос летчика.

Самолет резко перешел в пике и скрылся из виду. Через несколько секунд за горизонтом раздался взрыв, потом еще несколько, и в небо взметнулись черные столбы дыма.

Все замерли на мгновение, потом сняли пилотки и фуражки, отдавая дань бессмертному подвигу героев.

Их смерть Фадеев воспринял как еще одну трагедию войны. Ушли из жизни два летчика, страшно и героически ушли. Кто они? Узнают ли когда-нибудь люди их имена? Мать, жена, любимая получат лаконичное: "Не вернулся с боевого задания". За скупыми словами в пешке войны скроется их подвиг. Дойдет ли он до потомков? А сколько подобных подвигов совершают сейчас ежедневно, ежечасно наши бойцы!

–  Были люди и нет их... У летчиков тоже, как видно, тяжелая служба, произнес стоявший рядом боец.

Фадеев не успел ответить.

–  Полковник требует данные: где немцы? - скороговоркой спросил подбежавший капитан.

Анатолий быстро передал карту с пометками о месте сосредоточения и передвижения немцев, нанесенными по сообщению экипажа-разведчика всего несколько минут назад...

–  Ясно, понял, сейчас доложу. А вы быстрее вперед! - бросил на ходу капитан и помчался к полковнику.

Подтянув резервы, немцы усилили нажим в полосе отхода нашей группировки, то и дело атакуя подразделения прикрытия. На небольшом участке боя оглушающе рвались снаряды и мины, раздавались пулеметные и автоматные очереди.

Отходящие войска двигались медленно. Дорога была в глубоких воронках, приходилось петлять то влево, то вправо. Подразделение, вместе с которым двигались летчики, добралось наконец-то до реки.

На переправе скопилось много военной техники, повозок, людей, ревели моторы, шумели бойцы. Командиры, пытаясь навести порядок, зычными голосами подавали команды.

Анатолий по привычке взглянул на небо и увидел "раму" - немецкий самолет-разведчик "Фокке-вульф-189". Прильнув к наушникам, он попытался связаться с кем-нибудь из находившихся в воздухе истребителей. Но в эфире никто не отзывался. Как и следовало ожидать, вскоре налетели "юнкерсы". Увидев над собой немецкие самолеты, люди заволновались. Сплошным потоком хлынули на переправу и те, кто добирался пешком, и те, кто ехал на машинах. А немцы круто разворачивались для бомбежки. Вот первый Ю-87 бросает бомбу недолет, второй - недолет, третий - перелет! Анатолий, стоя на подножке спецмашины, вновь и вновь пытался связаться с кем-то из советских летчиков, кричал в микрофон, но никого поблизости не было.

А "юнкерсы" делают новый заход. Один из них кладет бомбу точно в переправу, и в это время Фадеев услышал в наушниках взволнованный голос с такими родными русскими словами: "Заходи, заходи! Бей замыкающего!" Анатолий увидел, как появившиеся два ЛаГГ-3 преследуют последнюю пару Ю-87. В спешке атака не сразу получается, но все же после нескольких очередей советского истребителя на виду у оставшихся на переправе Ю-87 врезался в землю. Клуб черного дыма взметнулся высоко вверх.

–  Ура! Сбили! - закричали вокруг.

Фадеев понимал: надо поторапливаться, ведь немцы идут буквально по пятам. Как бы поскорее оказаться в полку, самому сесть в самолет и драться с фашистами!

Саперы быстро восстановили переправу, но радоваться пришлось недолго. Только начали переправляться, снова появились "лаптежники".

–  Лейтенант, быстрее, быстрее! - почти кричал Фадеев. Машина ускорила движение. Первый самолет пошел в атаку, когда радиостанция уже заканчивала переправу. Анатолий сначала смотрел из окошечка, потом открыл дверцу и снова встал на подножку, высматривая в небе свои самолеты, но их опять не было. А "юнкерсы" продолжали бросать бомбы. Перелет - повезло! Недолет!