Чтение онлайн

– Ну, что давайте знакомиться, Виктор - сдержанно улыбается мне вполне еще крепкий мужчина лет пятидесяти. Самый подходящий возраст для адвокатской карьеры, можно сказать ее пик.

Невысокий, чуть полноватый, с приятным, располагающим к себе лицом. Темный строгий костюм и белая сорочка органично сочетаются с очками в дорогой оправе и шелковым шейным платком. Ухоженные руки, обручальное кольцо и золотые запонки с монограммой владельца. Сдержанный шик на французский манер, подчеркивающий респектабельность сидящего перед нами адвоката.

– На каком языке предпочитаете общаться?

– Лучше бы на английском, в нем у меня больше словарный запас, к тому же и для Майкла так будет легче.

– Прекрасно. Ничего не имею против - француз легко переходит на инглиш – Для начала предлагаю рассказать, как все происходило на самом деле. И желательно с самого начала, еще с Японии. Как я понимаю, из присутствующих здесь только Виктор полностью в курсе всех событий?

Я вопросительно смотрю на Сергея Сергеевича. Понятно, что адвокат - это как доктор. Ему придется рассказать все, в том числе и про Верины похождения, иначе он просто не сможет выстроить защиту в суде на достойном уровне. Но, не при всех же? На Кондрашове старшем и так лица нет, а каково ему будет услышать при своих коллегах о всех ее закидонах? Полковник правильно понимает мои сомнения и тут же приходит на помощь.

– Месье Эрсан, наверное, нам стоит поговорить приватно. Никаких особых тайн там, конечно нет, но Виктору так будет легче. Ему, бедному и так сегодня досталось.

На лицах мидовцев проступает легкое разочарование, зато Александр Павлович после слов Сергея Сергеевича выдыхает с заметным облегчением. Похоже, Татьяна Геннадьевна все-таки просветила своего мужа по поводу Вериного поведения в Японии. Адвокат кивает, соглашаясь с доводами полковника, и мы втроем удаляемся в отдельную переговорную.

Рассаживаемся за круглым столом, месье Эрсан достает из портфеля блокнот для записей. Я тем временем собираюсь с духом

– ...Ну, вообще-то все началось не в Японии, а еще в Вене, на саммите по СНВ-2, где наша группа выступала в качестве приглашенных звезд. Именно там мы познакомились с Дональдом Трампом и его отцом в ночном клубе…

Мой рассказ растягивается на полчаса. Время от времени адвокат задает мне вопросы и делает какие-то пометки в блокноте. Я рассказываю ему все. Или почти все. Как говорят сами французы: «От исповедника, врача и адвоката нельзя скрывать ничего…». Правда, тут же и добавляют: «…но и говорить всю правду им не следует». Вот этой народной французской мудрости я сейчас и придерживаюсь. Сергей Сергеевич одобрительно кивает головой, оценив мою осторожность. А зачем адвокату знать какие-то детали, если они не относятся к делу?

– Виктор, а вы сами уверены, что Дональд будет придерживаться нашей версии?

– На 100%. Он может и …увлекающаяся натура, но бизнес для него на первом месте. Он не станет подвергать риску свой проект, в который уже вложены миллионы долларов - своих и чужих. Как бы я не ненавидел Трампа за смерть Веры, но должен признать, что с головой у него полный порядок. И если бы не папарацци, Вера уже через час летела бы в Москву, и никто даже не узнал бы об их романе.

– Хорошо… Но если Трамп все предусмотрел, и до самого последнего момента все шло по его «блестящему» плану, то откуда тогда журналисты узнали о Вере?

А вот это уже неудобный вопрос №1. И ответ на него месье Эрсану знать не нужно. …Пока не нужно. Потому что правда может неожиданно выплыть на допросе папарацци, и тогда мне лишь останется изображать свое крайнее удивление. Но может и не выплыть. Здесь даже не знаешь, что лучше.

Так что я делаю предельно честное лицо и пожимаю плечами

– Понятия не имею. В конце концов, это их работа - собирать сплетни и скандальные новости о знаменитостях. Возможно, кто-то просто случайно увидел их в городе и потом выследил. Хотя вечером, накануне отлета, папарацци у отеля еще точно не было, они появились утром.

– Уверены?

– Да. Вера бы обязательно упомянула о них в телефонном разговоре. Она была очень ранимым и замкнутым человеком - журналисты ее всегда раздражали.

Француз складывает пальцы домиком и замирает в раздумьях. Судя по всему, что-то не складывается в его картине произошедшего. Что ж… в интуиции ему не откажешь. Наконец, он отмирает

– Ладно, тогда давайте сейчас сосредоточимся на вопросах, которые мы вскоре зададим нашей доблестной полиции.

В его словах ясно читается сарказм в отношении французских копов. И это понятно. Не уважают свою родную полицию свободолюбивые французы. Впрочем, у них есть для этого основания. Работают их силы правопорядка с ленцой и при всяком удобном случае просто прекращают расследования и закрывают дела. Понятно, что и аварию Веры им легче всего представить, как несчастный случай. Только в этот раз они не на тех нарвались! С нами этот фокус не получится. Надо будет, я себя наручниками к ограде Елисейского дворца прикую, но подонков заставлю посадить!

– Месье Эрсан, от французской полиции мы для начала хотим получит ответ на очень простой вопрос: была ли ошибка водителя такси и превышение им скорости, повлекшие за собой аварию, или же ее спровоцировали исключительно действия папарацци? Все остальное сейчас пока вторично. Но предупредите полицейских сразу: каждый их протокол и каждое экспертное заключение будет подвергаться тщательному анализу. Не устроят их выводы - привлечем независимую экспертизу. И просто так отмахнуться от нас у них не получится. Иначе мы возбудим второе уголовное дело - уже по факту халатного отношения полицейских к своим обязанностям.

– Вы хотите, чтобы репортерам предъявили обвинения в непредумышленном убийстве?

– Да. И для начала хотя бы арестовали их. А потом мы потребуем, чтобы к этому обвинению добавились отягчающие обстоятельства в виде предварительного сговора лиц и участия в организованной группе.

– Т.е. фактически переквалифицируем статью?!
– брови адвоката взлетают вверх. Не ожидал он от юного отрока таких юридических формулировок - Простите, Виктор, ...а сколько вам лет?

– Я студент юридического факультета Московского университета - ловко ухожу я от прямого ответа.

– Ну, тогда я понимаю, кто здесь играет первую скрипку!
– смеется месье Эрсан

Сергей Сергеевич тихо крякает, но помалкивает. И правильно. Нехрен лезть, когда два юриста общаются…

*****

– Хорошо, с полицией мы определились – снова становится серьезным адвокат - Но я узнал, что сегодня, на вторую половину дня здесь, в посольстве назначена пресс конференция?

– Назначена – кивает полковник – и Виктор будет в ней участвовать

– Господа, лучше бы перенести ее на завтра. По большому счету, нам пока даже нечего сказать прессе. Сначала нужно пообщаться с полицией и согласовать с Трампами единую линию защиты. Иначе могут возникнуть крайне неприятные моменты, которые потом невозможно будет отыграть назад.

– Согласен с вами, месье Эрсан – печально вздыхаю я.

А что…? Адвокат прав на все сто, он дело говорит – нечего суетиться и пороть горячку. Пресса и до завтра подождет, никуда она от нас не денется.

– Но решение, увы, принимаю не я, месье Эрсан. Нужно разговаривать с послом.

– Беру это на себя – тут же вызывается Сергей Сергеевич – если будет нужно, позвоним в Москву. В МИД.

Угу… знаю я, в какой он «МИД» звонить собрался. Тот, который у нас в Ясенево. Но такая готовность полковника решать вопросы на самом высоком уровне, радует. Потому что был бы здесь сейчас Вячеслав, и мне пришлось бы самому впрягаться во все это. А так, уже через полчаса все вопросы решены, и мы, наконец, в сопровождении юристов выдвигаемся в комиссариат полиции.