Чтение онлайн

– Надо на время визита приостановить расследование - Романов взял папку у Щелокова, взвесил в руке и кинул папку по столу обратно Громыко - МИД и сам заинтересован, чтобы все было тихо.

Суслов с Громыко переглянулись, между ними быстро мелькнула записка.

– Руденко даем десять дней, начиная с четверга - озвучил позицию "правых" Суслов - Кто будет вести переговоры с Кальви, кроме Андрея Андреевича?

– У нас есть планы по расширению завода в Тольятти - произнес Косыгин - Возможно, купим новые сборочные линии у итальянцев. Так что я тоже планирую участвовать в переговорах. Ну, и Кузнецов. Как формальный глава государства. А теперь, товарищи, нам надо решить вопрос с заменой Леониду Ильичу. Есть предложения по кандидатурам Пленуму? Михаил Андреич, ты что-то хочешь сказать?

– Товарищи!
– Суслов словно школьный учитель у доски, встал и прошелся вокруг стола - Как вы помните, на 25-м съезде Коммунистической партии три года назад мы подтвердили наш курс на построение развитого социализма и приняли основные направления роста народного хозяйства СССР до 1980 года. Уже сейчас понятно, что гидра мирового капитализма со всех сторон окружает страны Варшавского блока, а нации, вставшие на социалистический путь развития, подвергаются агрессии со стороны США и его сателлитов. В этой напряженной международной обстановке, нашей стране, нашей Партии нужен лидер, который сможет не только воплотить в жизнь решения Съезда, но и дать отпор империалистам. Я хочу предложить кандидатуру Андрея Андреевича Громыко. Вы все его знаете, как идейного коммуниста, верного друга Леонида Ильича, большого специалиста в вопросах международных отношений.

Громыко удовлетворенно улыбнулся. "Правые" согласно закивали. "Левые" нахмурились.

– Чешет как с трибуны - прошептал Романов Щелокову

– Еще кандидатуры, товарищи?
– Косыгин посмотрел на Романова

– Андрей Андреевич, много лет возглавляет МИД - протянул Щелоков - Но как он будет заниматься вопросами народного хозяйства? Я хочу предложить кандидатуру Григория Васильевича. Он уже давно руководит Ленинградом. Доказал делом свою верность ленинским принципам, а также неоднократно продемонстрировал способности отличного хозяйственника. Воевал, имеет боевые награды. Его знают и уважают коммунисты не только Ленинграда, но и всей страны!

Теперь уже "левые" удовлетворенно закивали, а "правые" насупились.

– Небезынтересное развитие событий - протянул Косыгин - Еще кандидатуры? Нет? Голосовать будем? Кто за Андрея Андреича? Пять человек. Кто за Григория Васильевича? Тоже пять. Дмитрий Федорович ты опять воздержался? И почему я не удивлен? Я тоже воздержусь. Пусть решает Пленум. Вынесем обе кандидатуры - а там как проголосуют.

Это понедельник день тяжелый? А вот и нет. У меня теперь все дни тяжелые. Без исключения. Утро воскресенья началось с каких-то криков за окном. "Ви-итя!". И еще раз, уже громче "Ви-и-итя!!". Просто скандирование какое-то. Выглядываю в окно. Там приплясывая на морозе, стоит примерно десять девчонок и кричат, размахивая руками. Войти в подъезд они не могут - Щелоков поставил по моей просьбе вневедомственную охрану. Но и покоя нам теперь не дадут.

В комнату заглядывает рассерженная мама в домашнем халате.

– Витя, что это за представление с утра пораньше??

– Мам, а что я могу сделать?
– пожимаю плечами - Дальше еще хуже будет.

– Тогда пойди и выкинь мусор - "наказывает" меня мама - Совсем распустился. Нормальные дети в школу ходят, учатся, родителям помогают, а ты...

Дабы не выслушивать незаслуженную нотацию, я натянул потертые треники, схватил ведро с мусором, и как был в майке, вышел на лестничную площадку. Там курил в форточку наш героический сосед - Дмитрий Михайлович. Капитан точно также был в трениках и полосатой тельняшке.

– Витька!
– моряк хлопнул меня по плечу - Видел, видел твой бой с этим негром. Хорошо справа ему выдал. А этот Маккракен специально тебе в бровь бил? Вот гад. От американцев так и жди любой подляны. Помню в 67-м году мы шли из Балтимора. Из порта наш сухогруз выводил буксиры. А чтобы ты понимал, корабль у нас был большой, неповоротливый. Для буксира же очень важно находиться чуть-чуть в стороне от движения судна, подправлять его курс, но ни в коем случае курса этого не пересекать, особенно если натянуты буксировочные канаты. И представь. Капитан заднего буксира решил поставить своё судно практически перпендикулярно нашему курсу. Передние дернули, канаты натянулись. Задний буксир потащило, он черпанул бортом воду и затонул меньше чем за минуту. Трое моряков успели выпрыгнуть, а вот двое в машинном отделении - так и ушли на дно вместе с судном. Наш капитан испугался, выбросил канаты, дал полный вперед. Хотел уйти в нейтральные воды. Ну куда там.

– Разве вы не должны были оказать помощь пострадавшим?
– я совершенно не понял в чем была подляна американцев - Спасти тонущих?

– Должны - тяжело вздохнул Дмитрий Михайлович - Да только наш капитан запаниковал, думал уйти в нейтральный воды. А спасением, мол, пусть занимаются два других буксира. Дурак. Как есть дурак.

– И что было дальше?
– я открыл мусоропровод и опрокинул в контейнер ведро

– Дальше вокруг стали летать два реактивных самолёта с разворотами на боевой, а потом неподалеку появился и корабль "с пушкой", который начал подавать нам сигналы. Капитан застопорил ход, отдал якорь. Американцы высадили на судно вооруженных моряков. Потребовали, чтобы капитан отправился с ними на берег. А тот взял меня с собой. Я старпомом работал, английский неплохо знал. В Балтиморе нас отвезли сначала в полицейский участок, а потом в суд. Мы, конечно, требовали консула, скандалили. Но пока дипломаты добирались из Вашингтона - судья нас просто взял и арестовал. Приехал консул. Начали разбираться в чем дело. Пока суд да дело, мы сидим в кутузке, идут третьи сутки. С буксиром разобрались, а вот неоказание помощи в море... Это по любым законам - преступление.

Сосед закурил новую сигарету, задумался. Я стоял рядом, поеживаясь.

– Ладно, это дела прошлые - махнул своим мыслям капитан - Как там в Штатах? Негры бунтуют?

– Бунтуют - согласился я - А чем все в Балтиморе кончилось то?

– Наши в Москве схватили каких-то американцев. И через день нас отпустили. Капитана потом судили в Одессе - условный срок дали. За неоказание помощи тонущим.

Эх! Был бы у нас тоже свой контрзаложник! Кто-то близкий к Циневу. Тогда и торговаться за Клаймича было бы намного проще.

– Дмитрий Михайлович, а как в целом дела тут? Я две недели не был дома - приезжаю, Москва - пустая. Только стройки к Олимпиаде везде.

– Столицу хорошо почистили от криминала, ничего не могу сказать. Щелоков молодец. Прижали спекулянтов всяких, грузин с азербайджанцами. Про Тбилиси слышал?

Я кивнул.

– Так и надо с ними. Чуть высунулись - капитан затушил окурок и выкинул в мусоропровод - Сразу по шапке. А то развели либерализм. Все Брежнев. Всем хочет угодить, все у него в друзьях.

– Кстати, что-то давно по телевизору не показывали - спохватился Дмитрий Михайлович - Ты там - он ткнул пальцем вверх - Ничего не слышал?

Я покачал головой. Моя судьба висит на волоске - сейчас не время выдавать секреты. Впрочем, это уже "секреты Полишинеля". Если Брежнев в коме - скоро все об этом узнают.

Пообщавшись с соседом и позавтракав, я позвонил в гараж МВД. Прикрепленная за мной "Волга" приехала через полчаса. Короткий рывок под визг девчонок в салон машины и мы едем по заснеженной Москве в 31-ю городскую больницу. В приемном покое меня моментально узнают и зам.главного врача лично проводит в палату к Лехе. "Мамонт" рад, лезет обниматься. Рядом сидит улыбается Зоя. Расцеловываемся с ней. Обнимая приятные выпуклости девушки, я чувствую, что назрел визит к Вере. Или к Альдоне? А скорее всего к обеим. Ведь ничто так не укрепляет отношения, как интимная близость.

Аккуратно, чтобы не заметил Леха, засовываю конверт с деньгами и короткой запиской в сумочку Зои. Надеюсь, она все поймет и правильно сориентирует "мамонта". Пока мы болтаем, возле палаты собирается медицинский персонал. Медсестры смотрят на меня с восторгом, поочередно заглядывая внутрь. Возвращается зам.главного врача и предлагает сфотографироваться. Делать нечего, идем в актовый зал, где уже поставлены лавки. По дороге расспрашиваю о здоровье Лехи. Рана заживает быстро, мне обещают выписать парня через неделю. Его кстати, опрашивали - приезжал следователь из милиции и узнавал подробности перестрелки "под которую попал в Нью-Йорке советский турист". Ставлю себе в уме галочку - переговорить с Щелоковым. Меня все больше тревожит отсутствие Чурбанова и Брежневой. Они бы мои проблемы могли бы решить еще быстрее. Или теперь мне следует говорить "могли" в прошедшем времени?