Чтение онлайн

– Вот-вот - поддакнул я - Нужен такой человек, который будет биться за Григория Давыдовича. Пока я не решу вопрос "наверху".

– Есть у меня на примете один адвокат. Марк Лунц. Опытный юрист, огонь и воду прошел.

– Еврей?

– Витя, половина адвокатуры - евреи. Имей в виду. Он дорого берет.

– Деньги не проблема - я напомнил сам себе, что пора выплачивать зарплату сотрудникам студии - Лишь бы он смог затянуть дело, как можно дольше.

– А там либо ишак сдохнет, либо падишах?
– усмехнулась Роза Афанасьевна. Смелая бабуля.

– За внучку не боитесь?
– поинтересовался я

– Виктор, поверь мне. После Сан-Ремо и Нью-Йорка уже никто не посмеет вас тронуть. Ты выгляни в окно - посмотри сколько перед крыльцом людей стоит. Утром в студию звонили Пугачева и Кобзон. С ними Лада разговаривала. Оба хотят договориться о встрече. Звонили из Союза Композиторов СССР. Все чуют куда ветер дует.

– А мне Лада ничего не говорила - удивился я

– Она тебе там целый список телефонов артистов и певцов составила. Одних первых секретарей областей шесть человек. Все хотят позвать Красных Звезд к себе. Я тут уже и расценки узнала. Один "левый" концерт - пять тысяч рублей.

– Роза Афанасьевна! Никаких "левых" концертов! И постарайтесь в здании студии лишнего не говорить - нас слушают.

– Вот увидишь - затушила сигарету бабуля - Те кто "слушают" - еще сами позовут группу на День Чекиста.

Следующая с кем я пообщался была Львова. Ей я привез из Нью-Йорка самые свежие каталоги, чем сразил наповал. Все-таки в Союзе у дизайнеров большой творческий голод. Сказывается оторванность от общемировых трендов в области моды.

– Татьяна Леонидовна, послезавтра в Москву приезжает новый премьер-министр Италии. Я с ним знаком и думаю он захочет со мной увидится. Возможно, это произойдет на специальном приеме в посольстве. Нужен смокинг. А также бабочка, манишка и стоячий воротничок.

– Так быстро?
– Львова отложила каталоги и удивленно посмотрела на меня - За такое время я смогу достать смокинг у знакомых и подогнать его по твоей фигуре. Бабочка будет, манишка и воротничок вообще не проблема.

– Хорошо. Пусть будет арендованный смокинг. Но в дальнейшем надо озаботиться пошивом.

– Можно сделать в двух вариантах - белый и черный.

– Годится

– Лацканы отделывать атласом?

– Это еще зачем?

– На Западе мужчины в смокингах часто ходили в курительные комнаты. Сбрасывать пепел с сигары было не принято, столбик пепла должен выбирать момент для падения по своему усмотрению. Часто он падал на лацкан. Если он отделан атласом, то пепел легко стряхивается.

– Ну, у нас курительных комнат и сигар нет, поэтому без атласа.

Закончив с Львовой, я коротко беседую с Татьяной Геннадиевной. Обсуждаем нужна ли нашему коллективу подтанцовка или впишется ли вообще она в концепцию группы. Мама Веры обещает посмотреть несколько талантливых танцоров на фоне поющих "звездочек" и уже по результатам - решать.

Забрав список звонивших у Лады, которая с кем-то разговаривала по телефону, я спустился в каминную. Распределил наших "тяжей" по сменам, назначил старшим Дениса. Парень хорошо себя проявил на допросе в КГБ - ни сказал ни слова, хотя следователь здорово на него давил. Такая верность требовала поощрения. И не только материального. Закончив с делами, я, наконец, добрался до нашей столовой.

Тут в одиночестве обедала Альдона. Я получил тарелку борща, второе из картофельного пюре, котлеты и компот, после чего сел за стол девушки.

– А где Вера?
– борщ оказался наваристым и очень вкусным.

– Поехала на стрижку - Альдона вяло ковырялась в своем пюре

– У тебя замечательная прическа!
– я с удовольствием оглядел голову девушки. Округлая, объемная "шапочка" на макушке, эффектная челка и свободная, каскадная волна белоснежных волос... В комплекте с черной юбкой и жакетом - это выглядело очень контрастно и необычно. Поездка в Нью-Йорк пошла Альдоне на пользу. Она стала стильно одеваться, причесываться...

– Спасибо за комплимент - латышка внимательно что-то разглядывала в своей тарелке. Не успел я опустить перейти ко второму, как почувствовал взгляд ее голубых глаз.

– Ви-итя, скажи мне правду - тут я ощутил приближение бури. Если у Альдоны прорезается акцент...

– Конечно, солнышко! Что тебя интересует?

– Меня инте-ересует твое отношение ко мне. Ты любишь меня или Веру?

Зашла с козырей. Маму люблю. Деда. Родину...

– Нас же тут слушают!
– я прошептал ей на ухо

– Не пугайся - презрительно протянула Альдона - Отец смог глянуть ДОР. В студии слушают только кабинет

– ДОР??

– Дело оперативной разработки - нахмурилась девушка - Ты тему не меняй! Повторяю свой вопрос. Ты любишь меня или Веру?

Да е-мое! Как же я не люблю эти бабские разборки. Мне леса поджигать надо, страну спасать, а не отношения выяснять. Но и терять Альдону я не могу.

– А можно узнать о твоих чувствах ко мне?
– беру паузу я

– Я.. я тебя люблю - тихо, опустив глаза, произносит девушка - Но и делить с другой женщиной... Пусть и подругой...

Да что ж ты будешь делать! А если каждая из моих возлюбленных удовлетворяет одну или несколько потребностей? Как тогда быть? Например, с Верой мне спокойно, комфортно, с Альдоной -- страсть, эмоции, но при этом тревога и нестабильность, даже опасность. Я не забыл, ни нашу драку на стадионе, ни выстрел из пистолета на пустынном сочинском берегу. Вот и получается расщепление: душа требует тепла, а тело огня. Если в эту формулу добавить еще Анну, которая наверняка прилетит с отцом из Италии, то ситуации и вовсе становится безвыходной.

Получится ли у меня с этим справится?

– А теперь послушай меня - жестко говорю я - У тебя передо мной и перед студией есть обязательства. У нас Клаймич в тюрьме, Леха в больнице и мы должны быть единым целым. Никакие чувства, обиды и не должны помешать нашим великим целям. И вот что еще Аля...

– Да?

– Я сделаю все, чтобы ты была счастлива!

Проняло. Эх, Витя, куй железо пока горячо. Я наклоняюсь к Альдоне, слега прижав одной рукой к себе, и очень нежно и аккуратно её целую. Девушка сразу обмякла и, обхватив меня за шею обеими руками, начала активно отвечать, всё больше распаляясь. Во мне взрывается атомная бомба. Я сжимаю свободной рукой её доступные и очень аппетитные округлости. Альдона тихо стонет, после чего резко и со вздохом отрывается от меня. Хриплым от страсти голосом произносит:

– Не здесь. Приезжай сегодня вечером ко мне. Отец ночует на конспиративной квартире.

Я согласно киваю, мы молча обедаем, раздумывая каждый о своем. В столовую заглядывает Лада.

– Виктор, там за тобой "Чайка" приехала. Водитель говорит, что тебя срочно к Романову вызывают.

Эх, так и не добрался я до котлет. Уже выходя из студии, услышал:

– Витя!
– Альдона смотрит на меня очень внимательно - А что за великие цели?

– --

– Ну что, "пророк" - Григорий Васильевич Романов был мрачен и угрюм - Какие еще "сны" тебе снились?