Чтение онлайн

Романов начинает названивать в секретариат, интересуясь, где финальный вариант его выступления. А я опять краем глаза разглядываю документы, пытаясь понять, что там написано. Вот такой я любопытный.

– Интересуешься?
– хмыкает Романов, заметив мое подглядывание - На, посмотри

Беру в руки стопку документов из министерства здравоохранения. В руках целый план... всесоюзной антиалкогольной кампании. Да ё-мое!! Цензурных слов нет. Закрытие магазинов, торгующих ликёро-водочной продукцией, ужесточение наказаний за распитие на улицах, приостановка работы ряда заводов, производящих спирт, изменения ценообразования... Плана вырубки виноградников по стране нет, но чую и до этого дойдет. И ведь как хорошо все обосновано - не подкопаешься. Потребление выросло? Выросло. С 5 литров чистого спирта в год на человека (царская Россия) до нынешних 10 литров. Смертность скакнула? Просто взлетела ракетой. 1960 год - 7,4 человек умирали от пьянства на 1000 человек населения, 1970 год - 8,7 человек, а в 78-м уже - 10! Рост в полтора раза. Железобетонные аргументы. Народ пьет и умирает.

– Мнда...
– я только могу мычать

– Вот тебе и мнда - тяжело вздыхает Романов

Интересно, какие стихи через годик выдумают про нового Генсека? Что-нибудь вроде "На недельку, до второго" закопаем РоманОва. Откопаем Брежнева -- будем пить по-прежнему". И какая же сука копает так под Григория Васильевича? Не успел вступить в должность - ему подсовывают заведомо провальный проект. Во-первых, сильный удар по бюджету. Во-вторых, подрыв авторитета власти - анекдоты, стишки... Наконец, велики шансы провала кампании - народ будет варить самогон, травиться боярышником... Венедикт Ерофеев в своем хрестоматийном произведении увековечил несколько рецептов, например, коктейли "Слеза комсомолки" (в составе косметические средства и лак для ногтей) или "Ханаанский бальзам" (технический спирт, политура, пиво). Короче, сухой закон, это такое лекарство, которое хуже болезни.

– Ну что? Комсомол поддержит нас в борьбе с пьянством?
– усмехается Романов

– Молодежь - за трезвый образ жизни - твердо отвечаю я - Но боюсь, план - никудышный. Нельзя у нас в стране так резко, за одну пятилетку... Растянуть бы его лет на двадцать, цены повышать постепенно, медленно, приучая народ. Торговлю не запрещать махом, а осложнить. Продавать алкоголь только после 5-ти вечера. Чтобы не бегали в обед за водкой. Развивать пивоварение. Чтоб не в подворотне на троих, а культурно, в пивбаре, под еду... Не вижу справки от Совмина по потерям бюджета.

– Смотри ка - качает головой Генсек - И тут у тебя есть своя точка зрения.

Романов встает из-за стола, подходит к окну. Разглядывает падающий снег. Март уже, когда же наступит весна?? Где-то там, за снегом сейчас ходит Моника, напевая "Двье звезды, двье светлых повести...". Девочка - трудяга. Сказали учить слова? Не просто учит, а даже пытается напевать. "Звездочки" ее еще во время поездки в Суздаль занимались. На обратном пути много репетировали. Нет, понятно, что на монтаже в Останкино все сделают как надо - лишь бы рот открывала. Но все-равно, всем бы такой энтузиазм.

– Что там со снами?
– внезапно поворачивается ко мне Романов

– Я бы еще в план табак добавил - я вскакиваю со стула и тоже подхожу к окну - Похожая история. Запретить нельзя, терпеть ущерб здоровью населения тоже нельзя. Но можно плавно поднимать цены, пропаганду здорового образа жизни проводить. А на пачки поместить фотографии с легкими курильщика!

– Я тебя спросил про сны!
– Генсек подходит вплотную и берет меня за пуговицу на пиджаке - С табаком мы потом разберемся.

– Можно мне сначала чаю?
– я решаю взять паузу, подготовиться к разговору

– Позже выпьешь - продолжает давить Романов - Давай, выкладывай.

Чернобыль или Спитак? Можно быть все-таки Афган? Нет, там ситуация управляемая. А вот катастрофы... Чернобыль предотвратить легко. Просто запретить проводить эксперименты на реакторах типа РБМК, особенно с выбегом ротора турбогенератора. Спитак же так предотвратить не получится. Энергия, которая высвободилась в районе разрыва земной коры во время землетрясения в Армении в 1988 году, будет сопоставима взрыву 10 атомных бомб, сброшенных на Хиросиму американцами в 1945 году. И тяжелые последствия закладываются именно сейчас, когда активно строится город. И строится он совершенно без учета сейсмической опасности региона.

– Мне снилось, что я ребенок. Живу в армянском городе. Родители ушли на работу, я дома с бабушкой. Мы уже позавтракали, собираемся на улицу. Вдруг наш дом подпрыгивает вверх и со страшным грохотом рушится. Меня что-то больно бьет по голове и плечам, вокруг пыль, ничего не видно. Я долго кашляю, потом начинаю плакать и звать бабушку. По щеке льется кровь. На ощупь пробираюсь среди обломков дома. Выползаю наружу. Солнца не видно - все закрывает пыль. Вокруг крики и стоны. Соседние дома разрушены. Сложились словно карточные домики. Ни одного целого!

– Когда??
– покрасневший Романов дергает меня за пуговицу - Когда это случится? И где точно?

– Кажется, город называется Спитак - я аккуратно убираю руку Генсека, сажусь обратно на стул - Когда точно, сказать не могу, не скоро. Но мальчик, который мне снился несколько часов бродил по улицам. Там все было уничтожено. Будто атомная бомба упала. Если город строится в сейсмоопасной зоне, то таких разрушений даже при сильном землетрясении быть не должно.

– Воровство!
– Генсек подходит к карте СССР, находит пальцем Ленинаканский район Армении - Знаем, как строят в южных республиках. Тяп-ляп слепили, лишь бы по плану отчитаться. Ладно, считай, что эту проблему ты мне скинул. Назначим комиссию.

Романов усмехается.

– После Грузии и арестов узбеков - Демирчян в штаны наложит. Подумает, что под него копаем...

Ага, Демирчян это у нас первый секретарь Армянской ССР. Может даже и не плохо, что наложит. Романов в очередной раз подтвердит свою репутацию "жесткой руки".

– Может не только комиссию создать, а целое новое министерство?
– интересуюсь я

– Ну ка? Что у тебя там опять за идея?

– Министерство по чрезвычайным ситуациям. Отдать ему гражданскую оборону, пожарных, ну и создать группы спасателей постоянной готовности по всей стране. Что случилось - тут же погрузились в самолет или вертолет, прилетели разбирать завалы, спасать людей, госпиталь полевой развернули...

– Любопытно - Романов задумался - Их можно и за рубеж посылать, если какое стихийное бедствие у соседей... Престиж СССР поднимать. Знаешь, в этом есть определенный смысл, надо вынести на Политбюро идею.

В кабинет, постучавшись, заходит помощник. Приносят правленую речь Генерального. Я тихонько перевожу дух. Похоже мои "сны" на этот раз "зашли" удачно.

– --

Во вторник утром впервые за долгое время я бодр и свеж, словно заново родился. Нет, что не говорите - сон это великое дело, особенно для молодого неокрепшего организма! Ну, и после сна плотный завтрак в мамином исполнении с большой чашкой кофе. Удастся ли мне пообедать - это еще большой вопрос, а поэтому едой пренебрегать нельзя. За завтраком вспоминаю вчерашнюю встречу Моники с Романовым, которая прошла на "ура" - они друг друга просто очаровали. И это заметили все журналисты, которые присутствовали на аудиенции. Их беседа получилась непринужденной и, я бы даже сказал ...душевной. Романов свою заранее заготовленную речь конечно произнес, но она скорее предназначалась для репортеров, а потом их общение пошло уже совершенно в другом ключе. Григорию Васильевичу даже не пришлось убеждать Монику в миролюбии советских граждан, умненькая девочка и сама во всем прекрасно разобралась, а госдеповские кукловоды точно просчитались, избрав девочку объектом своих манипуляций. А к концу их беседы Генеральный не то что Годунова был готов отпустить за границу, но попроси его Моника - весь сонм советских диссидентов чохом. Прямо хоть новый "философский пароход" готовь. Вот был бы сюрприз для госдеповцев...!

После Кремля я повез всю "банду" обедать в "Прагу", сочтя, что гостям будет полезно узнать о лучших ресторанах Москвы. В "Праге" нас уже конечно ждали и накормили ничуть не хуже, чем в Суздале - американцы с таким энтузиазмом зачищали столы от еды, словно их три дня не кормили. В конце всех ждал еще один приятный сюрприз, подготовленный главным образом для сладкоежки Моники - презентация продукции знаменитого кондитерского цеха. В зал торжественно ввезли сервировочные тележки, заставленные пирожными и тортами, и ввезли их не официанты, а сами кондитеры в высоких накрахмаленных колпаках, под предводительством Владимира Гуральника. Чья идея? Моя идея! Даже у нас, у взрослых, глаза разбежались от огромного разнообразия, а бедная Моника, кажется, вообще была на грани культурного шока. Перед ней торжественно поставили огромное блюдо, заполненное крохотными пирожными граммов по 30-40. Все эти маленькие птифуры и эклерчики, безе и корзиночки произвели на нее неизгладимое впечатление. А за ними шли небольшие порционные куски всех самых знаменитых тортов ресторана. И даже я, не самый большой сладкоежка, безошибочно узнал среди них торт "Вацлавский" посыпанный грильяжной крошкой, "Прагу", "Птичье молоко", и "Марику".