Чтение онлайн

– Скажи мне вот что, юный друг… – Вера затянулась и выпустила дым. – Но сначала сделай мне кофе. Банка в верхнем левом ящике. Чашка около раковины, – она пыталась отсрочить разговор.

Егор поднялся и сделал, как велели. Снова сел и уставился на Машину сестру, подперев подбородок кулаком.

– Той ночью, которую ты провел в этой квартире, тогда, в мае… – Егор отвел глаза. – Что у вас с Машей было? – Еще одна попытка дать парню признаться в чем-то.

Тот молчал. Разглядывал кухонные принадлежности над плитой, бледно-синий узор на белом кафеле. Признаться так и не решился.

– Ничего не было.

– Тогда я не совсем понимаю, зачем ты сейчас сюда пришел?

Не удержался, спросил:

– А если и было, вы считаете, что эти дети мои? – он в упор посмотрел на женщину.

– Почти… – женщина отвернулась к окну.

– Почти мои? – парень не понял ответа.

– Почти считаю… Уверенной я буду, когда сделаю генетический тест.

– Вы будете его делать? – парень испугался. – А Маша?

– Что Маша?

– Маша согласна? – Егор встал и налил кофе себе.

– Она ни о чем даже не догадывается…

Егор зажмурился.

– Тогда зачем его делать? Зачем вообще вы мне это сказали?

Егор не мог понять, хочет он знать такую правду или нет. Его мысли скакали от одного к другому, пытаясь упорядочить информацию.

– Считай, что мне любопытно. А ты, разве не за этим пришел сейчас? Хотел узнать подробности – вот они. Хотя, может я и не права…

– В чем?

– Ну, я же не уверена еще до конца. А тебе голову забиваю. Порчу тебе жизнь, молодость. Ты совсем юный еще, у тебя всё впереди, а я пытаюсь навязать тебе двоих детей, совершенно тебе не нужных.

– Если это действительно мои дети, я никогда от них не откажусь.

– Слишком серьезное заявление, как для школьника восемнадцати лет.

– Я уже студент. И мне еще нет восемнадцати… – обреченно поправил он. – Будет в апреле.

Вера прикрыла глаза рукой. Потом резко встала и скомандовала:

– Всё, иди домой. Если будет что-то для тебя интересное, я дам тебе знать. Если тебе действительно это важно. Хотя я не знаю, как ты себе представляешь всё это. Даже если отцом малышей окажешься ты, Маша ведь замужем и ей даже в голову не может прийти, что что-то в этой истории не так.

– Пообещайте, поклянитесь, что скажете мне! – Егор схватил ее за запястье. – Мне это очень нужно. Я не буду мешать им жить, но я хочу знать, если это мои дети! – Парень вдруг осознал, что фраза звучит как-то слишком по-взрослому и подумал, что детство, возможно, закончилось.

– Так. – Вера не хотела обещать, но и отказать не могла. – Я сейчас усну прямо тут. А мне завтра утром надо быть в больнице. Иди домой!

– Скажете? – Егор умоляюще посмотрел женщине в глаза. Вера выдохнула.

– Скажу. Обещаю.

– А можно мне тоже завтра?

– Что?

– В больницу?

– Когда будет можно, я позвоню. Все! Иди, что мне тебя, метлой что ли гнать? – Вера открыла входную дверь в ожидании.

Егор вышел, и она заперла за ним замок.

***

Павел позвонил в семь утра на телефон жены. Вера уже не спала, но все еще не могла заставить себя подняться с постели. Взяв трубку в руки, она долго смотрела на фото своего друга, высветившегося на сенсорном экране. Потом собралась с мыслями и нажала «принять».

– Привет, Паш.

– Але, Вера? Почему телефон у тебя? С Машей все в порядке? – Голос у Павла был глухой, будто он звонил с Северного полюса, не меньше.

– Да, все в порядке. И с Машей, и с детьми. Я сейчас у вас дома, ночевала, чтобы не ездить домой. Надеюсь, ты не против. Позавтракаю и побегу в больницу.

– Конечно, делай, как считаешь нужным. Почему она так рано родила? До срока еще больше недели!

– Так бывает, Паш. Когда ты планируешь приехать?

– Раньше вряд ли получится. Заказчик тут песочит мне мозги. Но к выписке, я надеюсь, успею. Числа восьмого, постараюсь.

– Ух, восьмого. В роддоме, если все хорошо, так долго не задерживаются. Так что старайся лучше.

– Ясно. Буду. Как будешь рядом с Машей – набери меня, хорошо?

– Ладно.

Маша открыла глаза и осмотрелась. Она лежала в одноместной палате, рядом стояли две пустые люльки. Это заставило ее насторожиться. Она попыталась подняться, но резь внизу живота заставила ее лечь обратно. Она осмотрелась в поисках кнопки вызова медсестры. Та оказалась на противоположной стене.

– Добро пожаловать в «совок», – сказала она самой себе.

В это время открылась дверь и в помещение вошла женщина в белом халате.

– О, мамочка проснулась! Значит, сейчас принесем кормить. Сесть можешь?

Маша приподнялась на локтях и покачала головой: – Больно.

– Ну и лежи тогда. Порвалась вся, но ничего, заживет. Зато малыши какие получились! Загляденье! – и женщина снова скрылась в коридоре.

Через несколько минут новоиспеченной маме принесли два небольших свертка.

– Вот, полюбуйся! Какие крохотули! Ночью спали, мальчишка просыпался, подкармливали, – женщина протянула один из свертков Марии.

Маша всматривалась в личико, пытаясь определить, сын это или дочь. Врач, увидев немой вопрос пояснила: – Это девчушка. Она ночью не ела, поэтому первая. Молоко появилось?

– Я не знаю, – растерялась девушка. – Как это проверить?

– Ох, всему-то вас, мамочек, надо учить, – приговаривала женщина, помогая Маше с кормлением. – Вот раньше бабы рожали, в поле, одни, и ничего. Все живы, здоровы. Природа всему учила. А сейчас что? На «скорой» забери, родить помоги, титьку в рот и то без помощи не могут засунуть!

Женщину прервала открывающаяся дверь.

– Я все слышу, Нин Пална! – Голос родной сестры принес Маше облегчение после такой тирады. – Хватит тут моих мамочек ругать. На то мы с вами и врачи, чтобы помогать.

– Я разве ругаю? Я жизни учу, Вер Сергеевна. – Она перевела взгляд на малюток. – Вон, какие дитятки-то уродились. Поди воспитай теперь, надумаешься. Но красивые, вот ведь. Уж я повидала. На мамку-то мало похожи. Папка, наверное, больше старался, а? – Она подмигнула Маше.

Маша, слегка в шоке от таких откровенных рассуждений, посмотрела на дочь, которая, самозабвенно причмокивая, смотрела на мать голубыми как небо глазами. Она не понимала, как можно определить, на кого похож ребенок через несколько часов после рождения. Ей они просто виделись чуть сморщенными красноватыми крохами, даже пол определить сходу не удавалось.