Чтение онлайн

Рыцари остолбенело смотрели на сэра Тамплиера. Тот молча и надменно взирал на них, как на муравьев, с высоты огромного коня и своего нехилого роста. На женщину за моей спиной все взглянули по разу и тут же не то чтобы уж забыли совсем, но оставили разглядывание до более благополучных времен.

Макс нашелся первым:

–  Я провожу сэра Тамплиера через наш лагерь.

–  А сэр Ричард напишет бумагу, - напомнил барон Альбрехт неприятным голосом.

Я спохватился:

–  Да-да, вы абсолютно правы! А еще говорят, на хрена оппозиция… Быстрее письменные принадлежности! Я не хочу заставлять доблестного сэра Тамплиера ждать.

Мне почудилось, что эта блистающая гора из высокопрочной стали надменно улыбнулась, моя нервозность объяснима, но оба с конем не двигались, как каменные, пока я писал. Барон Альбрехт выхватил из моей руки предписание, быстро пробежал глазами, скотина, проверяет грамматику, помахал в воздухе, чтобы быстрее высохли чернила, свернул в трубочку и с учтивым поклоном передал Тамплиеру.

–  Сэр Тамплиер, - сказал я официальным голосом, - вам вверяется в полное и безраздельное управление замок и земли вот здесь… это на границе с королевством Турнедо. Не буду скрывать от вас, на эти владения положили глаз соседи с той стороны… Я вам это уже говорил, но пусть все увидят, что я вас предупредил! Чтоб вы не сказали: ах-ах, я не знала! Я имею в виду поползновения короля Гиллеберда, хотя те земли всегда входили в состав Армландии. С тыла у вас надежный лорд Будакер. Он тоже недавно получил свои земли во владение, он человек основательный, уже немолодой, глупостей не наделает. В случае чего обращайтесь к нему за помощью.

Тамплиер прорычал, как злой медведь:

–  Это он пусть ко мне обращается!

–  Пусть, - согласился я.
– Может быть, и обратится. Первым. А потом уже вы. Разве рыцари не должны помогать друг другу, как завещано в Священном Писании?

–  Должны, - согласился он неохотно, даже не поинтересовавшись, где же такое в Священном Писании, - но я со своими делами справляюсь сам!

–  Но вы же не откажетесь прийти на помощь другому рыцарю?

–  Не откажу, - ответил он неохотно.

Он молча спрятал грамоту на владение замком и землями за пазуху, повернул коня и так же молча пустил шагом в сторону дороги.

Его провожали застывшими взглядами, больно много невероятного, только сэр Растер проворчал:

–  Не больно он любезен. Но… это же сам Тамплиер! Ему простительно.

Рыцари повернулись ко мне, но я понял, что теперь смотрят не на меня, а за мою спину. Я уже не интересен. Примелькался, а вот Тамплиер… леди Филиппа…

Я соскочил на землю, в ногах все еще слабость, протянул руку теперь уже моей собственности в розовом платье.

–  Прошу вас.

Она оперлась о мое плечо и соскользнула с коня, быстрая и грациозная, как белка. Я держался настороженно, хоть ее и передали с рук на руки, как купленную козу на базаре, но все-таки леди… С другой стороны - все по-честному, по рыцарскому соглашению, а она живет в насквозь рыцарском мире и принимает его законы. Тем более что непростая коза, а высокородная леди Филиппа, дочь барона Кракатаурвица, знатока и строгого ревнителя рыцарских правил, законов и обычаев.

–  Сэр Норберт, - сказал я, - проводите мою пленницу в шатер сэра Тамплиера, который он крайне любезно оставил мне. Вместе с этой дамой.

Норберт вскинул брови, леди Филиппа на мои слова никак не отреагировала, и он наконец поклонился ей, сказал нерешительно:

–  Прошу вас, леди… Я проведу вас…

Барон Альбрехт смотрел им вслед, а когда Норберт откинул перед нею полог, пробормотал:

–  А зачем она вам, сэр Ричард?

–  Странный вопрос, - буркнул я.

Он покачал головой.

–  Да ладно… Мы все понимаем, что для утех куда удобнее служанки. А эта, судя по лицу и вообще… по всему, особа своенравная и капризная. Таких пленников, как и пленниц, стараются либо не брать, либо поскорее сбывают с рук.

–  Взяв подороже, - вставил Макс.

Растер посмотрел на него с кислой улыбкой.

–  Разумеется, наш юный друг знает больше нас в таких вопросах. Кто в чем преуспевает, понятно. Одни в ратном деле…

Макс густо покраснел и сказал, оправдываясь:

–  Сэр, но я только повторил ваши слова! Я, как верный ваш младший соратник, живу вашими словами и поступками!

Рыцари захохотали, Макс обиженно набундючился, а я заговорил, разряжая ситуацию:

–  Что делать, надо же было какую-то рестрибуцию или хотя бы репарацию наложить на сэра Тамплиера?

–  Коня бы взяли, - сказал он с недоумением.
– Такой конь, а? За такого коня я бы десять таких лядей!

–  И я бы, - согласился я.
– Даже одиннадцать дал. А то и двенадцать! Но коня пришлось оставить. Как и все доспехи. И меч. Ему и во всем железе придется совсем не сладко в той крепости. Как вы помните, ее можно сдуть, как соломенные домики трех поросят.

Он покачал головой.

–  А вам еще неслаже с этой леди.

Я покачал головой, понизил голос:

–  Насчет нее у меня другие планы.

–  Перепродать?
– спросил сэр Растер заинтересованно.

–  В самом деле, вернуть родителям, - объяснил я.
– Я же отнял ее у некого Тамплиера, что держал ее в своем шатре неизвестно для каких целей!

Сэр Растер посмотрел с укором.

–  Сэр Ричард, неужели вы такое скажете?

Я ощутил неловкость, отмахнулся:

–  Я как раз смолчу. Но факт, что отнял у Тамплиера и доставил родителям, скажет в мою пользу лучше всяких речей. Политик должен повышать свою репутацию всеми доступными средствами! А Господь простит, я все творю во славу Его имени. И во славу пока еще справедливой, победоносной и совсем не политкорректной церкви.

–  Аминь, - сказал сэр Растер.

–  Аминь, - согласился и барон Альбрехт.
– Особенно если учесть, что ее родители, семейство барона Кракатаурвица, тоже из клана, который издавна ревниво оберегал свою самостийность. Не будь у них в соседях воинственные и гордые бароны, их клан вполне мог бы расширить влияние и на центральную Армландию. Вы понимаете, что это значит?

–  Претендовал бы на корону?

–  А чем черт не шутит? Остановить их было бы трудно.

–  Гм, - сказал я, - тогда я должен сам отвезти ее родителям! Сильных людей предпочитаю иметь на своей стороне.

В шатер я вошел без всякого галантного смирения. Учтивость учтивостью, но мы учтивы только тогда, когда нам это ничего не стоит. Если же из-за моей учтивости мне попробуют сесть на голову, а эта леди из таких, то надо сразу объяснить ей в понятных терминах ее место.

Леди Филиппа полулежит на коврах, взгляд рассеянный, изящные пальцы играют цепочкой на тонком поясе.

–  И что теперь?
– поинтересовалась она, выдержав мой по-бараньему прямой рыцарский взгляд.

–  Теперь, - повторил я, - теперь вы расстались с возлюбленным Тамплиером… или вы ему жена?… и отправитесь дальше, дальше…