Чтение онлайн

– Столица окружена тройным кольцом стен, – говорил между тем Ришар. – И хотя это не так явно, как в других городах, но в таком огромном можно себе позволить, оставляя широкие проходы, что ведут в тупики… а это ловушки.

Лорд Рейнфельс кашлянул и сказал почтительно, кося одновременно взглядом и на меня:

– Как я понимаю, каждая следующая стена защищена лучше? Во-первых, меньше по диаметру. Требуется меньше народу, во-вторых, выше и толще. Если на внешнюю можно поставить новобранцев и наспех обученных простолюдинов, то последнюю стену защищают отборные войска, элитные воины.

Граф Ришар оглянулся на меня.

– Сэр Ричард, что молчите? Решающее слово за вами.

– Решающее слово за вами, граф, – ответил я почтительно. – Вы командуете. Это ваше взятие главного города королевства.

Рыцари молчали, смотрели то на меня, то на него. Он сурово улыбнулся.

– Спасибо, сэр Ричард. Вы так старательно отдаете мне честь победы в этой красивой войне, что кто-то и поверит в мою главную роль, ха-ха!.. Нет, это вы все затеяли, вам шипы и розы. Так что скажете насчет штурма?

Я развел руками.

– Только то, что штурмовать надо. У них не будет оправданий перед королем, если сдадут столицу без боя.

Граф протянул руку в сторону, ему положили на ладонь его шлем. Я смотрел, как напялил на голову обеими руками, красиво и торжественно. Голос прозвучал так, словно возвестил архангел с небес:

– Конные – через ворота, пешим захватить стены!.. Доблестный Альвар, свою конницу ведите за захват второго кольца. К счастью, там тоже нет ворот… Не забудьте, в вашем отряде должны быть маги и священники!

Альвар Зелмс взмолился:

– Они же поубивают друг друга!

– Удержите!

– Церковь не подчиняется даже королям!

– Тогда ведите в разных отрядах, – отрезал Ришар. – Еще неизвестно, что там может быть: столица!

Он бросил короткий взгляд в мою сторону, я развел руками. То, что осторожными расспросами горожан ничего не выяснил о дополнительной защите города, не значит, что ее нет.

Я не видел ничего более красивого, чем скачущее рыцарское войско. Земля гремит под крупными могучими конями, покрытыми белоснежными попонами с красными крестами поверх блестящей стали, у всадников плащи с такими же красными крестами трепещут за спиной, в руках поднятые кверху исполинские копья, что так похожи на лес мачт.

Первый отряд ворвался в проем в стене, распугав стражу, но дальше со стен посыпались камни. Я страшился, что сэр Растер поведет конницу дальше, однако старый воин счел глупым лезть в тупик, где на всадников обрушатся бревна.

Он орал и распределял кому куда, его рыцари соскакивали на землю и взбегали по каменным ступенькам на стену, где сразу вспыхнула жестокая сеча.

Я ерзал в седле, Зайчик прядал ушами и поглядывал на меня с беспокойством.

– Хоть ты молчи, – сказал я раздраженно.

Он фыркнул и отвернулся. На стенах схватка кипела, но люди в белых накидках с красными крестами теснили, повергали, сбрасывали со стен.

Я всмотрелся, спросил быстро:

– Не могу рассмотреть, кто этот отважный рыцарь, который сумел прорубиться по стене к башне и водрузить мое знамя?

Кто-то из телохранителей крикнул:

– Виконт Теодорих!

– Неистовый до схваток, – ответил другой, – всегда впереди… Молодец.

– Молодой, – сказал еще один с одобрением, – но уже успел себя показать.

– Пригласите, – распорядился я.

Внешняя стена была захвачена довольно легко, оставалось еще две, я видел графа Ришара, от него во все стороны устремляются гонцы, а в это время примчался на взмыленном коне виконт Теодорих, горячий, в помятых доспехах, веселый и яростный, спрыгнул и бегом подбежал ко мне.

– Виконт, – сказал я властно, – преклоните колено.

Он бездумно повиновался, глядя на меня снизу вверх, лицо раскрасневшееся, все еще дышит тяжело, в глазах преданность и ожидание повелений своего сеньора.

– Вы из первых явились под мое знамя, – сказал я громко, не слезая с коня, – и прошли долгий путь из дальних северных земель… Не жалеете?

Он воскликнул пылко:

– Сэр Ричард! Вы дали мне возможность увидеть мир! И мне удалось доказать, что я могу, что я чего-то стою! Очень надеюсь, что с Божьей помощью удалось.

– Еще как удалось, – сообщил я. – Все рыцари отмечают вашу отвагу.

– Благодаря вам, сэр Ричард!

– Отлично, – прервал я и, вытащив меч, легонько ударил его плашмя по плечу. – Встаньте, барон Теодорих!.. Ваши родители будут обрадованы и вашим новым титулом, и тем, что у вас земли в далеком королевстве Сен-Мари, о котором они и не слыхали, а ваши завистники будут посрамлены. Поздравляю вас!

Он поднялся, сияющий, не находя слов от счастья. Рыцари окружили и хлопали по плечам, от грохота железа по железу звенело в ушах. Я услышал чей-то довольный рев, похожий на растеровский, насчет того, что по такому поводу надо осмотреться насчет винных подвалов, и гул голосов в поддержку великолепной и такой своевременной идеи.

Я шепнул барону Альбрехту:

– Барон, посмотрите на досуге, какие земли лишились хозяина. Или кто из местных лордов замешан в черных мессах… Не слишком крупных, конечно.

– Сделаю, – ответил он тихо. – Этот юноша в самом деле всегда рвется в бой и всегда впереди. Никто не скажет, что незаслуженно.

– И нам надо показывать…

– Понимаю, сэр Ричард.

– Действуйте, барон. Преданность нуждается в подкормке.

Ко мне вернулись граф Ришар и несколько военачальников, чьи отряды изнывают от жажды ринуться на приступ. Пока они совещались, как будут брать вторую линию укреплений, со стороны города раздались звуки труб. Все повернули головы, я не поверил глазам: над главной башней развевается белый флаг. Вернее, человек там высунулся из верхнего окна и широко размахивает из стороны в сторону белым флагом.

– Сдаются? – спросил граф Ришар потрясенно. – Уже?

– Не понимаю, – сказал барон Альбрехт. Он оглянулся на меня. – А вы понимаете?

Я пробормотал:

– Вроде бы да…

– Что там случилось?

Я развел руками.

– Как я, дурак, не подумал сразу?.. С рыцарями быть, по-рыцарски и выть… В анналах Геннегау будет сказано, что все сражались отважно и доблестно, будет рассказано о чудовищных потерях, которые понесли нападающие, то есть мы, о беспримерной отваге защитников, но диких брабантцев было море, они захватили внешнюю стену… защитники зверски убиты… отвага… подвиги… беспримерная ярость… потом скороговоркой о том, что пришлось сдать город, дабы спасти от резни женщин и детей…