Чтение онлайн

– А где же наш боец? Подразделение значительно теряет боеспособность при отсутствии человека, отвечающего за свой участок, - он выплеснул слова и снова поник: плечи опали, Мариинская впадина в районе пупка провалилась ещё больше, полотенце на бёдрах, заменившее пострадавшие от самопотопа трусы, попыталось сползти, но как-то неуверенно, боязливо, и широкая ладонь Мишани тут же пресекла все пути к отступлению.
– Надо срочно восстановить в организме кислотно-щелочной баланс. Ты какое лекарство заказал?
– меня порадовал его почти трезвый взгляд.

– Портвейн.

Брови его полезли вверх, по губам забегал язык, в тщетной попытке увлажнить их, а глаза остекленели, дедуктивным методом выясняя правильность рецепта.

– Точно, - он был согласен с диагнозом, и хотя мне его вердикт был как горчичник зайцу, всегда приятно осознавать, что вторая голова цепляется на ту же волну, что и первая. "Хит ФМ". На том драконы и держатся. Жрать больше нечего, а пить можется. Градусы, конечно, понижать нельзя... Ничего, мы их количеством наверстаем.

Мишаня устало обвалился на табурет, подрагивающие ноздри вновь вернули алчный взгляд к кофеварке, отчего я поспешно прикрыл плиту своим телом.

– М-да. Ты не можешь объяснить мне, отчего, когда я влез в ванну, уровень воды в реке не поднялся?

– Это ты не по адресу, - пенка в кофеварке призывно заморгала.
– К Архимеду обратись - он, видно, напутал что-то.

– Да? А что, в Греции есть реки?..

Свою логическую цепочку ему не удалось продлить, так как на кухне появилось ещё одно действующее лицо. Очаровательная заспанная мордашка в наряде привидения - замотанная в простыню, из-под которой торчали тонюсенькие конечности.

– Опа. Женщина на корабле, - замогильным голосом протянул Мишаня, и при этом его отвисшая челюсть даже не пошевелилась.
– Ты кто?

Тут я, конечно, обжёгся, и мы с девушкой (девочкой?) ошарашено воззрились на любителя водных процедур по системе Иванова. Ещё бы, ведь это Мишаня, когда пришла его очередь (вчера? сегодня?), выходил в город. И притащил с собой этого цыплёнка, жравшего водку наравне с нашими тремя головами. Ну и молодёжь пошла: капни на язык - и стекло сжуют. Ладно, это всё лирика.

– Что, неужели всё так серьёзно?
– он опередил наши возмущённые возгласы.
– Всё так запущенно?
– жалобные интонации так и хватали за живое, выбивая скупую... гм, слезу. Но успокоить его было не в наших силах. Мишаня переводил взгляд с меня на девушку, причём каждый раз ему приходилось делать разворот на 180 градусов.
– Деточка, а сколько тебе лет?
– вкрадчиво обратился к "привидению".

– Уже есть шестнадцать, - с достоинством ответило то.

– Что ж, - внезапно окрепшим голосом произнёс Мишаня, вставая и протягивая свою лапу к девчонке.
– Будем знакомы: Мишаня, а вот тот задохлик у плиты - Рик.

Я снисходительно улыбнулся - мол, это ещё посмотреть, кто ближний родственник Кощея. Вон, торс у некоторых на виду, а у меня под рубашкой может такое скрываться... пресс из кубиков египетских пирамид. Шутка.

– Очень приятно, Лиза. Только мы позавчера уже знакомились, - реснички её затрепетали, обрамляя нежно-голубые глаза, а небольшие губки сложились в вопрос. Но так и не озвученный.

– Да?..
– вновь упавшим голосом брякнул Мишаня, и запустил лапищу в затылок, видимо надеясь, что такое действие разгонит тучи дежавю. Но кроме стаи ошалелой перхоти он там ничего не вычесал.

Бедное - бедное, невинное дитя! Попало в компанию к... кхм, разгнузданным, безвозмездным пропойцам, на квартиру, где... кхм, которую очистить можно только огнём...

– Это была шутка! Я сегодня к вам попала.
– И она звонко расхохоталась. А при виде реакции Мишани на всё это, она просто заплакала, уже не в силах удерживать уползающую со вздрагивающего тела простынь... Под которой оказались чинная коротенькая юбочка и маечка.

Здоровый детский смех. Ха - ха - ха. Очень смешно. Пожалуй, даже лимоны не выдавливали из меня такой улыбки. А о Мишане я вообще молчу - его физия пролистнула все регистры радуги и застопорилась на фиолетовом.

– Ну, знаешь, детка, за такие шутки...
– Мишаня с трудом разогнул грудь и пропихнул в неё кислород, отчего к лицу стали приливать бело-розовые оттенки.
– Ты Электроника смотрела?

– Это Терминатор или Матрица?
– она вопросительно широко открыла глаза.
– Со Шварценнегером в главной роли или Киану Ривзом?
– уточнила.

– Тьфу ты!
– воскликнул в сердцах Мишаня.
– Рыбу заливную шампурами отчехвостить вдоль хребта...
– испуганно зажал рот.
– Всё, не ругаюсь.

– Вы мне что-то обещали за хорошую шутку, - невинно напомнила Лиза и вздёрнула бровки.

– За хорошую шутку бывает хорошая трёпка!
– он грозно навис над девчонкой.
– Щас запакуем в бандероль, как Ури из "Электроника", предварительно отшлёпав, перевяжем красным бантиком, и отправим родителям с пожеланием казарменного режима в течение ближайших десяти лет. Вот тогда и узнаешь, как смеяться над взрослыми дядьками и много умничать...

– А я, между прочим, в школе учусь на десять и одиннадцать, - нахально произнесла Лиза.

Мишаня запнулся, побагровел, взмахнул рукой - это был единственный момент, когда он мог проверить противоударность Лизиной попки. Но потом конечность ослабела, охляла и в итоге получился безнадёжный замах.

– Эх, делайте, что хотите, - шагнул мимо меня к плите, и пока я зевал, поражённый подобной наглостью, угнал из-под носа кофеварку, и тут же приложил к губьям наподобие лесного охотничьего рога.

– Прочь лапы...
– предложение поникло, так и не сформировавшись. Поздно.

– Клёво!
– льстиво, сладенько произнесла Лиза, бочком подбираясь к Мишане. И что дам так привлекает в Мишане?

– А ну брысь от меня, мелочь! Ты физику изучаешь?
– Обиженная девчонка утвердительно кивнула.
– Что бывает при соприкосновении твёрдого тела с мягким?
– и протянул под её очаровательный носик свой кулачище (впечатляющий контраст); Лиза испуганно отпрянула.
– Секс! Ха - ха - ха!
– загоготал, довольный собой, девчонка несмело улыбнулась.
– Литературу надо читать. "Кама Сутру", например.