Чтение онлайн

— Вы правильно понимаете, — терпеливо ответил профессор Снейп, игнорирую сарказм ученицы. — Но в Министерстве далеко на все такие умные. Некоторые лица взяли на себя полномочия рекомендовать то, что, по их мнению, обязательно.

— Что обязательно? — вмешался Рики, чувствуя, что дело пахнет жареным.

— Министерство желает, чтобы вы прочли статью на указанной здесь странице и обсудили ее, — сказал профессор Снейп. — И мне придется, как ни прискорбно, оторвать вас сегодня от дел. Разделитесь по классам, нет, ныть бесполезно, мистер Огден!

Как выяснилось дальше, результаты обсуждения ответственный за параллель должен был «кратко зафиксировать». Старосты, ранее никогда этой работы не выполнявшие, конечно, попросили разъяснений, что именно от них требуется.

— Что-то вроде краткого протокола, — ответил завуч. — Записывайте все, что скажут ваши товарищи, кроме, разумеется, откровенно непечатных вещей. И вообще, не давайте Министерству повода считать, что вы не обучены правилам приличия.

— А это только нам или всем? — пожелала узнать недовольная Рози Гойл.

Профессор Снейп уверил ее, что гриффиндорцам, равенкловцам и хуффульпуффцам не миновать той же участи. По его словам, всех завучей вызвали в учительскую, где министерский секретарь мисс Кора Ланж вручила каждому по семь экземпляров. Раздав их, профессор не пожелал более оставаться среди учеников и покинул их, пожелав удачи.

Поскольку самым экономным вариантом было чтение вслух, в гостиной скоро стало шумно. Первыми удалились третьекурсники — они решили, что обсуждать рекомендации Министерства в туалете гораздо продуктивнее.

— Как насчет нашей спальни? — предложил Лео. — Девушкам ведь туда заходить можно?

После некоторых возражений со стороны Ариадны и ее подруг, которых Тиффани, часто бывающая в комнате брата, быстро оборвала, было решено ненадолго принять предложение Лео. Усевшись в круг на кроватях Билла и Генри, шестикурсники приготовились слушать Дору.

На этот раз произведение Риты Вриттер располагалось на третьей странице и называлось: «Воспитание молодежи: актуально как никогда». Вступление в два абзаца пугало ужасающими последствиями разложения нравов для любого общества.

— Отпад! — оживилась Тиффани. — А то, что мы сюда пришли — это неприличием считается или как? Нравы разлагает?

— Нравы — нет, а вот кровать мою разлагает, если будешь на ней так прыгать, — проворчал Билл.

Категорично потребовав не тратить ее время на глупую болтовню, Дора продолжала читать дальше. «На фоне пугающей нестабильности все больше опасений вызывает нравственное состояние юных колдунов и ведьм. Не за горами, когда вступит в права зрелости поколение, не знавшее войны и связанных с ней ужасов». По мнению Вриттер, это самое поколение вполне могло оказаться соблазненным всевозможными яркими, но противозаконными перспективами.

— Вполне возможно, — согласился Рики и посоветовал: — Подчеркни это, пригодится, когда будешь писать, с чем согласна.

— Вообще, цитирование — самый лучший способ растянуть текст, — согласилась Ариадна.

Далее читателям напоминалось: «известно, что вербовка новых сторонников всегда была приоритетной деятельностью для Того — Кто — Не — Должен — Быть — Помянут. И теперь, когда его сторонники разгуливают на свободе, им не обойтись без посторонней помощи». И наиболее наивны и несознательны в этом смысле, как утверждала мисс Вриттер, могли оказаться именно дети и — особенно — юноши, имеющие уже некоторые знания колдовства и «лелеющие честолюбивые замыслы».

«Вот он, камень в мою сторону. И не только в мою», — отметил Рики. Он заметил, как Френк отвернулся к стене. Сложно было не согласиться, что, если бы его дело, рассмотренное в Уизенгамоте, стало достоянием прессы, наверняка аргументы Вриттер оказали бы сильное воздействие на магов. И потому Рики настораживала «обязательная рекомендация» Министерства. Он знал, что дело не только в том, что Рита Вриттер ему антипатична, но не мог сформулировать, почему прописные истины статьи вызывают у него такое отторжение.

Далее следовали советы родителям. Были они вполне стандартны: интересоваться, с кем дружит ребенок, проверять любые контакты, обсуждать увлечения, предпочтения и убеждения, и все такое прочее.

— Значит, вот как, — фыркнула Дора. — Иных мамаш и просить не надо, они и так рады выпытывать. Накопают пустяк какой-нибудь и ходят, вздыхают! Нет, если мне после этого попытаются устроить тотальный контроль, я с нее потребую возмещения морального ущерба. Заставлю и родителей подписаться!

— Я лично считаю, что многие вещи родителям лучше не рассказывать из щадящих побуждений, — высказался Лео. — Они слишком бояться, как бы с ними чего не случилось. А жить совсем без риска невозможно.

— Я понимаю, про малышей родители все знают — как покушал и все такое, — высказалась Ариадна. — А потом человек сам должен разбираться. Ну вот умылась я, вот поговорила с подругой про уроки. Все-то зачем рассказывать?

— Тоже мне рекомендация! Как будто люди забыли, что на свете есть вранье! Или ты и так рассказываешь сам, или никаких откровений не будет в принципе, — объяснила Дора и, не желая читать дальше, отдала газету Бобу.

Следующий абзац был посвящен «опасности честолюбивых влечений», тех самых, которые, по мнению компетентного автора, «следует своевременно выявлять и пресекать в корне».

— В общем, всех слизеринцев надо пропесочивать по три раза в день, — сделал вывод Рики.

— А то и пороть, — не постеснялся Генри. — А утопить еще проще.

— Практически каждый хочет в жизни чего-то добиться, — буркнул Боб и отодвинул от себя газету. — Как можно растянуть на полстраницы столько воды?

— Ну а мне-то что писать? — спросила Дора. — Насчет ее опасений за деградацию молодого и дурного поколения — ладно, соглашусь. А как прилично ответить, что советы дурацкие?

— Пиши: «интересно, занимательно, поучительно, но старо. Написано практически во всех книжках про воспитание и не всегда работает», — посоветовал Рики.

— А давай ты и напишешь! — оживилась Дора.

Рики хотел запротестовать, но потом подумал, что освобождать время ему, в сущности, не для чего.

— Да. Я думаю, их как раз мое мнение интересует больше всех, — кивнул он. — Неизвестный крестник Гарри Поттера!

— Не надо тогда! — запротестовал Лео.

— Не надо, но я столько не придумаю, — подкорректировала Дора. — Давайте так — ты придумаешь, а я перепишу. Если тебе, конечно, не дорого твое авторство.

Рики великодушно подарил свой труд Доре, и на том обсуждение шестого курса закончилось. Другим классам статья принесла больше развлечений. Старосты разбрелись по общежитию, проверяли комнаты и выгоняли из туалетов застрявших там учеников, и с трудом добились, чтобы большинство хотя бы после полуночи разошлось по спальням. Но несколько особо ярых обсуждающих задержалось в гостиной дольше.